Боевая масса, т: 9,0;
Экипаж, чел.: 2+12;
Габаритные размеры, мм: длина – 5800, ширина – 2100, высота – 1750, клиренс – 320;
Бронирование, мм: лоб, борта, корма - 14,5; крыша и днище – 8;
Вооружение: один-два 7,92 мм пулемета MG 34 или MG 42;
Боекомплект: 2010 патронов;
Двигатель: «Майбах» HL 62Р, 6-цилиндровый, с верхним расположением клапанов, рядный, карбюраторный, жидкостного охлаждения, рабочий объем 4171 см3, мощность 73,6 кВт при 2800 об/мин.;
Удельная мощность, кВт/т: 8,17;
Максимальная скорость, км/ч: по шоссе – 50;
Запас хода, км: по шоссе – 300, по проселку – 150
Расход топлива на 100 км, л: по шоссе – 40, по проселку – 80;
Преодолеваемые препятствия: подъем, град. – 24; стенка, м - 0,5; ров, м – 2,0; брод, м - 0,5
Художественная часть этой публикации посвящена ещё одному "подциклу" цикла публикаций "про Проню".
Вот ссылка на первую публикацию этого "подцикла":
Вот ссылка на следующую публикацию этого ПОДЦИКЛА:
Вот ссылка на предыдущую публикацию этого подцикла:
Оборона взвода дрогнула. Из стрелковых ячеек в сторону бронетранспортёра раздались только несколько разрозненных винтовочных выстрелов и пара автоматных очередей. Трое или четверо фигур в красноармейской форме выбрались из укрытий и побежали назад. Через несколько секунд они все были один за другим скошены короткими пулемётными очередями. Стрельба из ячеек прекратилась, бронированная машина, фыркнув двигателем, снова медленно поползла вперёд.
Мотя и его старший спутник за это время смогли доползти до остова полусгоревшего грузовика. Старший взглянул на часы:
- Продержались мы только около часа и ещё с полчаса здесь покувыркаемся. Не дольше... Матвей, в той бочке, из которой бензин разливали, ещё оставалось что-то?
- Вроде бы да. Там булькало, конда я крышку завинчивал...
- Смотрите, Матвей. Вам надо будет добежать до того дома, укрыться за стеной и открыть стрельбу из винтовки в сторону бронетранспортёра. Сами из-за стены не высовываетесь. Просто стреляйте. Когда услышите взрыв, можете стрельбу прекратить...
- А если не услышу взрыва?
- Об этом не беспокойтесь. Готовы?
- Ну, если так надо. А бутылки?...
- Надо-надо. Бутылки оставьие. До стены всего тридцать метров. Успеете добежать. Пулемётчики с этой дрыны не успеют открыть прицельный огонь Давайте! На раз-два!..
Мотя вскочил и стремглав бросился к указанному ориентиру. Ветер засвистел в ушах у кандидата наук. Перед заветной стеной он зацепился ногой за какую-то невидимую проволку в земле и упал. Пулемётная очередь прошелестела у него над головой. Через мгновение Мотя был уже вне достигаемости пулемётного огня. Тем не менее ещё одна короткая очередь простучала по стене дома, за которой теперь на подрагивающий ногах прятался кандидат наук. Немного отдышавшись, он лёг на живот, выставил ствол винтовки из-за угла дома и нажал на спуск. Вслед за первым патроном он таким же способом выпустил остальные четыре и стал вставлять в винтовку новую обойму. Ещё одна пулемётная очередь ударила в стену, за которой он прятался. Теперь стал слышен приближающийся звук двигателя бронированной машины. Моте очень не хотелось выглядывать из-за укрытия, но оставаться в неведении было ещё страшнее.
Он ещё больше пригнулся к земле и осторожно выглянул из-за угла. Бронетранспортёр в этот момент проезжал мимо бочки, из которой пару часов назад наполняли ёмкости бензином. Оба пулемёта, установленные в кузове, выпускали короткие очереди по стрелковым ячейкам. Неожиданно бочка ярко вспыхнула и сразу после этого превратилась в большой яркий и красивый шар. Это превращение сопровождалось звуком негромкого "пыха". Бронетранспортёр дёрнулся и остановился. Его ближайшее к взорвавшейся бочке право переднее колесо загорелось. Пулемёты смолкли. Из кузова бронированной машины начали выпрыгивать один за другим немецкие солдаты с винтовками в руках. По ним стала часто стрелять одинокая винтовка. Её поддержал автомат, открывший огонь из крайней левой ячейки.
Спешившийся десант не принял огневого боя. Двое солдат остались лежать в траве, а остальные отсупили под прикрытие длинного и полуразрушенного коровника, темнеющего метрах в двустах от взводной линии обороны. Мотя заметил ползущего к нему командира. Немцы, укрывшиеся в коровнике, тоже заметили человека в каске и открыли по нему стрельбу. Кандидат наук прижал щеку к прикладу и выпустил пять следующих пуль, целясь по коровнику. Прохор Лукич короткой перебежкой достиг укрытия, протёр ладонью лоб под каской и подмигнул Моте:
- Получилось всё-таки!.. А вам спасибо за инициативу, за то, что прикрыли меня. - Но я же скорей всего ни в кого не попал...
- Целиться вы им в любом случае помешали!..
С южной, фронтальной стороны взводного опорного пункта снова появился танк с башней в заклёпках. Позади его корпуса виднелись несколько фигур в мышиных мундирах и характернызх касках. Остановившись метрах в пятидесяти от линии обороны взвода танк открыл огонь из обоих пулемётов. После третьей очереди и первого выстрела из пушки над одной из ячеек показался ствол винтовки с привязанным к нему белым лоскутом. Порыв ветра донёс до пары, укрывшейся за домом, хриплый возглас:
- Не стреляйте! Мы сдаемся!..
Старший Мотин спутник взглянул на часы и пробурчал:
- Час двадцать пять... Приказ мы формально не выполнили, но делать нам здесь больше нечего. Каски и винтовку свою давайте здесь оставим, чтобы поменьше привлекать внимания. Путь нам туда теперь лежит. За мной!..
- А вы свою винтовку не оставляйте? А куда мы теперь?
- Я успею от нее избавиться, если такой случай настанет. Мы постараемся поскорее выбраться из города. И вам же в Ригу надо было, на сколько я помню? - Да, но...
Старший закинул винтовку на плечо. В руке у него блеснул пистолет:
- Пошли осторожно. И следуйте моим сигналам, как тогда ночью...
- К "эмке" пойдём?
- Теперь про неё, боюсь, можно уже забыть. На свои двои придётся пока надеяться...
Через полчаса быстрой ходьбы по садам, оргордам и проходным дворам напарники оказались на северо-восточной окраине города. Просёлочноая дорога на протяжении нескольких сот метров была занята колонной, состоящей из грузовиков и повозок. Некоторые из них ещё дымились. Дорожное покрытие было кое-где было изувечено воронками. Заглянув в кузов и кабину хвостового грузовика Прохор Лукич распорядился:
- Я постараюсь найти машину на ходу, а вы поищите в кузовах боеприпасы или съестные припасы.
- А кто их так?
- Это результаты утренней бомбёжки, судя по всему.
Мотя двинулся вперёд, осторожно перешагивая через трупы людей и лошадей. В третьей от хвоста "полуторке" были ящики с патронами, а в головном грузовике оказались мешки с концентратами двух видов каш в брикетах, сухарями, кусковым сахаром, и копчёной колбасой. У его старшего напарника заработал двигатель соседнего грузовика, у которого было разбито лобовое стекло. Вдвоём они вытащили из кабины тело сержанта с разбитой головой и аккуратно уложили его у обочины. В кабине этого грузовика для кандидата наук нашлась "трёхлинейка". Прохор Лукич переложил содержимое нагрудных карманов убитого к себе, коротко вздохнул и отправился инспектировать кузов урчащего грузовика, выдав новое распоряжение:
- Теперь ищите канистры у всех грузовиков и, если они не пустые, тащите их сюда! Поторопитесь!
Мотя нашел две канистры, в которых плескался бензин. Из кузова завёдшейся "полуторки" на дорогу полетели сложенные палатки, связки сумок с противогазами и рулоны брезента. Через четверть часа кандидат наук, сидя в кабине грузовика, набивал патронами магазины к самозарядной винтовке, сосал ржаной сухарь, периодически откусывал кусок колбасы, боролся с икотой. вертел головой, прикрывая глаза от прилетавшего через разбитое лобовое стекло ветра и тихо радовался жизни, с вновь подступившим к сознанию ужасом вспоминая то, что ему пришлось за прошедшие пару суток. Его напарник, сжимая обеими руками "баранку", разгрыз только пару кусков сахара. запил их остатками воды из фляги и теперь тоже причмокивал сухарь, торчавший у него изо рта. За первый час пути им встретилась только одна легковушка, пара грузовиков и несколько повозок. Идиллическое настроение кандидата наук прервала короткая реплика его командира-шофера:
- За нами похоже хвост появился...
Мотя чуть не поперхнулся размокшим во рту сухарём, открыл дверь кабины, встал на подножку и поглядел назад:
- Где? Я никого не вижу...
- На небо посмотрите. Вон то чёрное пятнышко. Самолёт нас догоняет...
- Что же делать?
- Сворачиваем вон туда, хватаем винтовки и стараемся добежать до того леска. Захватите все магазины, которые вы успели набить...
- А навстречу тоже грузовик едет. Там солдаты...
- Не важно уже. За мной бегом!..
Какдидат наук, торопясь достичь леса. уже явно слышал звук самолётного двигателя и ощущал холодок на спине, который вдруг позади раздались звуки пулемётных очередей. Обернувшись на ходу Мотя увидел, что самолёт с бело-черными крестами на крыльях атакует продолжавшую ехать по дороге "полуторку", в кузове который было десятка полтора красноармейцев. Добежав до крайних кустов кандидат наук упал на землю рядом со свом спутником и, уже сжав кулаки, смог наблюдать, как очередь, выпущенная немецким истребителем сначала двумя цепочками земляных фонтанчиков прошлась вдоль дороги, а затем "уткнулась" в капот и кабину грузовика. "Полуторка" на полной скорости начала вихлять на дороге. Через мгновение взорвался её капот. Грузовик съехал в кювет и перевернулся ввех продолжающимися ещё вращаться колёсами. Самолёт помахал крыльями и ушёл на очередной круг. Мотин спутник прохрипел:
- Сейчас он за наш тарантас примется. За мной. бегом!
Отбежав ещё на пару десятков шагов в лесок командир скинул свою винтовку с плеча и приказал:
- Вон подходящая развилка на стволе. Уприте туда свою винтовку и стреляйте по самолёту, целясь примерно на корпус впереди него. Огонь открывать после меня. Ясно?
- Да...
- Дайте мне магазин с патронами, у которых на пуле кончик чёрный, а сама она покрашена в красный цвет.
От перевернувшейся "полуторки" отползали и отбегали в разные стороны красноармейцы. Командир пристроил ствол винтовки на ветке соседнего дерева и прицелился. Кандидат наук передёрнул затвор "трёхлинейки", захваченной из кабины грузовика, и последовал примеру старшего товарища. Очередь с неба прошлась по задней части кузова их "полуторки". После первого услышанного рядом с собой выстрела и в промежутках между последующими частыми выстрелами кандидат наук успел выстрелить три раза, услышал:
- Магазин!
В следующий свой заход самолёт изменил направление движения. Нос снижающегося истрибителя был направлен теперь прямо на Мотю. Кандидат наук услышал:
- Огонь, огонь! Не спать!..
Он опустошил вторую обойму и стал трясущимися пальцами вставлять новую. По деревьям вокруг него зацокали пули. Самолет скрылся их виду над деревьями. Мотя снова услышал:
- Магазин!..
- Он не полный. Я не успел...
- Не важно!
Кандидат наук вытащил из-за пазухи третий винтовочный магазин, в котором было всего семь патронов с черно-красными пулями. Самолёт снова стал виден слева. Он завершал круговой полёт над полем и дорогой, намереваясь снова атаковать неуступчивую пару в лесу. Мотин спутник отокрыл огонь. крикнув:
- Упреждение два корпуса!
Первой замолкла самозарядныя винтовка. Кандидат наук продолжал выпускать пулю за пулей и бормотать про себя:
- Врёшь, не возьмёшь!..
Не завершив очередной окружности самолёт вдруг стал набирать высоту. В лучах пробившегося сквозь тучи июньского солца сверкнула тонкая и длинная нить за его хвостом. Мотя засунул новую обойму, передернул винтоворчный затвор и услышал:
- Он улетает. Пойдёмте поможем раненым на дороге...
- Кто в него попал?
- Не важно. Главное, что он улетает.
Вокруг перевернувшейся "полуторки", оставшейся фактически без кабины, лежали и сидели на траве трое красноармейцев. Ещё двое вернулись к машине через несколько минут. Мотин командир стал расспрашивать уцелевших:
- Куда вы направлялись и с каким заданием?
- Об этом знал наш лейтенант. Он в кабине вместе с шофёром остался... -
Откуда вы ехали?
- Из Риги. Выехали сегодня рано утром...
- Какая обстановка в городе?
- Немцы к Задвинью вышли...
Мотя принялся не очень умело накладывать шины на сломаные ноги и руки, перевязывать разбитые головы. Двое уцелевших красноармейцев помогли поменять задние пробитые колёса у грузовика. на котором до появления вражеского самолета ехал кандидат наук со своим напарником. Через полчаса все пятеро пострадавших красноармейцев были погружены в кузов "полуторки", которая уже снова фырчала мотором. Старший напарник приказал собрать и взять с собой документыи оружие всех погибших при налёте.
Через четверть часа молчаливого движения по пустынной дороге Мотя посмотрел на сосредоточенное лицо своего спутника и спросил:
- Мы раненых до Риги повезём?
- Нет. Скоро будет Крустпилс, там больница есть. Оставим в ней. Если только...
- Что "только"?
- Если только на этом берегу реки уже немцев нет...
На окраине города дорогу "полуторке" преградил патруль, состоящий из двух солдат в мышиных мундирах с засученными по локоть рукавами. Характерные каски с полями висели у солдат висели на ремнях, а винтовки болтались за спинами. Их четверо сослуживцев, окружив два поставленных рядом у обочины мотоцикла с колясками, угощались сырыми яйцами и молоком из большого бидона. Мотин попутчик пробормотал "не успели" и достал пистолет, левой рукой продолжая сжимать руль:
- Скажите им в кузове, чтобы не высовывались!
Мотя выполнил команду. Грузовик остановился. Один из солдат остался стоять на дороге перед грузовиком, а другой подошёл к кабине со стороны водителя и начал разговор:
- Guten Tag! Wohin gehen Sie?
- Гутен таг! Нах Рига.
- Steig aus dem Auto aus!
- Иецт!
Пистолет дважды выстрелил в вежливого солдата, мотор "полуторки" взревел. От удара передним бампером второй солдат отлетел в сторону. Оставшиеся члены немецкого патруля закричали, сзади раздался выстрел. Грузовик набирал скорость. Его водитель, не поворачивая головы, приказал:
- Они один мотоцикл завели... У него пулемёт на коляске... Скажите нашим в кузове, чтобы открыли огонь.
Мотя выполнил и эту команду. чуть было при этом не вывалившись из кабины из-за некстати открывшейся на полном ходу дверцы. Позади раздалась пулемётная очередь Из кузова грузовика прозвучали два ответных винтовочных выстрела. Несколько пуль из второй очереди пробили задний борт. Водитель снова взглянул в зеркало заднего вида и пробормотал:
- Так мы далеко не уедем...
"Полуторка" свернула на поперечную улицу и, проехав пару домов резко затормозила, и остановилась у обочины наискосок к полосе движения. Её двигатель продолжал работать на холостом ходу. Водитель подхватил свою винтовку и выскочил из кабины. Мотя увидел, как его спутник пристроил винтовкна крыло левого переднего колеса. Из-за поворота в этот момент вырулил мотоцикл. Два подряд винтовочных выстрела заставили трёхколёсную машину изменить траекторию своего движения с прямолинейной на круговую. Завершилась эта траектория в придорожной канаве, в которой мотоцикл оказался вверх колёсами. Водитель быстро занял своё место за рулём и тронул "полуторку" с места, пробормотав при этом:
- Как-то так...
Через пару километров пути сидевшие в кабине услышали стуки по крыше, сопровождаемые криками "остановитесь". Водитель свернул с большака и остановил грузовик перед воротами. закрывающими проезд к небольшому хутору. В кузове теперь оказалось два трупа. Один из уцелевших при налёте красноармейцев был ранен в бедро. Рана сильно кровоточила. Мотя вопросительно взглянул на своего напарника:
- У меня опять бинты почти закончились. Что делать?...
- Начинайте перевязку. Сейчас вернусь.
В ворота напарник кандидата наук стал стучать рукояткой пистолета и кричать:
- Атвериет! Палига!
Через минуту створка ворот приоткрылась и Мотин спутник скрылся за ней. Вернулся он к машине он довольно быстро и сообщил:
- Немцев у них ещё не было, наших уже тоже нет... А перевязочный материал они меняют на продукты. Вода у них пока бесплатная... Где у нас сахар?
- Вот здесь.
- Давайте все фляги. Пока я буду ходить, слейте бензин в бак из канистр.
Во второй раз Мотин спутник принёс наполненные холодной колодезной фляги, завёрнутые в большую простынь, которую быстро изкромсали на длинные ленты и перевязали ими раненого. Вскоре "полуторка" развернулась и продолжила свой путь на северо-запад. При въезде в Ригу слева впереди стала слышны разрывы артиллерийских снарядов. Мотин спутник повернул руль вправо, пробормотав:
- Быстро продвигаются... А город как и в прошлый раз, похоже, оборонять не собираются.
До центра города грузовик доехал без остановок. Над домами кружилось несколько самолётов. Из района порта и Старого города слышались разрывы бомб или тяжёлых артиллерийских снарядов. На север к Псковскому шоссе двигались небольшие группы беженцев с домашним скарбом на ручных тележках или уложенным на конные повозки. Во дворе Первой городской больницы грузовик стали разгружать с помощью двух появившихся санитаров. Бледный молоденький красноармеец со сломаной рукой прошептал Моте:
- Не оставляйте нас здесь, дяденька!
После того, как раненых и убитых выгрузили из "полуторки", к доливающему воду в радиатор водителю подошёл военный патруль:
- Товарищ водитель, предъявите ваши документы!
- Вот, извольте.
- Так справочка... Кто такой генерал Анисимов?
- Заместитель командующего фронтом. А вообще-то Вам, товарищ сержант, лучше знать...
- Почему у вас винтовки и патроны в кабине? Вы члены рабочего батальона?
- А как же!..
- Где тогда ваши "аплецибы"?
- Выдать не успели.
- Это немецкие шпиёны, сразу видать, товарищ сержант!
- Пройдёмте в комендатуру до выяснения!
- Колобродин, обыщи их!
- Товарищ сержант, у него ещё и пистолет!
- Тогда свяжи им руки!
Через минуту Мотя со своим напарником оказался на тротуаре перед высоким больничным забором под конвоем трёх патрульных. Путь компании, возглавляемой сверхбдительным сержантом, теперь вёл немного под уклон. Повернув по команде за угол кандидат наук прочитал на табличке, приколоченной к углу дома "Kr.Valdemara iela". Редкие встречные прохожие с опаской обходили конвоируемых. Одиночный выстрел вдруг раздался откуда-то сверху. Сержант упал на бок с прострелянной головой. Двое членов патруля закрутили головами и закричали наперебой:
- Вон с того чердака стреляли! Колобродин, за мной!
- Задержанные, ждать здесь!
- А как же!..
Оба красноармейца со своими винтовками наперевес и с винтовками задержанных за спинами побежали через дорогу к пятиэтажному дому. Как и когда освободился его старший напарник от верёвок. связывающих запястья, Мотя не заметил. С помощью взятого из кармана убитого сержанта складного ножа был освобождён от пут и кандидат наук. Его напарник вернул себе пистолет, оба комплекта документов, ключи от машины и сержантский "наган" со словами:
- Ему уже точно не пригодится, а плохие люди могут прибрать... Давайте, Матвей обратно к нашей "полуторки" быстро верёмся...
В больничном дворе. происходила та же суета. Мотин спутник скрылся за дверью над которой висела табличка на двух языках. Кандидат наук прочитал нижнюю надпись "Приёмный покой". Отсутствовал напарник минут десять и появился на улице в сопровождении женщины-врача строгого вида в роговых очках. Женщина стала нервно протирать полой халата свои очки, продолжая возражать:
- Ви поймите, ещё не всем больним, которые ви недавно привезли, сделани необходимие манипуляции... У двух недавно на переломы гипс наложили.
- Пулю у раненого извлекли?
- Да.. Но у него была задета печень... Так что мы ничего не смогли потом сделать.
- Ясно. Давайте сюда остальных. Мы подождём. За каждого больного больница получит по мешку с продуктами.
- А что в них?
- Пшенный концентрат, сухари, колбаса... - Лаби. Ждите.
Через полчаса кузов "полуторки" освободился от четырёх мешков. Под брезентом осталось два мешка и пять "трёхлинеек". Это добро сложили покомпактнее, чтобы освободить место для четырёх красноармейцев, у двоих и которых были теперь загипсованы ноги, а у двух других в гипсе были руки. Молоденький красноармеец, забравшийся при помощи кандидата наук в кузов. благодарно пробормотал:
- Спасибо, дяденька! Храни вас Бог!
Выехавший из больничного двора грузовик взял курс на север и скоро влился в заметно увеличившийся поток беженцев. Через два квартала у очередного перекрёстка пришлось остановиться, пропуская колонну военных грузовиков. К "полуторке" подбежала женщина средних лет, одетая в длинный чёрный балахон до пят и немного сбившийся на бок апостольник:
- Люди, помогите, Христа ради!..
Мотин спутник вылез из кабины:
- Чем помочь, матушка?
- Мы третьего дня обозом выехали из Спасо-Преображенской пустыньки... Лошадь нашей подводы устала, отстали мы и потерялись в городе! А теперь ещё и возница хочет лошадь свою выпрячь и нас здесь бросить!..
- Где вы есть?
- Да вон там!
Мотя наблюдал из кабины, как его старший спутник подошёл к повозке, в которую была запряжена лошадь, лежащая теперь на тротуаре. Вокруг неё бегал бородатый мужик и громко причитал. Вернувшись к машине Прохор Лукич получил из рук молоденького красноармейца кусок сахара и брикет с кашей. Животное, схрумкав угощение, поднялось на ноги, но её хозяин всё равно продолжал её распрягать, реагируя на уговоры и причитания монахини только угрюмым мотанием головы. Мотин спутник обратился к отчаявшейся женщине:
- Что у вас в повозке, матушка?
- Церковная утварь...
- Куда вы путь держите?
- Так хотя бы поначалу до Пскова добраться, если Господь спободит...
- По пути нам. У меня в кузове четверо покалеченных солдат. Вы сможете им помощь оказать при случае?
- За всегда пожалуйста. Я в ските-то за больными ухаживала...
- Тогда давайте перегружать ваше добро в машину. Сейчас я её ближе подгоню...
На сегодняшний день уже двадцать восемь уважаемых читателя нашли возможность материально поддержать автора. Им за это отдельная БОЛЬШАЯ благодарность.
Вечная Слава и Память бойцам и командирам Красной и Советской армии, участникам Великой отечественной войны!
Берегите себя, уважаемые читатели!
Подпишитесь на канал , тогда вы не пропустите ни одной публикации!Пожалуйста, оставьте комментарии к этой и другим публикациям моего канала. По мотивам сделанных комментариев я готовлю несколько новых публикаций.