Леонардо да Винчи. Универсальный гений Ренессанса. Человек, который пытался объять необъятное. Он препарировал тр*пы, чтобы понять, как работают сухожилия.
Он проектировал летательные аппараты и танки. Он изучал движение воды и рост деревьев. Его одержимость точностью вошла в легенды. Казалось бы, в его главной работе монументальной фреске «Тайная вечеря» (1495–1498) в трапезной миланского монастыря Санта-Мария-делле-Грацие всё должно быть выверено до миллиметра.
И действительно, искусствоведы веками поют оды математической перспективе этой работы. Все линии на картине (потолочные балки, края стола, стены) сходятся в одной точке прямо на правом глазу Иисуса Христа. Это создает невероятный эффект присутствия и фокусирует внимание зрителя на центральной фигуре.
Но если мы оторвем взгляд от одухотворенных лиц и божественной геометрии и посмотрим... под стол, то нас ждет шок. Там, в полумраке, царит настоящий анатомический хаос, который никак не вяжется с образом Леонардо-перфекциониста.
Сегодня мы проведем арт-расследование и разберем «Тайную вечерю» не как икону стиля, а как место преступления против анатомии. Мы найдем ошибки, которые мастер пытался скрыть, и поймем, почему он их допустил.
Казус Варфоломея: Человек со сломанными ногами
Давайте посмотрим на крайнюю левую часть стола (для зрителя). Там стоит апостол Варфоломей. Он энергично поднялся, опираясь руками о стол, его тело подалось вперед, он готов действовать. Его поза полна динамики и напряжения.
А теперь проследите за его ногами под столом. Если мысленно соединить торс Варфоломея с теми ступнями, которые нарисованы внизу, окажется, что бедному апостолу переломали ноги в нескольких местах.
Ступни стоят так, будто он сидит ровно, развернув колени влево. А торс развернут вправо, на Христа. Угол поворота таза (который скрыт столешницей) должен быть таким, что ни один человеческий позвоночник этого не выдержит. Фактически, ноги существуют отдельно от тела.
Более того, левая нога Варфоломея вообще выглядит так, будто она отрезана и приставлена от другого человека. Она находится в такой позиции, что, вставая, он должен был бы потерять равновесие и упасть назад.
Проблема «Лишней ноги»
Ситуация усугубляется, если начать пересчитывать ноги всех двенадцати апостолов. В некоторых местах под столом возникает путаница. Кажется, что конечностей больше, чем должно быть, или они растут из ниоткуда.
Искусствоведы иногда шутят, что Леонардо, устав выписывать драпировки, просто нарисовал «набор стоп», чтобы заполнить пространство, не особо заботясь о том, какая нога какому апостолу принадлежит.
Особенно странно выглядит пространство между Иудой и Петром. Там есть нога, положение которой вызывает споры. Принадлежит ли она Иуде, который в испуге отшатнулся? Или Петру, который наклонился к Иоанну? Анатомически она не подходит идеально ни тому, ни другому.
Вторая глобальная ошибка это сам стол.
Посмотрите на длинную белую скатерть. Стол кажется бесконечно длинным, но при этом невероятно узким. Если мы попытаемся посадить за такой стол 13 взрослых мужчин с той же плотностью, как на фреске, произойдет катастрофа.
Леонардо изобразил их сидящими только с одной стороны стола (чтобы мы видели их лица). Но ширина стола, судя по расставленным тарелкам и рукам, настолько мала, что под ним просто нет места для ног 13 человек. Коленям там негде поместиться. Апостолы должны были бы сидеть, плотно прижав ноги друг к другу или вытянув их в стороны, переплетаясь с соседями.
Фактически, «Тайная вечеря» происходит в условиях страшной тесноты. Персонажи сидят плечом к плечу, почти на коленях друг у друга. Но Леонардо мастерски скрывает это. Он разбивает апостолов на четыре группы по три человека. Каждая группа образует свой замкнутый контур, свою «пирамиду» эмоций. Благодаря этому визуальному приему (группировке) у нас не возникает ощущения давки, хотя физически она там есть.
Почему Гений допустил халтуру?
Неужели Леонардо, который знал строение каждой мышцы человека, «разучился рисовать»? Конечно, нет. Здесь мы сталкиваемся с феноменом «Художественной правды», которая важнее правды физической.
У Леонардо была сверхзадача. Ему нужно было изобразить самый драматичный момент Евангелия: секунду после слов Христа «Один из вас предаст Меня».
Это взрыв. Шок. Волна эмоций, расходящаяся от центра к краям.
Один удивлен.
Другой испуган.
Третий зол.
Четвертый не верит ушам.
Леонардо нужно было показать реакцию. Лица и руки вот главные инструменты актера. Если бы он начал рассаживать апостолов «правильно», с соблюдением комфортной дистанции, стол пришлось бы удлинить в два раза. Фигуры стали бы мелкими, связь между ними разорвалась бы. Драма превратилась бы в скучный банкет.
Да Винчи намеренно пожертвовал анатомией нижней части тел (которая всё равно скрыта в тени под столом), чтобы уплотнить композицию наверху. Ему нужно было сблизить головы, переплести руки, создать этот вихрь жестов.
Ноги? Кому какое дело до ног, когда решается судьба человечества! Леонардо понимал психологию восприятия. Зритель смотрит в глаза. Зритель следит за руками. Никто (кроме дотошных потомков через 500 лет) не будет ползать с лупой и проверять, правильно ли вывернута лодыжка у Варфоломея.
Стоит упомянуть, что ошибки в анатомии —это меньшая из проблем фрески. Главная ошибка Леонардо была технической.
Фреска (fresco — свежий) пишется по сырой штукатурке. Это требует быстрой работы: пока штукатурка влажная, краска впитывается и становится вечной. Но Леонардо ненавидел спешку. Он мог часами смотреть на стену, не делая ни мазка.
Поэтому он решил экспериментировать и писать по сухой стене смесью масла и темперы (как на холсте). Это была роковая ошибка. Краска не сцепилась со стеной. Уже через 20 лет после завершения работы (при жизни автора!) шедевр начал осыпаться.
То, что мы видим сегодня это результат бесконечных реставраций. От подлинной кисти Леонардо там осталось, по разным оценкам, от 20% до 40%. Возможно, часть анатомических ляпов с ногами это вина не самого да Винчи, а неумелых реставраторов XVIII–XIX веков, которые «подрисовывали» осыпавшиеся фрагменты как умели.
Например, есть версия, что изначально ноги были прописаны четче, но из-за сырости в трапезной (стена граничила с кухней!) нижняя часть картины пострадала первой. И кто-то просто «восстановил» их, не обладая знаниями Леонардо.
«Тайная вечеря» идеальный пример того, что искусство это великий обман. Леонардо обманул нас с перспективой (комната на фреске кажется продолжением реальной трапезной, хотя это оптическая иллюзия). Он обманул нас с пространством (уместив толпу за маленьким столом). И он обманул нас с анатомией.
Но этот обман работает. Мы верим ему.
Искажения фигур апостолов это не баг, а фича. Это экспрессионизм XV века. Леонардо деформирует реальность ради эмоционального удара. И, глядя на то, как эта работа гипнотизирует людей спустя полтысячелетия, можно сказать: он был прав, наплевав на правильность ног Варфоломея.