Марина уже третий раз перечитывала сообщение от свекрови и не могла поверить своим глазам. «Сынок, переведи 15 тысяч на продукты и развлечения для внуков. Они едят много, да и в кино сводила, в кафе — все деньги ушли». Она передала телефон мужу через стол, где они допивали вечерний чай.
— Андрей, ты понимаешь? Твоя мама просит денег за то, что сама пригласила детей.
Муж взял телефон и растерянно почесал затылок. Марина знала эту его привычку — так он всегда делал, когда не понимал, как реагировать на поступки матери.
— Может, правда расходы большие получились? — неуверенно предположил он.
— Андрюш, — Марина постаралась говорить спокойно, хотя внутри уже кипело. — Мы собрали им целую сумку продуктов. Печенье, конфеты, даже колбасу и сыр положили. Плюс дали каждому по три тысячи карманных. На неделю этого должно было хватить.
Три дня назад Даша и Максим уехали к бабушке в Воронеж на зимние каникулы. Галина Петровна сама позвонила в конце декабря и буквально настояла на этой поездке.
— Я так давно внуков не видела! — причитала она в трубку. — Пусть приедут хоть на неделю. Я их развлеку, город покажу, в театр сходим. Вы там хоть отдохнете без детей, а мне радость будет.
Марина тогда удивилась такому энтузиазму. Обычно свекровь при каждом звонке жаловалась на давление, усталость и то, как тяжело ей живётся на пенсии, даже несмотря на подработку няней. Но дети обрадовались возможности съездить к бабушке — Даша, четырнадцатилетняя барышня, мечтала о свободе от родительского контроля, а двенадцатилетний Максим просто любил поезда и новые места.
Марина собрала детям две большие сумки. Одежда, гигиенические принадлежности, лекарства на всякий случай и продуктовый набор. Колбаса, сыр, печенье, шоколадки, фрукты. По три тысячи каждому на карманные расходы. Казалось, они предусмотрели всё.
И вот теперь — это сообщение.
— Надо позвонить маме и уточнить, — сказал Андрей, но Марина видела, что он сам не хочет этого разговора.
— Звони, — коротко бросила она.
Андрей набрал номер матери и включил громкую связь. Галина Петровна ответила не сразу, а когда взяла трубку, в её голосе звучала обида.
— Сынок, я не думала, что вы будете так считать каждую копейку, — начала она без приветствия. — Я для внуков стараюсь, последнее отдаю.
— Мам, мы просто не поняли. Мы же собрали им продукты, дали денег. Что случилось?
— Ну, я же не знала, что они столько едят! — голос свекрови повысился. — Максим каждый день просит пиццу, Даша суши заказывала через интернет. Я что, должна им отказывать? Они же внуки мои! Плюс в кино сходили, в развлекательный центр — там билеты ого-го какие.
Марина почувствовала напряжение. Пицца? Суши каждый день? Развлекательный центр? Это не похоже на поведение её детей, особенно когда они в гостях.
— Галина Петровна, — вмешалась она, стараясь звучать вежливо. — А можно я с Дашей поговорю? Хочу узнать, как они там.
— Они гуляют сейчас, — быстро ответила свекровь. — Позже перезвоните.
Марина дождалась вечера и позвонила дочери напрямую. Даша ответила шепотом — видимо, отошла в другую комнату.
— Мам, привет. Что-то случилось?
— Дашуль, скажи честно. Вы правда каждый день суши заказываете? И пиццу просите?
В трубке повисла пауза.
— Мам, что? Мы один раз суши заказали, и то бабушка сама предложила. Говорила: «Живите, как дома, не стесняйтесь». А пицца... Макс один раз попросил, но бабуля сказала, что дорого, и мы не стали настаивать. Мы вообще стараемся поменьше просить.
— А в кино ходили?
— Да, один раз. На мультик. Бабушка сказала, что билеты по акции были.
— А в развлекательный центр?
— Мам, мы вообще из квартиры почти не выходим, — в голосе Даши послышалась обида. — Бабушка всё время говорит, что устала, что голова болит. Мы в основном сидим, в телефонах или фильмы смотрим. Один раз в парк сходили погулять, и то ненадолго.
Марина поблагодарила дочь и положила трубку. Картина прояснилась. Свекровь либо откровенно преувеличивала расходы, либо вообще придумывала их, чтобы получить деньги. А может, просто решила компенсировать себе «хлопоты» от визита внуков.
— Слышал? — она повернулась к мужу.
Андрей кивнул, глядя в стол. Марина знала, как ему тяжело признавать, что его мать манипулирует.
— Что будем делать? — спросил он.
— Ничего переводить не будем. Если она понесла реальные расходы, пусть пришлёт чеки. Мы готовы компенсировать, но не абстрактные пятнадцать тысяч.
Андрей набрал сообщение матери, несколько раз удалял и печатал заново. Наконец отправил: «Мам, мы готовы компенсировать расходы, но нужны чеки. Пришли, пожалуйста, на что именно тратила деньги».
Ответ пришел через час: «Я для внуков стараюсь, а вы чеки требуете. Какое унижение. Я думала, вы сами захотите помочь матери, без всяких бумажек».
Андрей показал жене сообщение. Марина прочитала и усмехнулась. Классический прием — перевести разговор с конкретики на эмоции, вызвать чувство вины.
На следующий день Галина Петровна почти не выходила на связь. Отвечала односложно, голос был холодным и обиженным. Марина предложила забрать детей раньше, но Андрей попросил не обострять.
— Пусть доживут до конца недели, как планировали. Не хочу полного разрыва с мамой.
Марина согласилась, хотя ей было неспокойно. Она каждый день созванивалась с детьми, проверяла, всё ли в порядке. Даша и Максим говорили, что нормально, но Марина слышала в их голосах некоторую напряженность.
Когда неделя подошла к концу, они с Андреем приехали в Воронеж забрать детей. Галина Петровна встретила их подчёркнуто холодно, почти не разговаривала, только вздыхала. Дети быстро собрали вещи, явно рады были уезжать.
В машине, когда Воронеж остался позади, Даша вдруг сказала:
— Мам, пап, мы больше не хотим туда ездить одни.
— Что случилось? — Марина обернулась с переднего сиденья.
— Бабушка все время говорила, какие мы обжоры, сколько света жжём, сколько воды тратим. Говорила, что вы ей даже денег не дали за наше содержание. Было неприятно.
Андрей крепче сжал руль. Марина молча кивнула.
Через несколько дней Галина Петровна написала: «Ну ладно, забудьте про деньги. Просто я думала, вы сами захотите помочь матери. Но я не в обиде».
Марина прочитала сообщение и положила телефон. Она понимала, что свекровь устроила настоящую манипуляцию, превратив приглашение внуков в способ получить деньги и одновременно выставить их семью неблагодарной. Теперь Галина Петровна могла рассказывать знакомым, какие у нее жадные сын с невесткой, которые даже пожилой матери не помогли.
Марина знала, что в семье мужа эта история обрастёт вымышленными подробностями и будет всплывать при каждом удобном случае. Но она также знала, что поступила правильно, не поддавшись на манипуляцию. Границы нужно было обозначить чётко, пусть даже ценой охлаждения отношений.
— Не переживай, — сказала она вечером Андрею, обнимая его. — Ты правильно сделал.
Андрей только вздохнул. Он не переживал о правильности своего решения. Он переживал о том, что дети стали заложниками взрослых игр, и о том, что теперь любой визит к бабушке будет сопровождаться тревогой и расчётами.