ВОЙНА — ЭТО САМЫЙ ДРЕВНИЙ И САМЫЙ ЦИНИЧНЫЙ СПЕКТАКЛЬ, который человечество разыгрывает снова и снова. Со сцены звучат громовые речи о Боге, Справедливости, Свободе и Крови, пролитой за Родину. Со сцены сходят актёры в генеральских мундирах и проповеднических рясах. Со сцены доносятся рыдания матерей и ярость толпы.
Но если вы заглянете за кулисы, в тёмную, сырую пустоту, где нет ни флагов, ни гимнов, — вы услышите иной звук. Не грохот разрывов и не рёв толпы. Вы услышите мерный, неумолимый, почти механический скрежет.
Это скрежет Стального Молота. Молота капитала.
Он не знает слов «нация» или «вера». Его язык — это язык контрактов, выходящих в тираж, когда на линии фронта ещё горят танки. Его поэзия — это графики взлетающих котировок оборонных корпораций на фоне падающих в прах городов. Его география — не карты сражений, а карты трубопроводов, месторождений редкоземельных металлов и морских путей, которые нужно контролировать.
Солдат в окопе верит, что он защищает свой дом. И в этом его святая правда, его человеческая трагедия. Но тот, кто отправил его в этот окоп, давно пересчитал стоимость этого дома в баррелях нефти, в тоннах зерна, в процентах роста ВВП, обеспеченного военными заказами. Кровь здесь — лишь особая валюта, самый ликвидный актив, который конвертируется в политическое влияние и финансовые потоки.
Войны прошлого могли начинаться из-за амбиций королей или религиозного фанатизма. Война современная — это холодный, прецизионный механизм. Это машина по перераспределению капитала, где гуманитарные катастрофы — не печальная случайность, а расчетливое топливо. Страх целых регионов толкает капитал в «безопасные гавани». Разрушенная инфраструктура требует многомиллиардных контрактов на восстановление — и эти контракты достанутся тем, кто стоит у руля. Оружие, отравляющее землю сегодня, завтра потребует новых систем ПВО, новых танков, нового витка спирали.
Поэтому, когда вы видите пламя на экране, ищите не того, кто кричит громче всех, а того, кто в это время подписывает документы при свете нефтяного факела горящего нефтеперерабатывающего завода. Ищите того, чей портфель акций пухнет синхронно с ростом числа беженцев.
Любая война — это война капиталов. Это великая мистификация, где подлинные хозяева битвы остаются в тени, а на авансцену выходят их марионетки с идеологическими скрижалями в одной руке и счётами — в другой. Пока мы сражаемся за символы, они делят материю мира. Пока мы хороним своих героев, они подсчитывают барыши и готовят почву для следующего раунда.
В этом и заключается конечная, леденящая истина: война не является сбоем в системе. Она — её апофеоз, её пировая функция. Самый прибыльный и самый бесчеловечный бизнес на планете.