Февраль, достать чернил и… не плакать, разумеется, а писать об одном из самых известных и, не побоюсь этого слова, культовых зимних фильмов. Пусть до Дня Святого Валентина еще далеко, ничто не помешает окунуться в оригинальную атмосферу этого праздника уже сейчас, тем более, что 14 февраля я расскажу еще о другом, более современном кино.
В «Вечном сиянии чистого (а вернее будет перевести «незамутненного, незапятнанного») разума» зима торжествует над людьми и в буквальном, и в переносном смысле, что ей ваши жалкие попытки скрасить этот самый глухой беспросветный месяц розовыми валентинками. Такое впечатление на меня всегда производил этот фильм – какой-то неприукрашенной зимней безысходностью, бесприютностью людей, потерявших или добровольно отказывающихся обрести дом в сердце друг друга. Когда и утром не хочется просыпаться, и вечером не хочется засыпать, а в промежутках ты то маешься от холода и пустоты, то впадаешь в выморочный экстаз обретения. А надежда на уверенное, плотное, добротное счастье все манит, но так и не воплощается в жизнь.
Фильм 2004 года за все это время визуально почти совсем не устарел, и это его огромное достоинство. Новаторский, на грани эксперимента киноязык всегда себя в этом смысле оправдывает, что бы там не писали критики. Для нас же нынешних посмотреть на молодых Джима Керри и Кейт Винслет – отдельное удовольствие, и кто мы такие, чтобы себе в нем отказывать. В какой-то реальности, я глубоко убеждена, Джоэл и Клементина на самом деле существуют – не могут не существовать – и до сих пор болтают в электричке, которая несет их на безлюдное зимнее побережье.
С высоты прошедших и прожитых лет смотреть фильм еще интереснее, чем в юности – сразу видишь, какую человеческую незрелость обслуживает этот супер-пупер фантастический аппарат по стиранию памяти. Ну серьезно – нам бы с помощью этой машинки бороться с серьезными ментальными нарушениями, лечить Альцгеймер, например. А они тут память стирают, чтобы воспоминания о неудачном романе не портили им жизнь. Психологи-то вам что, какая-то нелепая шутка? Учиться надо прорабатывать эти такие неприятности, взрослеть на своем опыте, а не легкомысленно удалять его из памяти, совершая потом вновь все те же самые ошибки.
Но тот, кто так говорит – знает ли он о грызущей, высасывающей все силы боли от осознания того, что ты снова не смог, снова все потерял и продoлбал? От того, что ты сам себе злобный Буратино, боль меньше не становится, она лишь усиливается ощущением собственной жизненной несостоятельности. Мы же еще ничего не знаем об этой восхитительно утешительной идее – о том, что мы, человеческие существа, генерируем любовь сердцем, а не разумом. Мы-то, глупыши такие, работаем только с разумом. А сердце, как говорилось в другом фильме по схожему поводу, «предмет темный, исследованию не подлежит». Туда аппарат по стиранию памяти не достанет, и эта сердечная несокрушимость делает всю нашу жизнь раз и навсегда сложившейся практически без нашей на то воли и каких-то дополнительных усилий.
А значит, что? Ну не почивать на лаврах, конечно же, а работать еще с большим усердием – чтобы привести разум в согласие с тем самым беспокойным сердцем. Не чистым он нам нужен, а многомудрым, опытным и начитанным. Он нас, верный друг, и проведет этой запутанной и заросшей колючками тропинкой к пониманию, что гармония и счастье в отношениях – это не мегабонус, а результат. Итог многолетних компромиссов, обтачиваний себя об другого, замены иллюзий реальностью и тренировки умения эту реальность принимать. А все остальное, как говорится, приложится. Тепло одевайтесь и на забудьте подписать свои валентинки, а судьба сделает все остальное за вас.