Режиссер – Рузанна Мовсесян.
Художник – Мария Утробина.
Композитор – Давид Мовсесян.
Разбитая радуга
Спектакль поставлен по пьесе Теннесси Уильямса, ознаменовавшей в американской драматургии поворот от вопросов социальных к вопросам семейным, камерным, касающимся души человека. Известно, что прототипы героев пьесы – родные писателя. Лаура отчасти списана с сестры Уильямса Розы.
По сюжету Аманда Уингфилд, от которой сбежал муж, требует от сына Тома привести в дом жениха для дочери Лауры, с детства страдающей хромотой. Автор пьесы размышляет об эфемерности иллюзий, одиночестве, о людях-«беглецах».
Аманда пребывает в плену воспоминаний о молодости и нафантазированных богатых женихах. Том работает в обувном магазине и хочет уехать из дома, путешествовать по миру, как сделал его отец. У Лауры единственная отдушина – стеклянные фигурки животных.
Спектакль захватывает актерской игрой. Аманда – Екатерина Александрушкина – с копной рыжих волос, фальшивой улыбкой, крикливой интонацией, верховодит в семье и противостоит Тому – Семену Боровикову. Сын вынужден подыгрывать, ожидая приглашение на работу, которое поможет ему бросить нелюбимую работу и уехать из дома.
Аманда и Том – две борющиеся фигуры, полные сил и энергии. Мать использует разные манипулятивные техники: ласку, наказание и дифирамбы, а потом снова душит контролем и разглагольствует о христианстве.
На этом фоне Лаура – Алла Онофер – напоминает жертву на заклание. Она не только хромает, но и имеет признаки аутизма, поэтому не может никому дать отпора. Девушка не дает к себе прикоснуться, не смотрит никому в лицо, пальцы сжаты, часто сидит, опустив голову и закрыв лицо руками, когда мать повышает на нее голос. Лаура в этот момент напоминает мышку, желающую спрятаться. Ее вытянутая фигурка, красивое лицо, выражающее чаще страх, тонкие пальчики вызывают невероятное сострадание. На фоне массивного брата и крепкой матери она кажется хрупкой, как и ее «стеклянные друзья» в лунном свете. Хотя фигурки молчат, свет, проникающий сквозь окно, создает переливы, словно от витражей собора. Только тогда она счастлива. У Лауры есть еще патефон и музыка, но она сокрушительно одинока.
Портрет отца с белозубой улыбкой, висящий на стене – это болевая точка в семье. Аманда еще любит его, а для сына – это пример: беги! Своей болью здесь наслаждаются, чужую – не хотят видеть. А еще портрет, безусловно, напоминает рекламные плакаты, транслирующие американскую мечту о счастье и о том, что человек может всего добиться, стоит только захотеть. Мать и сын отчаянно реализуют свой план, забыв о чувствах девушки.
Слепота Аманды обнаруживает себя, когда женщина надевает нарядное юношеское желтое платье и с хохотом наряжает дочь, не видя в упор ее стеснение и ужас от затеваемого спектакля. Эта сцена вопиет о насилии, но этого никто не видит. Смотрины не удаются. Лаура сбегает в свой уголок со зверями.
Сослуживец Тома Джим О’Коннор, вкусно пообедав, наконец, понимает, что от него хочет мать, и начинает «обрабатывать» девушку, словно тренируя навыки пиарщика. Он убеждает Лауру, взахлеб рассказывая о своих мечтах, что все будет хорошо — нужно только верить и работать над собой. Парень истово верует в религию успеха, которой живет вся страна. О’Коннор нравится девушке еще со школы: они учились вместе. И – о, чудо! – Джим помнит ее! Лаура расцветает на наших глазах, оправдывая школьное прозвище, данное ей Джимом — «голубая роза». Девушка даже начинает говорить, и, хотя ей трудно и она всякий раз выдыхает воздух, как будто поднимается в гору, ее голос звенит как радостный колокольчик, пока его не обрывают.
Каждый же борется за себя и свое счастье. Рузанна Мовсесян увидела в желании во что бы то ни стало воплотить мечту о лучшей жизни эгоизм людей, поэтому предельно заострила конфликт. Мать и брат совершают насилие над юродивой девушкой, пытаясь втиснуть мир в трафарет счастья.
Читайте меня в Телеграмм . Будем ближе! https://t.me/theatre_ma