Жил-был в тихом омуте карась по имени Кеша. Кеша был парнем простым, чешуя стандартная, ум средний, но вежливость — зашкаливающая.
Однажды, ковыряясь в иле в поисках чего-нибудь съедобного, Кеша наткнулся на странный, блестящий предмет. Это была новенькая консервная банка из-под кукурузы, которую вчера выронил незадачливый турист. Вода была чистой, солнце пробивалось до самого дна, и жестяной бок банки сиял, как зеркало в спальне королевы.
Кеша замер. Из блестящей поверхности на него смотрел кто-то... очень знакомый, но пугающе молчаливый.
Кеша расправил плавники, подтянулся и, вспомнив наставления бабушки о хороших манерах, тихонько кашлянул:
— Здравствуйте... — смущенно прошептал он, пуская пузырь. — Я карась. А кто вы?
Незнакомец в банке ответил тем же: беззвучно открыл рот и выпустил воображаемый пузырь.
— О, вы тоже карась! Какое совпадение! — обрадовался Кеша. — Из какой заводи будете? Что-то я вас на общих собраниях планктоноедов не видел.
Собеседник молчал, но смотрел на Кешу с таким же искренним любопытством.
Кеша решил, что гость просто очень стеснительный или, чего доброго, иностранец.
Кеша вильнул хвостом вправо. Незнакомец синхронно вильнул влево.
«Ого, — подумал Кеша, — у него зеркальный диалект! Наверное, из северных морей приплыл».
Чтобы впечатлить гостя, Кеша раздул жабры и сделал «страшное» лицо. Гость в банке сделал лицо ещё страшнее. Кеша отпрянул.
«Боевой парень, — уважительно отметил карась. — С таким лучше дружить, а не враждовать.
— Слушайте, уважаемый, — Кеша подплыл вплотную, коснувшись носом холодного металла. — Зачем вы всё повторяете за мной?
Отражение коснулось его носа в ответ.
— Понимаю, — вздохнул Кеша. —Наверное, вас заколдовал старый сом за то, что вы съели его любимую улитку. Не переживайте, я буду приносить вам новости.
Весь вечер Кеша вдохновенно рассказывал банке о том, что червяки нынче пошли невкусные, а щука из соседнего камыша возомнила себя волшебной. Отражение внимательно слушало, не перебивало и со всем соглашалось.
Когда Кеша наконец уплыл обедать, старый рак по имени Аркадий Степанович боком, сохраняя достоинство и держа клешни наготове, подобрался к консервной банке.
Он поправил усы и заглянул в блестящий бок жестянки. Из глубины на него вытаращилось нечто ужасающее: выпученные глаза, огромные усы и клешни, нацеленные прямо в его сторону.
— Так-так... — проскрежетал Аркадий, пятясь назад. —Сейчас я тебе покажу где зимуют раки.
Отражение в банке тоже попятилось и угрожающе выставило клешни.
Аркадий Степанович не был из тех, кто пускает пузыри вежливости, как карась Кеша. Он решил сразу прояснить ситуацию:
«Слышь, усатый! Ты на чьи камни залез? Я тут с девяносто восьмого года под корягой сижу, проваливай».
И рак начал быстро-быстро щелкать правой клешнёй. Отражение ответило тем же, причем с такой же скоростью.
Пока Аркадий Степанович готовился к решающей битве с «усатым захватчиком», из камышей выплыл Кеша. Но не один — он притащил за собой дедушку, старого, мудрого карася Прохора Ивановича, чья чешуя уже давно приобрела благородный оттенок антикварной латуни.
— Вот, дедушка, смотри! — восторженно закричал Кеша, тыча плавником в сторону банки. — Это мой новый молчаливый друг. Он очень вежливый, но, кажется, Аркадий Степанович хочет его выселить!
Аркадий Степанович в этот момент как раз пытался взять банку в «клещевой захват». — Кеша, отойди! — прохрипел рак. — Тут серьёзные разборки. Этот тип из жестянки только что угрожал мне расправой! Мы тут с ним уже полчаса на клешнях фехтуем!
Дедушка Прохор Иванович подплыл поближе, поправил воображаемое пенсне и внимательно посмотрел на блестящую кукурузную банку. Сначала он увидел Кешу, потом — взъерошенного рака, а потом и свою собственную почтенную голову.
— Эх, — вздохнул дедушка, пустив большой, полный иронии пузырь. — Ладно Кеша, он ещё маленький, мир познаёт. Но ты-то, Аркадий! Тебе уже сто лет в обед, а ты всё туда же — воевать с самим собой вздумал.
— В смысле? — рак замер, не разжимая клешни.
— Да это же отражение, старый ты забияка! — рассмеялся дедушка Прохор. — Банка гладкая, вот она нас и показывает, как в зеркале. Нет там никакого шпиона, там только твоя собственная сердитая физиономия!
Аркадий Степанович на секунду завис, глядя в банку. Он присмотрелся: и правда, когда он смущённо опустил клешни, «враг» сделал то же самое. Рак покраснел бы, если бы раки умели краснеть от стыда.
— Тьфу ты! — буркнул он.
Все трое — Кеша, дедушка и Аркадий — дружно расхохотались. И в ту же секунду из блестящего бока банки на них взглянули три весёлые мордашки, которые беззвучно, но очень искренне рассмеялись им в ответ.
💛 Дорогие друзья, ждём вас в Телеграм