В советском паспорте было всего несколько строчек. Фамилия, имя, дата рождения, прописка. И графа номер пять — национальность. Эти несколько букв определяли, в какой город человек может переехать, в какой институт поступить, на какую работу устроиться. Иногда — сможет ли он вообще вернуться домой.
Откуда взялась пятая графа
До 1932 года советские граждане обходились без паспортов. Потом вышло постановление за подписями Калинина и Молотова: ввести единую паспортную систему «в целях лучшего учёта населения городов» и «очистки этих населённых мест от укрывающихся кулацких, уголовных и иных антиобщественных элементов».
Формулировка откровенная. Паспорт задумывался не как документ, удостоверяющий личность, а как инструмент контроля. Кому выдать — тот может жить в городе. Кому не выдать — пусть выметается.
Национальность в паспорте появилась сразу. До 1938 года её записывали со слов гражданина. Потом ужесточили: теперь определяли по происхождению родителей. Выбрать можно было только из утверждённого списка — в 1959 году в нём значилось 126 народов, к 1989-му стало 128.
340 запретных городов
К началу пятидесятых Советский Союз покрылся сетью «режимных местностей». Таких набралось 340 — города, железнодорожные узлы, приграничные полосы. Москва, Ленинград, все столицы союзных республик. Закарпатская область — целиком. Сахалин — целиком. Хабаровский край — целиком.
В режимные города нельзя было приехать и прописаться, если у тебя в паспорте стоит судимость. Или если ты освободился из лагеря по политической статье. Или если твоя национальность попала в список «неблагонадёжных».
Система получила народное название — «101-й километр». Отбыв срок, человек не имел права поселиться ближе ста километров к крупному городу. К 1953 году, по данным записки Берии в Президиум ЦК, паспортные ограничения получили почти 4 миллиона человек только за предыдущие десять лет. Ещё 5,5 миллиона были привлечены за нарушение паспортного режима.
Депортированные народы
Семь народов в СССР лишились не только права жить где хотят, но и своих автономий: немцы, карачаевцы, калмыки, ингуши, чеченцы, балкарцы, крымские татары. В общей сложности депортациям подверглись десятки этнических групп — от поляков и греков до корейцев и турок-месхетинцев.
В августе 1941 года депортировали советских немцев. На сборы — двое суток. 367 тысяч человек отправили в Казахстан, Сибирь, на Алтай. Автономную Республику немцев Поволжья ликвидировали. Даже после войны вернуться было нельзя — немецкая национальность в паспорте закрывала дорогу обратно.
То же с крымскими татарами. В мае 1944-го их выселили в Среднюю Азию. Крым для них был закрыт до 1989 года. Сорок пять лет люди не могли вернуться туда, где родились, — из-за записи в пятой графе.
«Инвалиды пятой группы»
Так себя называли советские евреи. Официально никаких ограничений для них не существовало — законов не принимали, указов не подписывали. Но система работала.
После войны и особенно после создания Израиля в 1948 году евреев начали выдавливать с руководящих постов. Не брали в МИД, в КГБ, в партийный аппарат. Закрыли дорогу в «режимные» вузы: МФТИ, МИФИ, мехмат МГУ.
Как это работало? Абитуриентов с «неправильной» фамилией или записью в анкете о национальности родителей собирали в отдельные группы на устных экзаменах. Эти группы на студенческом жаргоне назывались «газовыми камерами». Задачи давали нерешаемые или решаемые за время, втрое превышающее отведённое.
Математик Михаил Шифман вспоминал: поступить могли только «дети профессоров, академиков или других нужных людей». Даже Игорь Шафаревич, которого самого обвиняли в антисемитизме, называл методы отсева на мехмате «чудовищными».
Результат был предсказуем. В 1935 году евреи составляли 13,5% студентов СССР. К шестидесятым — уже 3,1%. Страна потеряла Иосифа Бернштейна, Давида Каждана, Михаила Громова и десятки других выдающихся учёных — они уехали.
Колхозники без паспортов
Отдельная история — 58 миллионов сельских жителей, которые вообще не имели паспортов до 1974 года. Колхозникам документ не полагался. Хочешь уехать в город — получи временный паспорт на год. Для этого нужна справка от председателя колхоза. Председатель не даёт — сиди в деревне.
Это называлось «прикреплением к земле». Историк Альберт Байбурин в книге «Советский паспорт» пишет, что система функционально воспроизводила крепостное право. Только вместо помещика — государство.
Как определяли «своих» и «чужих»
Сотрудников милиции и КГБ учили опознавать национальность по внешности. Существовали таблицы с описанием антропологических типов. Отличить бурята от якута ещё можно. Русского от латыша — уже сложнее. Но пытались.
При получении первого паспорта в 16 лет гражданин выбирал национальность одного из родителей. Изменить потом было нельзя — ни в 25, ни в 45 лет при замене документа. Что записано — то навсегда.
Смешанные семьи решали тактически. Если отец еврей, а мать русская — ребёнку записывали «русский». Так было безопаснее. После 1968 года, когда открылась эмиграция в Израиль, появился обратный мотив: некоторые специально искали еврейские корни, чтобы уехать.
Отмена и последствия
Пятую графу убрали из российского паспорта в середине девяностых. Казалось бы, пережиток. Но споры идут до сих пор — периодически кто-то предлагает вернуть.
На переписи 2010 года, когда национальность можно было указать любую, некоторые граждане записались скифами, казаками, поморами. Нашлись даже эльфы.
Но для миллионов людей пятая графа была не анекдотом, а приговором. Запись из нескольких букв решала, где жить, где учиться, кем работать. Иногда — жить ли вообще.
--------------
Источники: Записка Л.П. Берии в Президиум ЦК КПСС 1953г, Коммерсантъ (2018), РИА Новости (2022), Интервью с историком А. Савиным о прописке и «милицейских тройках», Familio.Media (2021), Радио Свобода (2006), Электронная еврейская энциклопедия и др.
>> ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ. НЕ ПРОПУСТИТЕ ДРУГИЕ ИНТЕРЕСНЫЕ СТАТЬИ ПО НАУКЕ, ИСТОРИИ, ОТКРЫТИЯМ И ИССЛЕДОВАНИЯМ