Не знаю, после этой необычной бомбардировки или нет, но в британской армии появился солдатский анекдот:
– Учёные умники придумали огромную резиновую бомбу, сбросили её на «джерри», она запрыгала со страшной силой, передавила всех в немецких траншеях, можно бы наступать, но никто не решается!
– Почему?
– Так бомба-то всё прыгает!
В период Второй мировой войны Великобритания придавала огромное значение стратегическим бомбардировкам Германии. Всё происходило очень серьёзно, на научной основе – решались сразу две главные задачи: подавление морального духа населения и подрыв экономики противника.
Важную роль играло Министерство экономической войны Британии, которое рассчитало, что тонна бомб оказывает воздействие на 800 человек, уровень активности населения утром следующего дня снизился на 33%, его восстановление требует 35 дней.
Англичане предполагали, что после четырех или пяти успешных атак на город индекс активности населения сократится до нуля, а шестая атака не оставит надежды на его восстановление. Вывод: необходимо бомбить и бомбить!
Британский инженер, конструктор Барнс Уоллес (1887-1979) был убеждён, что необходимо подрывать прежде всего производство, экономику, а не терроризировать население.
Инженер, приученный оперировать логикой цифр, он принялся анализировать слабые места Германии, такие, чтобы нанести один точный удар, который серьёзно обрушит производство.
У британцев нет фразеологизма «кащеева игла», то есть самое уязвимое место, но зато есть выражение, которое очень любил Черчилль: «soft underbelly» – «мягкое подбрюшье», именно его он очень хотел найти в отношениях со Сталиным и СССР, а Уоллес точно рассчитал, что если ударить по «soft underbelly» – «мягкому подбрюшью» Германии – разрушить речные плотины Рура – промышленность Германии можно посадить на голодный паёк, добиться перебоев индустриального сердца Рейха.
А ещё есть выражение «chink in the armor» – дословно что-то вроде щели в доспехах. Уоллес считал, что эту щель нашёл.
Все дело в том, что заводам для массового производства нужна вода, очень много воды. При помощи дамб весной ее собирали в огромные водохранилища. Потом за их счет жила вся промышленность Германии.
Если эти плотины уничтожить, то промышленность, конечно, не замрёт, но выпустит гораздо меньше техники, вооружений и боеприпасов, чем могла бы. А там, глядишь, и на фронтах легче будет.
Но если бы сделать это было легко, плотины разрушили бы и без Уоллеса. На деле плотины, которые должны были выдерживать давление огромных толщ воды, были гигантскими и очень прочными сооружениями из железобетона. Уничтожить их обычным бомбами не стоило даже и пробовать – это слону дробина. (Напомню, что при отступлении Красной Армии была взорвана плотина Днепрогэса – потребовалось 20 тонн аммонала, собранные в одном месте плотины).
Напрашивалось создание сверхтяжелых бомб. Но представьте: 5-тонную бомбу требовалось положить идеально рядом со стенкой плотины, чтобы она нырнула на глубину и сработала метрах на 10−15, только тогда ущерб от взрыва был бы максимальным.
Такой точности с обычного «горизонтального» бомбардировщика добиться было невозможно. А пикирующий, на котором опытный экипаж мог попасть в круг с пятиметровым радиусом, не поднял бы такой вес бомбы.
Сразу приходила в голову идея использовать торпеды, их можно сбросить несколько, натренировать экипажи так, чтобы сразу несколько торпед ударили в одно намеченное место в теле плотины, но плотины надежно прикрывались противоторпедными сетями.
Надо было метать бомбу с неуклюжего четырехмоторного «Ланкастера». Чтобы он точно попадал в цель, Уоллес придумал целую концепцию. Четырехтонная бомба имела вид металлической бочки, да ещё её требовалось раскрутить, чтобы она при сбросе со сверхмалой высоты неслась по воде и прыгала!
Легенда это или реальный факт, но утверждают, что конструктор, ломая голову над задачей, увидел, как мальчишки швыряют в речку камешки, пуская «блинчики»!
Только так бомба перепрыгнет через противоторпедные сети, уткнётся в само тело плотины, а потом под собственной тяжестью пойдёт на глубину у самой стены и взорвётся десятком метров ниже.
Уоллес провел огромное количество натурных экспериментов в бассейне, исписал сотню листов чертежами и разбил о волны несколько построенных по его конструкции бомб. Но в итоге вычислил оптимальную высоту и скорость сброса, при которых все работало как надо.
Главных проблем у Уоллеса было два.
Первая – четко заданная высота и скорость сброса, отклоняться от которых было нельзя, экипажи самолётов тренировались выдерживать высоту, скорость и курс.
Вторая – это было оружие одного удара. Немцы разумно полагали, что уничтожить плотины невозможно, и их защита ограничивалась противоторпедными сетями и несколькими зенитками. Невозможно было провести несколько атак, «прикидочных, тренировочных», поскольку немцы догадались бы о смысле происходящего, и ПВО плотин сильно бы увеличили, а самолеты, вынужденные лететь прямо на небольшой скорости и небольшой высоте, были бы отличной целью, и без фактора внезапности оказались бы сбиты.
По сути, это был вариант уже хорошо известного топ-мачтового бомбометания, но зато это была такая бомба!
Шанс был только один. Англичане планировали использовать его по максимуму и собрали эскадрилью лучших экипажей. А дальше принялись гонять экипажи на тренировках. Основная задача – научиться летать на сверхмалых высотах в темное время суток и правильно бросать бомбы Уоллеса.
Все было готово к маю 1943-го – в воздух поднялось 19 бомбардировщиков «Ланкастер». Было уничтожено две плотины, еще одна оказалась повреждена.
Альберт Шпеер, рейхсминистр военной промышленности и вооружения Германии, писал в мемуарах: «На рассвете при подлете к городу Верль мы увидели жуткую картину разрушений. Электростанцию у подножия разбомбленной плотины словно стерло с лица земли вместе с ее огромными турбинами. Вода, хлынувшая из водохранилища, затопила долину Рура. Электрооборудование насосных станций оказалось под слоем воды и ила; промышленные предприятия остановились, водоснабжение населения оказалось под угрозой».
Водохранилища Рура опустели. От обычного уровня осталось менее двадцати процентов воды. Производство упало – заводы получали лишь половину от необходимого. Тем временем немцы усилили ПВО плотин и бросились восстанавливать уничтоженное – к осени они успели сделать достаточно, чтобы собрать необходимое количество воды на следующий̆ год.
Но даже несмотря на то, что промышленное производство не пало полностью, это все равно оказалась самая результативная по воздействию на экономику неядерная бомбардировка в истории человечества.
Не вернулись 8 экипажей...
Сам Уоллес летел в одном из «Ланкастеров», посчитав, что обязан разделить риск с лётчиками – всё же именно он придумал эту «прыгающую» бомбу.
А конструктор после успеха своего оружия продолжил исследования и получил заказ ВМС Британии создать оружие против немецких тяжёлых кораблей, которые держали в постоянном напряжении (и страхе) морские конвои.
С помощью созданных Уоллесом бомб «Tallboy» – «Верзила» (6 тонн) был потоплен линкор «Тирпиц» и серьёзно поврежден тяжёлый крейсер «Лютцов».
Орден Крест Виктории Уоллесу вручила сама королева.