Она пришла в субботу. В девять утра.
Без звонка, без предупреждения. С ключами, которые ей дал муж «на всякий случай» Я открыла дверь в халате, с чашкой кофе в руках.
— Доброе утро, Ирина Олеговна... — Доброе? — она прошла мимо меня в коридор. — В девять утра ещё в халате? Стас уже на работе, а ты...
Она махнула рукой, как будто договаривать не стоило. Я глубоко вдохнула.
«Не реагируй. Просто не реагируй.» Ирина Олеговна прошла на кухню, открыла холодильник.
— Хм. Молоко какое-то дешёвое. Стасику нужно нормальное, жирное. Я стояла в дверях и смотрела, как она перекладывает мои продукты, морщится, заглядывает в кастрюли.
— А это что? Борщ? — она подняла крышку. — Ну такой борщ... Я бы не стала. — Ирина Олеговна, вы зачем пришли? — спросила я как можно спокойнее.
— Я волнуюсь за сына. Хочу проверить, в каких условиях он живёт. «Условиях»
Как будто он в общежитии, а не в нашей квартире, которую мы с ним снимаем вместе. Это началось сразу после свадьбы.
Ирина Олеговна приходила «просто