Осень 1941-го: Ленинград в стальной хватке
Ноябрь 1941 года. Ленинград в кольце блокады. Каждый день город подвергается чудовищным артобстрелам и авианалётам. Но помимо взрывающихся снарядов есть угроза страшнее — неразорвавшиеся авиабомбы. Эти 100-, 250- и 500-килограммовые «спящие смерти» застыли на чердаках, во дворах, вмораживались в асфальт. Любая из них могла сдетонировать от случайной вибрации, унеся десятки жизней. Обезвреживать их отправляли самых хладнокровных — бойцов 4-го инженерно-противохимического полка НКВД. Среди них был и 20-летний младший сержант Беня Моисеевич Брандин.
«Смерть на кончиках пальцев»: Кто такой Беня Брандин?
Он родился в 1921 году в Бобруйске (Могилёвская область Белоруссии). В довоенное время успел окончить школу и, вероятно, получить хорошее техническое образование, что и предопределило его судьбу. С началом войны он был призван и направлен в роту подрывников — элитное подразделение, куда брали не только смелых, но и невероятно внимательных, с «золотыми руками».
Его работа: Когда после налёта поступал сигнал о «неразорвавшейся бомбе», расчёт подрывников выезжал на место. Бомбу нужно было обезвредить прямо на месте, часто под продолжающимися авианалётами, при свете дня, который делал сапёров идеальной мишенью для немецких лётчиков.
Его оружие: не автомат, а отвёртки, гаечные ключи, щупы и титанические нервы. Ошибка в миллиметр, дрогнувшая рука, неправильно определённый тип взрывателя — и всё.
Его счёт: К ноябрю 1941 года на личном счету младшего сержанта Брандина было уже 20 обезвреженных авиабомб. Каждая — это спасённые жизни, сохранённые дома, больницы, хлебозаводы. Он был одним из самых результативных и молодых специалистов в городе.
16 ноября 1941 года: Последнее задание на улице Куйбышева
В тот день поступил вызов на Петроградскую сторону, на улицу Куйбышева (сейчас — снова Большая Зеленина). Там лежала 250-килограммовая фугасная авиабомба — одна из самых опасных. Что происходило в те минуты, мы знаем лишь по скупым сводкам.
Вероятный сценарий:
Брандин и его напарники под прикрытием оцепили район.
Он подошёл к бомбе, начал ювелирную работу по извлечению взрывателя. Немецкие взрыватели были коварны, часто снабжались дополнительными ловушками против разминирования.
В этот момент мог начаться новый авианалёт, или в механизме сработала скрытая мина-ловушка, или просто иссякло время, отпущенное судьбой.
Бомба взорвалась. Мощный взрыв не оставил шансов. 20-летний сапёр, спасший город двадцать раз, погиб при выполнении двадцать первого задания.
Орден вместо Звезды: Почему герой не получил высшую награду?
Подвиг Бени Брандина не остался незамеченным. Командование представило младшего сержанта к званию Героя Советского Союза — высшей награде страны, которая в первые, самые тяжёлые месяцы войны давалась исключительно редко и за беспримерные подвиги.
Однако в феврале 1942 года, когда наградные документы «дошли» до высших инстанций, вышло другое решение.
Приказ № 52 по войскам Ленинградского фронта от 6 февраля 1942 года гласил: «...от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР награждаю ... младшего сержанта Брандина Беню Моисеевича ... ОРДЕНОМ КРАСНОЙ ЗВЕЗДЫ (посмертно)».
Почему Героя «понизили» до ордена?
Жёсткая наградная политика начала войны. В 1941-42 гг. звание Героя получали единицы, в основном за масштабные подвиги на поле боя (как 28 панфиловцев или лётчик Гастелло). Подвиги сапёров, хоть и невероятно важные, часто рассматривались как «рядовые» в той мясорубке.
Прохождение документов. В условиях блокады и хаоса документы могли затеряться, быть переформулированы.
Возможная «неполнота» подвига в глазах чиновников. С точки зрения бюрократии, он выполнял свою работу, пусть и мастерски. Хотя для тех, кого он спас, он был абсолютным героем.
Память, затерянная в архивах
История Бени Брандина — это история тысяч незаметных героев тыла, чья ежедневная работа на острие смерти была не менее опасна, чем атака на вражеский дзот. Он не повёл в бой роту, но он спас, возможно, целые кварталы. Его имя сегодня известно в основном историкам и поисковикам. Но в ноябре 1941-го в осаждённом Ленинграде такие, как он, были живым щитом города.
Где его могила? Это отдельная трагедия. В условиях блокады погибших хоронили в братских могилах на различных кладбищах (возможно, на Пискарёвском или Серафимовском). Точное место захоронения младшего сержанта Брандина, увы, неизвестно. Его памятник — это каждый спасённый им дом в Санкт-Петербурге, который стоит до сих пор.
Он навсегда остался 20-летним юношей с отвёрткой в руках, вступавшим в дуэль со стальной смертью, — и выигравшим её двадцать раз подряд.
Как вы считаете, справедливо ли, что такие подвиги «тихих» героев-сапёров часто оставались в тени и не отмечались высшими наградами? Или в условиях той страшной войны была своя жестокая логика? Поделитесь своим мнением в комментариях.