Было или не было, жили в одном городе девять лодырей и Чаккон, что значит — Проворный.
Девять лодырей имели дома у самого базара, а Чаккон жил на самой окраине города.
И лодыри, и Чаккон делали арбы. Ленивы были лодыри и за целый день с трудом изготовляли всего одну арбу. А Чаккон в течении дня делал девять арб.
Народ на базаре ругал арбы, сделанные лентяями, и хвалил арбы Чаккона.
Стали девять лодырей думать, как им поправить свои дела. Думали они день и ночь, и вот один из них воскликнул:
— Нашёл!
Четыре лодыря, что один гвоздь забивали, три, которые топор поднимали, да один с рубанком в руке — так и застыли на месте.
А первый лодырь продолжал:
— Сейчас пойду к Чаккону, расхвалю нашу работу, скажу, что мы каждый день делаем восемьдесят одну арбу, и у нас столько денег, что не знаем, куда их девать. И потому решили взять его в компанию. Чаккон у нас проработает несколько дней. За это время мы распродадим свои арбы.
— Правильно говоришь! — закричали лодыри и послали первого лодыря к Чаккону.
— Брат Чаккон! Мы тебя очень жалеем. Подумай сам, ты с утра до ночи трудишься, проливаешь пот — зачем тебе так мучить себя? Брось все, иди к нам.
— Ну, ладно, — сказал Чаккон, — идти так идти!
Начали работать все вместе. Лодыри спрятались от жары в тень. Только Чаккон, повязав лоб платком, продолжал пилить, строгать, гвозди заколачивать.
Вечером Чаккон пересчитал арбы. Сам он смастерил девять арб, а лодыри сделали одну — всего десять. Удивился Чаккон, но промолчал. На базаре никто не купил арбу сделанную лодырями. А арбы, которые смастерил Чаккон, раскупили нарасхват.
Стал Чаккон учить лодырей. Ничего из этого не получилось.
Бросил Чаккон лодырей и ушёл к себе.
Думали, думали лодыри, что делать дальше, и ничего не смогли придумать.
— Нашёл! — крикнул, наконец, первый лодырь.
Один лодырь гвоздь забивал, шестеро надевали колесо на ось, один топор держал — все так и застыли на месте.
Первый лодырь продолжал:
— Сегодня ночью сожжём все арбы Чаккона. А завтра на базаре не будет арб, кроме наших, и цены на них поднимутся — продадим свой товар за хорошие деньги. Что скажете?
— Хорошо придумал! — сказали остальные лодыри.
Как только Чаккон ненадолго уехал из города, лодыри подожгли все его готовые арбы.
Вернулся Чаккон домой и увидел, что арбы его сгорели. Сразу понял кто это сделал.
— Эх, что было, то прошло! — сказал он и как ни в чём не бывало принялся за работу.
Повезли лодыри продавать на базар свои арбы и заехали к Чаккону — его бедой насладиться. Видят, он работает как ни в чём не бывало. Да ещё поёт.
— Сало́м, Чаккон! Как поживаешь? Всё ли благополучно?
— Да, всё хорошо, — ответил Чаккон.
— Мы слышали, что твои арбы сгорели. Правда это?
— Правда, — ответил Чаккон. — Все арбы давно надо было сжечь, никак не мог собраться. Нашлись, на моё счастье, добрые люди и сожгли их. Очень я обрадовался.
— Почему? — удивились лодыри.
— Очень просто. Мне понадобилось много золы.
— Зачем!? — удивились лодыри.
— Дело в том, — сказал Чаккон, — что на базаре золу от арб меняют на золото. Вес на вес. Сам только что привёз золото, которое получил взамен золы.
Лодыри поскорее вернулись домой, сожгли свои арбы, а золу насыпали в переметные сумы и повезли на базар.
— Кому золы от арбы? — начали на все лады кричать лодыри на базаре.
— Продается хорошая зола от хорошей арбы!
— За хурджун прекрасной золы всего один хурджун золота!
— Хо-хо-хо! Подходите, торопитесь!
Люди смеялись до слёз, а потом схватили палки да и прогнали лодырей с базара.
Очень разозлились лодыри и решили Чаккону отомстить.
Забрались они в полночь во двор к Чаккону, хотели его избить. В темноте наткнулись на ишака, а тот давай лягаться. Лодыри вовсе обозлились и принялись ишака бить. Избили так, что он издох.
Наутро Чаккон видит — ишак его лежит мёртвый. Огорчился Чаккон, потом положил ишака на арбу и повез в поле.
Подъехал к большому току, снял ишака и поставил возле скирды не обмолоченной пшеницы.
Хозяин тока — ростовщик Салимбай сидел неподалёку и завтракал.
Увидел он ишака возле пшеницы и давай кричать:
— Пошт! Пошт! Пошёл! Пошёл!
А ишак стоит себе и не двигается.
Подбежал Салимбай, палкой со всего маху стукнул ишака по спине. Мёртвый ишак, конечно, упал на землю.
— Вай! — закричал Чаккон. — Ты, бай, убил моего ишака!
Салимбай испугался.
— Душа моя, Чаккон, — начал просить он, — Не кричи так громко. Пусть никто не знает об этом!
Но Чаккон продолжал кричать:
— Нет, ты возместишь мне убытки — такой хороший и работящий был ишак!
И бросился с палкой на Салимбая.
— Стой, я заплачу, сколько ты хочешь!
И отсчитал Чаккону десять золотых.
Чаккон пошёл домой. По дороге встретились ему лодыри.
— Сало́м, душечка Чаккон! — сказали они.
— Сало́м! — ответил Чаккон.
— Как поживаешь? Что нового?
— Новостей много, — ответил Чаккон. — Сегодня ночью подох мой ишак, я отвез его на базар и продал. Вот смотрите, сколько я выручил за дохлятину.
Чаккон развязал кошель и показал десять золотых.
При виде золота у лодырей глаза полезли на лоб.
Прибежали они домой, убили своих ишаков и потащили их трупы на базар продавать.
Притащили на базар и давай кричать:
— Кому нужны дохлые ишаки? Меняем на золото!
Народ на базаре разгневался:
— Что ещё за безобразие? Кто же торгует дохлыми ишаками?
Избил народ лодырей и прогнал с базара.
Чаккон не успел доехать до дома, видит: бегут все девять лодырей.
Подумал Чаккон: «Их девять, а я один — не справлюсь!»
И побежал в степь. Лодыри за ним.
Но Чаккона не зря прозвали Проворным, бегал он быстро и далеко опередил лодырей.
Бежит по степи Чаккон, а на встречу ему Салимбай гонит баранов.
— Эй, — кричит бай, — куда бежишь?
— Ты разве не знаешь: меня назначили шахом!
Заволновался бай:
— Тебя бедняка, хотят назначить шахом? С какой это стати? Ах ты, тыква пустая! Я — бай, пусть меня назначают шахом! — закричал он.
— Если так, беги прямо вон к тому бугру, — ответил Чаккон. — Там тебя и назначат!
Салимбай очень хотел стать шахом и припустился к бугру во всю прыть.
А Чаккон надел халат наизнанку, повязал лицо платком и сел в канаву.
Тут подбежали лодыри и, запыхавшись, окликнули Чаккона:
— Не пробегал ли здесь один человек? — спросили они.
— Пробегал, пробегал, — ответил Чаккон.
— Давно он пробежал?
— Нет, только что. Да вон он бежит! — сказал Чаккон и показал на бегущего вдали бая.
Посмотрели лодыри, увидели бая и пустились его догонять.
Чаккон снова перевернул халат, снял с головы платок и пошел домой.
А лодыри, говорят, до сих пор бегают по степи — гоняются за баем.