Ночные огни уносят нас в даль.
Ветра дыханье ослабит печаль.
Холод в граните аллей. Стужа.
Время застыло. Нервы наружу.
Смысл утратили все суеверия,
Руины, леса, где привыкли ходить.
Мы строили мост из слов и доверия,
Пока моя тьма училась любить.
И вот, я срываюсь. Беззвучно. Без злобы.
Как старый охотник, устав от борьбы,
Шкуру снимаю кинжалом, ища инородный,
Сокрытый внутри зародыш любви.
И я содрогаюсь. И пью. И целую.
Уже не тебя, а глубинную суть.
Ты мой коварный урок от природы.
Ты мой наркотик, опасный как ртуть.
Зародыш, который не сохранился.
В плоти застыл началом слепым.
Он искалечен. Он не развился.
Но не обязан быть чем-то иным.
Гнев покрывает кровавой вуалью,
Саваном стелится эта агония.
Я пытался тебя отрицать,
Потом вырезать сталью,
Но осознал, что ты не фантом.
Ты часть моей анатомии.
Я боролся с тобой, как с приступом,
Укрощая инстинкт и сознание.
Ты не стал исцелением.
Ты стал выстрелом.
А я…
Рассыпался.
Осколками кладбищенского изваяния.
(с) Мариан Траум
