Я вышла из кабинета гинеколога на ватных ногах. В ушах всё ещё звучал бодрый голос Марины Петровны: «Поздравляю, милая! Восемь недель. Токсикоз уже начался?»
Восемь недель.
Я остановилась посреди коридора поликлиники, прислонилась к холодной стене. Пожилая женщина с палочкой недовольно обошла меня, бурча что-то про молодёжь, которая посреди прохода столбом стоит. А я не могла сдвинуться с места.
Восемь недель беременности. При том, что последние полгода мой муж не прикасался ко мне.
Нет, поправка — последние шесть месяцев мой муж Олег даже не смотрел в мою сторону как на женщину. Только как на соседку по квартире, которая готовит завтраки, стирает рубашки и иногда интересуется, как дела на работе.
Я судорожно вдохнула, пытаясь успокоить дрожь в руках. Телефон завибрировал — сообщение от Романа: «Как прошёл осмотр? Всё хорошо?»
Роман. Мой коллега из соседнего отдела. Мужчина, который три месяца назад положил руку мне на плечо в курилке, когда я в очередной раз жаловалась на равнодушие Олега, и сказал: «Ты заслуживаешь большего, Катя».
Тогда я рассмеялась сквозь слёзы. А через неделю мы впервые поцеловались в его машине после корпоратива. Ещё через две недели я переступила черту, о которой раньше даже думать не могла.
Я изменила мужу.
Причём изменила не в порыве пьяной страсти и не от скуки. Я изменила, потому что хотела почувствовать себя снова живой. Хотела, чтобы мужчина смотрел на меня с желанием, а не с безразличием. Хотела слышать комплименты, а не отговорки.
«Катюш, я устал. Давай в выходные?» — говорил Олег каждый раз, когда я пыталась к нему прикоснуться.
«Катюш, у меня голова болит. Проект сложный, нервы на пределе» — отмахивался он, когда я обнимала его перед сном.
«Катюш, мне к врачу надо сходить. Что-то со здоровьем не то» — оправдывался он, когда я прямо спрашивала, почему мы стали чужими людьми в собственной постели.
Полгода я верила в эти отговорки. Полгода пыталась быть понимающей женой. Готовила его любимые блюда, не приставала с расспросами, давала пространство. Думала, что это временная усталость, что скоро всё наладится.
А потом появился Роман с его внимательным взглядом и тёплыми руками. И я сорвалась.
Теперь, стоя в коридоре поликлиники со свежим заключением о беременности в сумке, я понимала: ребёнок от Романа. Математика простая — восемь недель назад с мужем я точно не спала, а вот с Романом...
Господи, что же я наделала?
Я вышла на улицу, где мартовский ветер трепал голые ветки деревьев. Достала телефон, долго смотрела на сообщение от Романа. Пальцы зависли над экраном. Что ответить? «Привет, кстати, ты будешь папой»?
Нет. Сначала нужно всё обдумать.
Я написала коротко: «Всё в порядке. Поговорим позже» — и вызвала такси.
По дороге домой в голове крутилась карусель мыслей. Что делать? Признаться Олегу? Но в чём признаваться — что изменила или что беременна? И то, и другое разрушит наш брак окончательно.
Хотя какой там брак, если муж полгода избегает близости?
А может, сделать аборт и никому ничего не говорить? Роман и так не в курсе. Олег тем более. Просто решить проблему тихо, по-взрослому, и жить дальше.
Но я хотела ребёнка. Мы с Олегом хотели. Три года назад, когда поженились, он говорил, что мечтает о большой семье. Я тоже. Только вот почему-то от мечтаний до реализации дело не доходило — всё работа, карьера, не время.
А теперь время наступило. Только не с тем мужчиной.
Такси остановилось у нашего дома. Я расплатилась, медленно поднялась на четвёртый этаж. Ключ дрожал в замке — руки всё ещё тряслись.
В квартире было тихо. Я разулась, прошла в гостиную. Олег сидел на диване со своим ноутбуком на коленях. Даже не поднял голову, когда я вошла.
— Привет, — сказала я.
— Привет, — не глядя ответил он, продолжая что-то печатать.
Я подошла ближе, присела на край дивана. Олег инстинктивно отстранился — совсем чуть-чуть, но я заметила. Как заметила и то, что экран он слегка развернул от меня.
— Как прошёл осмотр? — всё-таки спросил он, не отрываясь от клавиатуры.
— Нормально, — соврала я. — Олег, нам надо поговорить.
— Сейчас не могу, Кать. Срочное письмо дописать нужно.
Срочное письмо. В субботу. В два часа дня.
Что-то внутри меня щёлкнуло.
— Олег, отложи ноутбук.
— Катя, пять минут, правда важно.
Я молча встала, обошла диван и встала за его спиной. Олег дёрнулся, попытался захлопнуть крышку, но я успела увидеть.
На экране был открыт мессенджер. Переписка с контактом «Лена 💕». Последнее сообщение от неё: «Не могу дождаться вечера, солнышко. Скучаю по твоим рукам».
Ответ Олега, который он как раз печатал: «И я, зайка. Сегодня останусь у тебя до утра, жена...»
Время остановилось.
Мы замерли — он с ноутбуком, я за его спиной. Я даже не дышала. Просто смотрела на экран, где мой муж собирался написать какую-то ложь про свою жену.
— Катя, это... — начал Олег, медленно оборачиваясь.
— Не надо, — перебила я. Голос прозвучал на удивление ровно. — Не надо объяснять.
Я обошла диван, села в кресло напротив. Мы смотрели друг на друга — два чужих человека в одной квартире.
— Сколько? — спросила я.
Олег облизнул губы. Он побледнел, но держался.
— Год, — тихо ответил он. — Больше года.
Год. Пока я пыталась спасти наш брак, готовила ужины, ждала его по вечерам, верила в его усталость и головную боль — он спал с другой женщиной.
— Лена, — произнесла я вслух. — Кто она?
— Коллега по работе.
Коллега. Как и Роман у меня. Мы оба изменяли с коллегами. Почти смешно.
— Значит, поэтому ты не прикасался ко мне полгода, — констатировала я. — Потому что всё отдавал ей.
Олег сжал кулаки.
— Катя, ты не понимаешь. Между нами давно всё умерло. Мы живём как соседи, а не как муж и жена. Я просто...
— Просто решил завести любовницу вместо того, чтобы поговорить со мной? — закончила я. — Вместо того, чтобы признаться, что наш брак в кризисе?
— А ты бы что сделала? — вдруг вспылил он. — Ты бы закатила скандал, начала бы копаться в причинах, заставила бы ходить к психологу. Мне не нужны эти разговоры! Я нашёл того, с кем мне хорошо, и всё.
Я молчала. Внутри всё горело, но снаружи я оставалась спокойной. Возможно, потому, что сама была виновата в том же самом.
— Ты любишь её? — спросила я.
Пауза затянулась. Олег отвёл взгляд.
— Не знаю. Наверное. Мне с ней легко. Она не требует от меня невозможного, не пытается меня изменить. Она принимает таким, какой я есть.
— А я не принимала?
— Ты всегда была недовольна! — выпалил он. — Почему я мало зарабатываю, почему не делаю карьеру, почему не помогаю по дому больше. Вечно эти претензии, упрёки...
— Я просила тебя вынести мусор и помыть за собой посуду, Олег. Это не упрёки, это базовый бытовой минимум.
— Вот видишь! Опять начинается! — Он вскочил с дивана. — С Леной всё по-другому. Она...
— Она молодая любовница, которая не требует от тебя быть взрослым мужчиной, — перебила я. — Разница огромная, согласись.
Олег схватил ноутбук, зашагал к выходу из комнаты. На пороге обернулся:
— Знаешь что, Катя? Может, нам действительно пора развестись. Зачем мучить друг друга?
Дверь хлопнула. Я осталась одна в гостиной.
Развестись. Он хочет развестись.
А я сижу здесь, беременная от другого мужчины, и не могу решить, что страшнее — признаться в своей измене или промолчать.
Я достала телефон. Сообщение от Романа: «Ты как? Что-то случилось?»
Пальцы задрожали над клавиатурой. Набрала: «Роман, мне нужно тебе кое-что сказать. Можем встретиться?»
Ответ пришёл мгновенно: «Конечно. Где и когда?»
Я посмотрела на закрытую дверь спальни, куда скрылся Олег. Потом на телефон. Потом на свой живот, где уже восемь недель рос ребёнок.
«Через час. В нашем кафе».
Роман ждал меня за столиком у окна — как обычно. Когда я вошла, он встал, обнял, поцеловал в макушку. Жест привычный, но сегодня я чувствовала себя в его объятиях особенно неловко.
— Что случилось? — спросил он, когда мы сели. — Ты бледная какая-то.
Я сделала глубокий вдох.
— Я беременна.
Роман замер с чашкой кофе на полпути к губам. Медленно поставил её обратно на блюдце.
— От меня? — тихо спросил он.
— Да.
Тишина. Официантка прошла мимо с подносом. За соседним столиком пара хохотала над чем-то в телефоне. А мы сидели молча, не в силах подобрать слова.
— Господи, Катя, — наконец выдохнул Роман. — Я... я не ожидал.
— Я тоже, — призналась я. — Роман, я не знаю, что делать. Сегодня выяснилось, что Олег мне тоже изменяет. Уже год. У него любовница.
Роман выругался сквозь зубы.
— Вот сволочь. И что теперь?
— Он хочет развестись, — я сжала салфетку в руке. — Сказал прямым текстом. А я беременна от тебя, и он об этом не знает.
— Хочешь оставить ребёнка?
Я подняла на него глаза. Роман смотрел серьёзно, без тени паники или недовольства.
— Не знаю. Хотела. Всегда хотела детей. Но в таких обстоятельствах...
— Катя, — он накрыл мою руку своей. — Если ты решишь оставить, я буду рядом. Не как любовник, а как отец. Мы справимся.
Тепло его ладони разлилось по руке, поднялось выше, дошло до сердца. Роман был хорошим человеком. Правда хорошим. Но готова ли я строить с ним жизнь?
— А если я выдам ребёнка за Олегового? — вдруг спросила я. — Промолчу про измену, про беременность. Просто скажу, что забеременела, и пусть думает, что это от него.
Роман отпустил мою руку.
— Ты серьёзно?
— Я не знаю! — выдохнула я. — Роман, муж мне изменяет год. Год! А я только три месяца. Может, это будет справедливо? Он получит ребёнка, которого хотел, я получу семью, которую хотела, а ты...
— А я что? Буду знать, что где-то растёт мой ребёнок, которого я даже видеть не смогу?
Я закрыла лицо руками.
— Прости. Прости, это бред. Я просто в панике. Не знаю, что делать.
Роман помолчал, потом встал, обошёл столик и присел рядом со мной. Обнял за плечи.
— Послушай, — сказал он мягко. — Давай по порядку. Ты хочешь ребёнка?
— Да.
— Ты хочешь развестись с Олегом?
Я задумалась. Хочу ли? Ещё вчера я бы сказала «нет». Ещё вчера я верила, что наш брак можно спасти. А сегодня, после переписки с «Леной 💕», всё изменилось.
— Наверное, да.
— Тогда вопрос: ты хочешь построить жизнь со мной или сама?
Я повернулась к нему. Роман смотрел честно, открыто. Без манипуляций, без давления.
— Я не знаю тебя достаточно хорошо для таких решений, — призналась я. — Мы встречались три месяца тайно. Это совсем не то же самое, что жить вместе и растить ребёнка.
— Справедливо, — кивнул он. — Тогда предлагаю так: разведись с Олегом. Это первый шаг, от него никуда не деться. А дальше — посмотрим. Может, мы сойдёмся. Может, ты захочешь воспитывать ребёнка одна. Может, вообще найдёшь кого-то третьего. Главное — честно.
— Честно, — повторила я. — А как я буду честна с Олегом? Скажу: «Дорогой, пока ты трахал свою Лену, я забеременела от коллеги. Давай разведёмся»?
— А почему нет? Он-то не стеснялся.
— Потому что это унизительно! — я вскинулась. — Потому что тогда мы оба окажемся виноватыми, и весь развод превратится в грязное выяснение отношений. А если я промолчу про измену, просто скажу, что хочу развестись, потому что мы не подходим друг другу...
— Он всё равно будет скандалить, — перебил Роман. — Катя, я знаю таких мужиков. Олег из тех, кто сам может гулять год, но стоит жене сделать шаг в сторону — начнёт кричать про шлюх и предательниц. У него в голове двойные стандарты.
Я знала, что Роман прав. Олег именно такой. Ему можно всё, а мне — ничего.
— Тогда что делать? — устало спросила я.
Роман обнял меня крепче.
— Иди домой. Скажи Олегу, что хочешь развестись. Не упоминай про меня, если не хочешь. Просто скажи, что вы не счастливы вместе, что нет смысла продолжать. А там посмотрим.
— А ребёнок?
— Ребёнок — это твоё решение. Хочешь оставить — оставь. Хочешь аборт — я поддержу. Я не буду давить. Но знай: если решишь рожать, я буду рядом. Не обязательно как муж, но как отец — точно.
Я прижалась к нему, закрыла глаза. Впервые за много месяцев почувствовала, что не одна.
Домой я вернулась поздно вечером. Олега не было — видимо, уехал к своей Лене, как и планировал. Я прошла в спальню, села на кровать.
На тумбочке лежал его телефон. Забыл. Или специально оставил, чтобы я не названивала.
Я взяла телефон. Пароль знала — день нашей свадьбы. Олег никогда не утруждал себя сменой паролей.
Экран разблокировался. Переписка с «Леной 💕» открылась первой.
Я читала сообщения за последние недели. Потом за последние месяцы. Потом углубилась в историю.
«Скучаю, солнышко. Когда увидимся?»
«Твоя жена подозревает?»
«Я готова ждать, сколько понадобится. Главное, что мы вместе».
«Люблю тебя. Ты моё всё».
Меня не тошнило. Не было истерики. Я просто сидела и читала, как мой муж год строил вторую жизнь с другой женщиной. Обещал ей развестись. Говорил, что я — обуза, что он несчастлив в браке, что Лена — его настоящая любовь.
Я долистала до фотографий. Лена оказалась симпатичной блондинкой лет тридцати. Моложе меня на пять лет. На фото они обнимались, целовались, лежали в постели под одеялом.
Одна фотография датирована прошлой неделей. Олег и Лена в ресторане, бокалы шампанского, подпись от неё: «Годовщина нашей любви, зайка. Самый счастливый год в моей жизни».
Годовщина. Они даже годовщину отмечали.
Я вернула телефон на тумбочку, легла на кровать поверх одеяла. Смотрела в потолок и думала.
Что у меня есть? Муж-изменник, который год врёт и собирается развестись. Любовник, который готов поддержать, но не факт, что мы подходим друг другу. Беременность от этого любовника. И никакой определённости.
Что я хочу? Ребёнка. Семью. Честных отношений.
Что я могу получить? Развод. Скандал. Статус матери-одиночки.
Телефон завибрировал. Сообщение от Олега: «Останусь у Лены. Домой не жди».
Я набрала ответ: «Олег, завтра нам надо серьёзно поговорить».
«О чём?»
«О разводе».
Пауза. Три точки — он печатает. Стирает. Печатает снова.
«Серьёзно?»
«Да. Приезжай завтра к обеду. Обсудим всё спокойно».
«Хорошо».
Я выдохнула, положила телефон на грудь. Итак, решение принято. Развод.
А что с ребёнком?
Я положила руку на живот. Восемь недель. Крохотная жизнь внутри меня, которая ничего не знает о том хаосе, в котором появилась на свет.
Аборт был бы проще. Избавиться от проблемы, начать с чистого листа. Развестись, может быть, начать отношения с Романом заново, уже без обмана. Или не начинать — просто пожить для себя, разобраться в себе.
Но я хотела этого ребёнка. Хотела, даже если это всё усложнит.
Утром я проснулась с чётким планом. Сначала развод. Потом — разговор с Романом о будущем. И только после — решение насчёт ребёнка.
Олег приехал ровно в полдень. Выглядел усталым, но собранным.
— Привет, — сказал он, раздеваясь в прихожей.
— Привет. Кофе будешь?
— Буду.
Мы сели на кухне как чужие люди. Я поставила перед ним чашку, села напротив.
— Значит, развод, — начал Олег. — Ты передумать не успела за ночь?
— Нет. А ты?
Он покачал головой.
— Честно? Я думал об этом последние месяцы. Мы оба несчастливы. Зачем продолжать мучиться?
— Согласна, — кивнула я. — Давай договоримся мирно. Без скандалов, без дележа. Квартира твоя, я съеду. Просто разойдёмся по-человечески.
Олег удивлённо поднял брови.
— Ты серьёзно? Без истерик, претензий?
— Серьёзно. Какой смысл? Мы оба понимаем, что всё кончено.
Он откинулся на спинку стула, изучающе посмотрел на меня.
— Катя, у тебя кто-то есть?
Я на секунду замерла. Солгать? Признаться? Но зачем признаваться, если он сам изменял?
— А у тебя? — парировала я.
Олег усмехнулся.
— Ладно, не буду лукавить. Да, есть. Лена. Моя коллега. Мы вместе уже год.
— Знаю, — спокойно сказала я. — Видела вашу переписку вчера.
Он побледнел.
— Ты... лазила в моём телефоне?
— Ты его оставил. А я почему-то подумала, что имею право узнать правду.
— И что теперь? — он напрягся. — Будешь устраивать разборки? Требовать компенсаций за моральный ущерб?
Я покачала головой.
— Нет, Олег. Я просто хочу развода. И чтобы ты знал: я не виню тебя. Наш брак был ошибкой. Мы не подходили друг другу с самого начала, просто не хотели этого признавать.
Он расслабился, даже улыбнулся.
— Знаешь, я рад, что ты так спокойно всё воспринимаешь. Я думал, будет хуже.
— Я тоже так думала, — призналась я.
Мы помолчали. Пили кофе. Обсуждали детали: как будем делить вещи, когда я съеду, как оформим развод.
Всё было на удивление цивилизованно.
И только когда Олег уже собирался уходить, я не выдержала:
— Олег, скажи честно. Ты хоть когда-нибудь любил меня? По-настоящему?
Он застыл с рукой на дверной ручке. Долго молчал. Потом повернулся.
— Наверное, любил. В самом начале. Но потом... потом мы стали слишком разными. Ты хотела одного, я — другого. Ты росла, менялась, а я оставался прежним. И в какой-то момент я понял, что мы чужие.
— И пошёл к Лене.
— Да. Пошёл к Лене.
— А я думала, это моя вина, — тихо сказала я. — Что я недостаточно старалась, недостаточно любила.
Олег вздохнул.
— Ты старалась. Больше, чем я заслуживал, честно. Просто некоторые вещи не исправить стараниями.
Он ушёл. Я осталась одна в пустой квартире.
На следующий день я встретилась с Романом снова.
— Я развожусь, — сказала я сразу. — Мы договорились полюбовно. Через месяц я уже буду свободна.
— Как ты? — спросил он, обнимая меня.
— Нормально. Странно, но нормально. Как будто груз с души.
— А насчёт...
— Насчёт ребёнка я ещё думаю, — перебила я. — Роман, мне нужно время. Пожалуйста, не торопи меня.
Он кивнул.
— Сколько нужно, столько и бери.
Но времени у меня не было. Неделя. Две. Три. Развод двигался своим чередом, беременность прогрессировала, а я всё не могла решить.
Оставить ребёнка — значит, связать свою жизнь с Романом навсегда. Даже если мы не будем вместе, он всё равно отец. А я его толком не знаю.
Сделать аборт — значит, похоронить мечту о ребёнке. Может быть, навсегда. Мне тридцать пять, следующей беременности может и не быть.
Я металась между двумя вариантами, пока не случилось то, что расставило всё по местам.
Я встретила Лену.
Случайно, в супермаркете. Узнала по фотографиям из телефона Олега. Она стояла в очереди в кассу, выбирая что-то из корзины.
Я подошла, прежде чем успела подумать.
— Лена?
Она обернулась, удивлённо уставилась на меня.
— Да, а вы...
— Катя. Жена Олега. Вернее, уже почти бывшая.
Она побледнела, схватилась за тележку.
— Я... мне очень жаль. Я не хотела...
— Разрушить мой брак? — закончила я. — Не волнуйся. Он был разрушен до тебя.
Лена растерянно моргала. Я посмотрела на неё внимательнее. Молодая, красивая, но в глазах — усталость. И что-то ещё. Страх?
— Олег переедет к тебе после развода? — спросила я.
Она кивнула.
— Обещал.
— Значит, обещал, — повторила я. — Лена, можно вопрос? Ты ведь знаешь, что он женат. Почему согласилась?
Она опустила глаза.
— Я любила его. Люблю. Он говорил, что несчастлив в браке, что вы давно чужие люди. Я думала...
— Что спасёшь его?
— Да.
Я усмехнулась.
— А тебе не приходило в голову, что мужчина, который год врёт жене, будет врать и тебе?
Лена вздрогнула.
— Олег не врёт. Он честный.
— Честный? — я рассмеялась. — Лена, он год скрывал от меня ваш роман. Придумывал отговорки, почему задерживается на работе, почему не ночует дома. Врал каждый день. И ты думаешь, с тобой будет иначе?
— С нами по-другому! — выпалила она. — Мы любим друг друга!
— Мы тоже любили, — тихо сказала я. — Три года назад. А потом рутина, быт, усталость. И Олег сбежал к тебе. Что ты будешь делать, когда через год-два он сбежит от тебя к следующей?
Лена молчала. По её лицу было видно — она думает об этом не первый раз.
— Катя, а вы... — начала она. — Вы простите его когда-нибудь?
— За что? За то, что он честно признался, что несчастлив? Или за то, что год лгал?
— За всё.
Я задумалась.
— Знаешь, Лена, я не злюсь. Правда. Потому что понимаю: он не виноват и я не виновата. Мы просто разные люди, которые пытались быть вместе и не смогли. А ты... ты просто оказалась в нужное время в нужном месте. Или в неправильное время в неправильном месте — кто знает.
Лена вытерла слёзы.
— Мне правда жаль, что так вышло.
— Мне тоже, — призналась я. — Но, может, оно и к лучшему.
Я развернулась и пошла к выходу. На полпути обернулась:
— Лена! Береги себя. И не верь всему, что он говорит.
Она кивнула, не поднимая глаз.
В машине я села за руль и разрыдалась. Не из-за Олега. Не из-за Лены. Из-за себя.
Потому что поняла: я не хочу повторять их ошибки. Не хочу строить отношения на лжи. Не хочу начинать новую жизнь с обманом.
Я достала телефон, позвонила Роману.
— Привет, — сказала я, когда он ответил. — Можем встретиться? Мне нужно кое-что тебе сказать.
— Конечно. Что-то случилось?
— Да. Я приняла решение.
Мы встретились в том же кафе. Роман сидел напротив, внимательно слушая.
— Я оставлю ребёнка, — сказала я твёрдо. — Хочу родить и воспитать. Но, Роман, я не готова строить с тобой отношения. Не сейчас. Может, никогда. Мне нужно время на себя, понимаешь?
Он кивнул.
— Понимаю.
— Ты будешь видеться с ребёнком. Будешь отцом, если захочешь. Но не мужем. По крайней мере, пока.
— А если я захочу большего?
Я посмотрела ему в глаза.
— Тогда докажи. Не словами, а делами. Покажи, что ты не Олег, который обещает и бросает. Что ты готов быть рядом не потому, что удобно, а потому, что действительно хочешь.
Роман протянул руку через стол, взял мою ладонь.
— Я докажу. Обещаю.
— Посмотрим, — улыбнулась я.
Три месяца спустя я переехала в новую квартиру. Маленькую однушку на окраине, но свою. Развод с Олегом прошёл без скандалов — к удивлению его самого. Лена переехала к нему через неделю после того, как я съехала.
Роман приходил каждые выходные. Помогал с ремонтом, собирал мебель, возил на УЗИ. Не давил, не требовал отношений. Просто был рядом.
Я ходила на курсы для будущих мам, читала книги, обустраивала детскую комнату. Впервые за много лет чувствовала себя по-настоящему живой.
Однажды вечером, когда Роман красил стены в детской, я села рядом на подоконник.
— Спасибо, — сказала я.
— За что?
— За то, что не бросил. За то, что не судишь. За то, что просто есть.
Он улыбнулся, не отрываясь от работы.
— Я же говорил: я буду рядом.
— И всё-таки спасибо.
Мы помолчали. Я смотрела, как он аккуратно выводит кистью ровную линию вдоль потолка, и думала: а может, это и есть настоящая любовь? Не страсть, не романтика, а просто готовность быть рядом, когда трудно.
— Роман, — позвала я.
— М?
— А если... если я когда-нибудь решу дать нам шанс. Нам двоим. Ты будешь готов?
Он наконец оторвался от стены, повернулся ко мне.
— Катя, я готов уже сейчас. Просто жду, когда ты будешь готова.
Я улыбнулась.
— Тогда, может, начнём с малого? Сходим куда-нибудь. На свидание. Настоящее, не тайное.
— С удовольствием, — он подошёл, поцеловал меня в лоб. — Куда хочешь?
— Куда угодно. Главное — честно.
— Честно, — кивнул он. — Обещаю.
И я поверила. Потому что он заслужил это доверие. День за днём, шаг за шагом.
Через полгода родилась дочка. Маленькая, крикливая, с копной тёмных волос — точь-в-точь Роман.
Он был рядом на родах. Держал меня за руку, когда было больно. Плакал, когда врач положил ребёнка мне на грудь.
— Она красавица, — прошептал он, целуя меня в висок. — Как и её мама.
Я смотрела на нашу дочь и думала: вот оно. Моё счастье. Не то, что я планировала. Не то, о чём мечтала. Но настоящее.
А Олег... Олег прислал поздравление через два дня. Сухое, формальное. Мы больше не общались. Он жил своей жизнью с Леной, я — своей с Романом и дочкой.
Иногда я думала: а что если бы тогда, в кабинете врача, я приняла другое решение? Сделала аборт? Выдала ребёнка за Олегового? Промолчала?
Но потом смотрела на спящую дочь, на Романа, читающего ей сказки, и понимала: всё сложилось правильно. Не идеально, но правильно.
Потому что честность всегда важнее удобства. А настоящая любовь приходит не тогда, когда всё гладко, а когда готов пройти через сложности вместе.
И это того стоило.
