ГЛАВА 11. ПЕРЕРЫВ В ХРОНОМЕТРАЖЕ.
Волков замер на пороге комнаты. Механизм перед ним пульсировал тусклым светом, диски медленно вращались, высекая из рун тонкие лучи. В воздухе висел металлический звон, будто тысячи крошечных шестерёнок работали в унисон.
— Кто вы? — голос Волкова прозвучал глухо, словно поглощённый машиной.
Человек в плаще шагнул вперёд. Теперь Волков мог разглядеть его лицо: резкие черты, седые волосы, глаза холодные, как сталь хронометра.
— Виктор Рейхенбах, — произнёс незнакомец. — Или то, что от него осталось.
— Вы мертвы, — выдохнул Волков. — Вас не может быть здесь.
Рейхенбах усмехнулся.
— Мёртвый — понятие относительное, когда речь идёт о времени. Я застрял между витками. Живу, умираю, возрождаюсь… снова и снова. Всё ради одного: завершить эксперимент.
— Эксперимент, который убивает людей?
— Не убивает. Перемещает. Они становятся частью механизма. Как и вы, инспектор. Спираль на вашей руке это не проклятие. Это привилегия.
Волков сжал кулак. Металл впился в кожу, но боли не было, только странное тепло, растекающееся по венам.
— Что вы сделали с Левандовским?
— Он попытался украсть ключ. Но чтобы управлять витками, нужно понять их. А он лишь хотел славы.
В комнате нарастало напряжение. Диски механизма вращались быстрее, руны вспыхивали одна за другой. Волков почувствовал, как время вокруг него дрожит, словно ткань, которую растягивают в разные стороны.
— Зачем вы меня позвали? — спросил он.
— Чтобы предложить выбор. Вы можете стать хранителем. Или… жертвой.
Рейхенбах поднял ключ. На его поверхности проступили цифры: «03:07».
— В этот час механизм достигает пика. Если вставить ключ, время замкнётся в петлю. Город исчезнет из хронологии. Но я смогу наконец выйти.
— Исчезнуть? Или уничтожить всё вокруг?
— Разница лишь в точке зрения. Для одних это конец. Для других начало.
Подписывайтесь на мой телеграм-канал, чтоб не пропустить новые публикации.
Порадуйте родных и близких сувенирами ручной работы.
Нужен красивый пост, контент-план, красочная нейрофотосессия? Подписывайтесь.