Ордынский пленник
После того как была сожжена Москва, Тохтамыш не бросился искать Дмитрия Донского. Он повернул свои войска против городов Московского и Владимирского княжеств, подвергнув некоторые из них грабежу. Жители Переяславля Залесского не стали ждать верной смерти, а, собрав окрестные лодки, срубив деревья на плоты, отплыли на середину огромного озера. Ордынцы, бессмысленно попускав стрелы, решили не штурмовать скорбную переяславльскую флотилию и ушли восвояси. Затем настала очередь Коломны и Рязани. В отсутствие русского «выхода» Тохтамыш принял решение компенсировать финансовые потери богатым полоном.
Когда Дмитрий Иванович вернулся на пепелище, то «повеле телеса мертвых хоронить». К тому же отрядил на это огромную по тем временам сумму в 300 рублей. Позже будет подсчитана скорбная арифметика потерь. Около 24 тысяч человек погибших и около 8 тысяч уведенных в плен.
Через полгода в конце зимы 1383 года по талому снегу в сторону ставки Тохтамыша выехал санный кортеж. Судя по охране и наличию в кортеже «старших бояр», везли важного человека. Этим человеком был наследник московского престола, княжич Василий Дмитриевич, от роду 11 лет.
Василий родился в 1371 году. «Тое же зимы месяца декабря 30 родися великому князю Дмитрию Ивановичю сын Василей», - пишет летописец. В день его рождения Церковь праздновала день памяти Апостола Тимона, того, что в далеком I веке брошенный язычниками в печь вышел из огня живым. Но было решено назвать его именем Василия в честь памяти Василия Великого, которая праздновалась на следующий день, 1 января. Матерью Василия была дочь того самого Суздальско-Нижегородского князя Дмитрия Константиновича, который, по одной из версий, стоял за заговором против Донского летом 1382 года. Василий на Москве считался наследником. Старший его брат Даниил скончается в 1375 году. Ближайшим по старшинству будет его брат Юрий, который проявит еще себя в дальнейших событиях. Позже у Дмитрия Донского родится еще сын Семен (он скончается в 1379 году). В дни, когда Тохтамыш выдвинется к Москве, в середине августа 1382 года княгиня Евдокия родит сына Андрея. Он, дожив до солидного по тем временам полувекового юбилея, будет во всем поддерживать своего брата Василия, управляя Можайским уделом. Так же мирно княжить в Дмитрове и Угличе будет еще один Дмитриевич – Петр. Ну и, наконец, последний наследник Донского, родившийся за несколько дней до его смерти, названный Константином, в конечном итоге поддержит и признает старшинство Василия I, а затем и его сына.
Итак, весной 1383 года «…князь великiй Дмитреи Иванович отпусти в Орду к царю Токтамышу сына своего стареишаго Василiа из Володимеря, а с ним бояр стареиших, и тамо пребысть 3 лета, и поидоша в судех по Волзе на низ». Кортеж больше напоминал выезд знатного посольства. Сопровождали Василия первые бояре на Москве: племянник «опекуна» - митрополита Алексея, «старший боярин» Федор Бяконт, а также брат московского воеводы Александр Минич. С собой они везли хорошую сумму денег – целых 8000 рублей. Там, в ставке хана, решался вопрос о Великом владимирском княжении. Помимо Дмитрия Московского, некоторые шансы были и у Михаила Тверского. Дмитрий же князь Суздальско-Нижегородский (один из заговорщиков против Дмитрия Донского) странно заболел и летом 1382 года скончался, приняв перед смертью постриг.
К моменту приезда отрока Василия в орде были еще три высокопоставленных заложника: сыновья Дмитрия Суздальского, Олега Рязанского и Михаила Тверского. Тохтамыш выставил солидную сумму выхода и компенсации за сорванные планы по походу против Витовта. Три года были даны отцам-князьям, чтобы собрать выкуп за своих сыновей. Но на исходе третьего года один из высокопоставленных пленников – княжич Василий – неожиданно убегает. Неожиданно в этой истории проявляется византийский след.
Натиск католичества, уния и Византия
Весь XIV век папство активно продвигает идею унии. Цель – стереть конфессиональную идентичность Византии. Константинопольский патриархат – становой хребет мирового Православия. Митрополиты Руси и других стран назначались в Константинополе. Канонически, сломав эту основу, можно было облегчить наступление Католичества на любые христианские некатолические земли. Еще в 1334 году в Константинополь прибывают легаты Бенедикта XII и привозят предложение принять «примат Папы Римского». Еще через несколько лет посол византийского императора Варлаам Калабрийский пояснил причины отказа от унии: ««Не столько различия в догматах отделяют от вас сердца греков, сколько ненависть против латинян, вошедшая в их души из-за многих больших бедствий, которым греки в различные времена подвергались от латинян и еще теперь иногда подвергаются. Пока эта ненависть не будет уничтожена — уния не может состояться».
Первым изменил «духовную ориентацию» и пошел на поводу у латинян император Иоанн V Палеолог. Он принимает перед папой Урбаном V личную унию. Всю вторую половину XIV века католичество активно проникает и в Новгород, Полоцк, Псков. В этих городах ведут активную пропаганду монахи разных орденов.
Спецагенты Бяконты
Однако прочные связи византийского патриарха и русских митрополитов давали надежду на то, что уния не состоится. Древний род Бяконтов был известен в Константинополе. Первый упомянутый в источниках (Рогожский летописец) представитель рода Бяконтов, некий Степан Феофанович Плещеев, был отправлен в Константинополь митрополитом Феогностом. А после смерти Феогноста другой представитель Бяконтов, Алексей, отправился в Византию подтверждать свои права на митрополичий престол. Это был будущий митрополит Алексей – опекун Донского и соправитель Руси. В середине XIV века против кандидатуры Алексея на митрополичий престол активно интриговала Литва. Во время наступления на Киев католичества и Униатства Алексей добивается переноса митрополичьей кафедры из Киева во Владимир. Начнется раскол русской митрополии. Западную часть возглавит ставленник Ольгерда – Роман.
Некий Степан Феофанович Бяконт (Плещеев), будучи родственником Митрополита, ведет активную дипломатическую политику. То и дело посещает Византию. Судя по всему, именно Степан Бяконт убеждает Андрея Ольгердовича перейти на сторону Москвы. Вскоре Андрей Ольгердович будет участвовать в Куликовской битве, а во время нашествия Тохтамыша будет поддерживать Кейстута и князя Остея. Через полгода еще один Бяконт, Федор, отправится, как мы помним, в Орду вместе с малолетним Василием. И, судя по всему, именно по линии Бяконтов будет осуществлен странный побег наследника московского престола из ставки Тохтамыша. В любом случае именно Бяконты почти сто лет вели тайные переговоры с Константинополем и были проводниками геополитической идеи усиления московского влияния в Литве. Пока Бяконты ведут переговоры с Литвой о возможном союзе, на западных границах Руси мгновенно рушится проект русско-литовского союза.
Смена невест. Кревская уния
Шел третий год пленения княжича Василия, сына Дмитрия Донского. За это время Ягайло получает от Дмитрия Донского предложение о династическом союзе. Московский князь предлагал выдать замуж за Ягайло свою дочь Софью. Эту идею горячо поддержала мать Ягайло Ульяна Тверская. Русь и Литва даже составили брачный договор. После провала идеи этого брака в тексте этого договора будет исправлено имя супруги с Софьи на Ядвигу (дочь Польского короля). Так геополитический проект объединения Руси и Литвы будет разрушен. На его месте возникнет новое суперобразование – Польско-Литовская уния.
Окатоличивание Литвы готовилось Польшей и Римским престолом. Уже несколько лет в некоторых землях Польши действовала католическая инквизиция. Орден Францисканцев во всю агитировал в Галицкой Руси. За несколько месяцев до унии Тевтонский орден заключает с князем Андреем Полоцким договор о создании «Полоцкого королевства» под протекторатом Тевтонов. В 1382 году маршал Тевтонского ордена Конрад фон Валленрод подписывает с Ягайло договор, который обязывал Ягайло креститься в католическую веру. Несмотря на то, что литовский князь первоначально его подписал, он решил его не ратифицировать и не исполнять его условий. Тогда тевтоны начали боевые действия против Литвы и «крестили» Витовта. В это же время Ягайло также находился под прессом крестоносцев. Летом 1383 года войска орденского магистра Цоллнера вместе с Витовтом попытались захватить Вильно. Весной 1384 года крестоносцы начали открытое вторжение в Литву.
В условиях беспрецедентного давления Ягайло соглашается отказаться от союза с Москвой.
Секретные переговоры Польши и Литвы (источники них крайне малочисленны) привели к тому, что 14 августа 1385 года в Кревском замке была подписана Католическая уния. Согласно ей, литовский князь Ягайло с братьями и шляхтой принимает католичество, женится на Ядвиге, передает все оккупированные русские и литовские земли польской короне. Интересен день выбора даты заключения Польско-Литовского акта. 14 августа Ядвиге исполнилось 11 с половиной лет, и она становилась совершеннолетней. Это значило, что в отношении нее больше не действовали другие брачные «прожекты», заключенные за ее спиной шляхтой в политических целях.
Кревская уния разрушила не только планы московско-литовского союза, но и планы Орды о контроле над частью литовских земель. В конце лета 1385 года в Рязань неожиданно зачастили люди Тохтамыша. А в сентябре к Сергию Радонежскому – последнему влиятельному «опекуну» – приехал за советом Дмитрий Донской. Вскоре Олег Рязанский подписывает с Москвой соглашение о «вечном мире и любви». «Той же осени, — читаем мы под 1385 годом в Воскресенской летописи, — преподобный игумен Сергий ездил на Рязань к князю Олегу о миру, мнози бо преже того к нему ездиша и не возмогоша умирити ихъ, тогда же взя с великим князем Дмитрием мир вечный». Вскоре состоялась свадьба между дочерью Дмитрия Софией и сыном Олега Рязанского Федором.
Странный побег
Именно в этих обстоятельствах из Орды в Москву приходит странная новость: из плена одновременно убегают два княжича и оба Василии Дмитриевичи. Как такое могло произойти? Причем одного Василия Дмитриевича ловят практически сразу. Беглец – сын соперника Дмитрия Донского, князя Дмитрия Константиновича Суздальско-Нижегородского. Как сообщает летопись, его поймали «и за то от царя истомление велие». Другому княжичу Василию – сыну Дмитрия Донского – удается бежать неким дальним путем… в Молдавию. В конце 1385 г. «…прибеже сын князя великаго Дмитрiевъ Иваныча князь Василiй в Подольскую землю в Великыя Волохы к Петру (Мушату) воеводе», – пишет летописец.
Почему же именно в Молдавию? И кто такой Петр Мушат? Молдавия в то время – ценный экономический актив. Через ее территорию проходил уникальный торговый путь (Viva Valachia), соединяющий Восток (Константинополь, Трапезунд, Каффу) и Запад. Рабы, зерно, железо, оружие, одежда, шелк, пряности, мед, воск – всё это серьезно обогащало молдавских правителей. Многие из них были серьезными кредиторами европейских лидеров. Например, Петр Мушат в 80-е годы XIV века выдал кредит Ягайло в размере 4000 рублей «итальянским серебром» (это почти две тонны драгоценного метала).
Петр Мушат захватил власть в далеком 1367 году. Он был сыном прежнего воеводы. В то время Петр активно сотрудничал с Венгрией. Его брат Стефан – с Польшей. Еще через десять лет Петр становится господарем Молдавского воеводства.
За полгода до «побега» княжича по Литве и Руси ползут слухи о грядущем союзе Вильно и Москвы. Согласно летописям, идея звучала так: «Грамота великого князя Дмитрея Ивановича и великия княгини Ульяны Ольгердовы до коньчанье о женитьбе великого князя Ягайла Ольгердовича, женитися ему у великого князя Дмитрея Ивановича на дочери, а великому князю Дмитрею Ивановичу дочь за него дати, а ему, великому князю Ягайлу, быти в их воле и креститися в православную веру и хрестьянство свое объявити во все люди». Это было не на руку Тохтамышу. Хан устраивает побег московскому княжичу. Сначала (это 1386 год) Василий оказывается у Петра Мушата, который нехотя склоняется в сторону унии с Литвой. Возможно, Мушат пытается убедить Василия и его людей в силе идее русско-литовского союза и более широкого участия в большой торговле через молдавский хаб.
Брачные игры Киприана
Против московско-литовского союза выступает Константинополь. Едва пережив геополитическое поражение после Кревской унии, император Иоанн V поддерживает идею отторжения хоть каких-то литовских земель от окончательного срастания с католическим миром. Неожиданно весной 1387 года в Константинополь прибывают люди Федора Бяконта. Тогда же находившийся в ожидании церковного суда в Царьграде митрополит Киприан получает от византийского императора Иоанна V секретное поручение не духовного, а политического характера, чтобы он «никоим образом не совершал ничего святительского в Великой Руси». Киприана отпускают на некие переговоры с условием при любом исходе переговоров прибыть в Константинополь, чтобы он здесь «без всяких отговорок и предлогов подвергся суду на соборе». Причем на это Киприан получил некий приказ: «чтобы ему сперва позволено было идти по делу, на которое он посылается приказом».
Параллельно, согласно Никоновской летописи, княжич Василий неожиданно уезжает от Петра Мушата в «Немецкую землю» на встречу с противником Ягайло Витовом. Василий в Киеве встречается с Киприаном в его резиденции. Княжич получает предложение жениться на дочери Ягайло Софье: «Отпущу так отцу твоему в землю твою, аще поимиши дщерь мою за себе, едину чаду сущу у мене». Судя по всему, княжич соглашается и «той же осени князь великий Дмитрий Иванович отпусти бояр своих старейших навстречу сыну своему Василию в Полоцкую землю». Там же провели обручение. В начале 1388 г. обрученный с Софьей княжич вернулся в сопровождении пышной свиты: «А с ним князи Лятьскiе и панове, и Ляхове и Литва». Однако митрополит Киприан не смог приехать в Москву, так как «…не принял его князь великий». Таким образом, первая интрига Тохтамыша, Константинополя и Киприана против первоначально намечавшегося союза Литвы и Москвы удалась. Диалог между Вильно и Москвой был нарушен. Взамен этого княжич Василий был обручен с дочерью противника Ягайла Витовтом. Но Дмитрий Донской понимал, что в таком потенциальном союзе Москва может оказаться вторичной по отношению к Орде и Литве и спешить с самим браком пока что не стоит. У Донского был свой план объединения земель.
План Донского
Еще в 1380 году, когда при странных обстоятельствах на корабле у берегов Константинополя погибает ставленник Дмитрия Донского на митрополичий сан Митяй, митрополитом Киевским и всея Руси будет поставлен архимандрит Пимен (русский по происхождению). Когда Пимен вернулся на родину, то Дмитрий Донской приказал заточить его в казематы. После нашествия Тохтамыша Донской решает просить в Константинополе удалить Киприана и призвать на русскую митрополию Пимена. Однако в Константинополе вообще решили низложить Пимена и лишить его сана митрополита. В 1386 году «запрещенный» Пимен и Дмитрий Донской сблизили свои политические позиции.
Константинополь беспокоило двоевластие Киприана, находившегося в опале в столице Византии, и Пимена, с которого Константинопольский патриарх снял сан. Благодаря удачной спецоперации Киприана с переездом княжича Василия из Молдавии в Киев, обручением с Софьей Витовтовной, сближением с Литвой и разрушением робко зревшего Русско-Польского союза, патриарх отменяет церковное преследование. Киприан вновь в фаворе на берегах Босфора. А план Дмитрия Донского по объединению княжеств Руси под окормлением Пимена срывается. Многое меняется в роковом 1389 году.
Роковой 1389-й
В условиях нарастающего натиска Папы римского и Тевтонского ордена на славянскую цивилизацию, Кревской унии, окатоличивания огромных пространств Волыни, Галичины и Киевского княжества в Константинополе понимают, что именно Владимирская митрополия остается последним сильным рубежом Православия. Патриарх принимает решение о единстве двух митрополий (Киевской и Владимирской). Это означало поставление единого русского митрополита.
В начале февраля 1389 года патриарх Антоний подписывает грамоту. Она начинается с беспокойства ситуацией раздробленности на Руси: «Великая русская земля разделена на многие различные и мирские княжества. Она имеет многих князей, которые разделены по своим стремлениям, по делам и местам, которые восстают и нападают друг на друга». Чтобы «древнее устройство Руси сохранилось и на будущее время», нужна «единая власть духовная». Поэтому, продолжал патриарх, «опять должен быть один митрополит на Руси – этого требуют и право, и польза, и обычай». Для этого Константинополь делает свой выбор в пользу митрополита Киприана и отстранения Пимена.
Почти одновременно с выходом грамоты неожиданно без ведома Дмитрия Донского в Москву прибывает трапезундский митрополит Феогност, чтобы сообщить Пимену об отзыве в Константинополь.
Пока Феогност плыл и ехал, на север Руси приходили слухи о наползающей вновь на Новгород и Псков чуме. Чем-то тяжелым заболевает брат Василия, юный княжич Юрий. Но вскоре болезнь отступает. Поздней весной и отец, князь Дмитрий Донской, тоже тяжело занедужил. Современник событий Епифаний Премудрый писал: «стоны вошли в его сердце так, что разрывалось нутро» и «приблизилась к смерти душа его». По мнению исследователей, Епифаний говорит не красивым литературным оборотом, а о сердечном приступе князя. Никоновская летопись, кажется, намекает на причину этого приступа. Описывая комплекцию Великого князя, летописец отмечает, что он «чреват вельми». То есть – слишком полный. Сердечным приступом князя скорее всего был первый инфаркт. Вскоре случился второй и князя не стало.
В апреле из Москвы в Константинополь выезжает митрополит Пимен, вызванный патриархом. Вместе с ним едет некий Игнатий Смольянин, который позже напишет свое «Хождение в Царьград». Побыв в Константинополе, Пимен, не согласный с церковным решением о снятии с него митрополичьего сана, уезжает на «турецкую строну» Босфора. На суд Пимен ехать отказывается. Тогда Константинопольский Синод принимает решение лишить его всего имущества. К тому же выяснилось, что Пимен знатно задолжал. Кому? Сложно сказать. Но о дальнейшем нам сообщает Епифаний Премудрый: бывшего патриарха нашли должники, посадили в оковы, «выбили» из него деньги. Вскоре Пимен умер: сам или был убит кем-то – до сих пор вопрос открытый.
В те дни патриарх благословляет Киприана на единое митрополичье и «отпускает его на Русь с честью».
А что же княжич Василий? После смерти отца Василий становится князем. Вспомнив о том, что обручен с Софьей Витовтовной, он летом 1390 года направляет посольство к Витовту в Марьин Город, который находился под контролем Тевтонов. Невеста с приданым и свитой через Ливонию, Псков и Новгород была отпущена в Москву. Венчание совершил митрополит Киприан. Киприан мог считать задание, полученное от патриарха и византийского императора в 1387 году выполненным.
Но Польша и католический мир не хотели смириться с появлением союза Москвы, Орды и Витовта. Весной 1392 года к Витовту из Польши прибывает полоцкий епископ Генрих. Католический эмиссар ведет тайные переговоры с Витовтом. Витовт должен разрушить союз с Ордой и Москвой. За это Ягайло гарантирует ему большие земельные владения и «возвращение братской любви».
В далекой Москве новому князю Василию I вскоре предстоит вновь распутывать геополитические узлы и противостоять католической агрессии с Запада.