Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Альба Хакимо творит

Роман «Две стороны». Глава 11. «Можно с тобой?» — спросил он. И я не нашла причины сказать «нет»

Каз вторгся в её комнату и телефон, увидел её рисунки и её сокровенные фотографии. Его равнодушие рухнуло, сменившись одержимостью. Что же теперь будет в её голове? С ее стороны Всего один пропущенный звонок от мамы, и он так взбесился. После того как он в очередной раз закрыл передо мной дверь, обиженная, я направилась обратно в свою комнату и с силой хлопнула дверью. Послышался треск дверного косяка. Плевать. Обнаружить его в своей комнате было крайне неожиданно. Действительно ли он был здесь из-за телефона? Правда, другой причины у него и не могло быть. Я долго сидела на кровати, согнув ноги под себя. Злость на сводного брата переполняла меня, мне хотелось сделать что-то в отместку. Но так и ничего не придумав, вытащила свой альбом с эскизами из дальней полки и начала рисовать. Несколько рисунков, где я уродовала портрет Каза всеми возможными способами, с ненавистью скомканные, полетели в мусорное ведро. Однако спустя некоторое время я поймала себя на мысли, что мне нравится его рис

Каз вторгся в её комнату и телефон, увидел её рисунки и её сокровенные фотографии. Его равнодушие рухнуло, сменившись одержимостью. Что же теперь будет в её голове?

11. В замешательстве

С ее стороны

Всего один пропущенный звонок от мамы, и он так взбесился. После того как он в очередной раз закрыл передо мной дверь, обиженная, я направилась обратно в свою комнату и с силой хлопнула дверью. Послышался треск дверного косяка. Плевать.

Обнаружить его в своей комнате было крайне неожиданно. Действительно ли он был здесь из-за телефона? Правда, другой причины у него и не могло быть.

Я долго сидела на кровати, согнув ноги под себя. Злость на сводного брата переполняла меня, мне хотелось сделать что-то в отместку. Но так и ничего не придумав, вытащила свой альбом с эскизами из дальней полки и начала рисовать. Несколько рисунков, где я уродовала портрет Каза всеми возможными способами, с ненавистью скомканные, полетели в мусорное ведро.

Однако спустя некоторое время я поймала себя на мысли, что мне нравится его рисовать. Перед глазами Каз предстал в виде прекрасного экземпляра для художеств.

Сегодня он был одет в простую футболку, через которую просматривался рельеф мышц, чёрные джинсы под классику — этот обычный мужской образ, как ни кстати, гармонирует с его характером. В довесок этот пронзительный взгляд, чувственные губы, чуть заострённый нос, чёткие скулы… Как один из главных персонажей манги с равнодушным сердцем и холодным взглядом в реальной жизни.

Я начала его рисовать с большим энтузиазмом, желая увидеть конечный результат на бумаге.

Мне с детства нравилось рисовать, особенно хорошо получались пейзажи. К портретам же я перешла сравнительно недавно. В этом направлении вдохновителем для меня стал китайский художник Ешуи Танг, работы которого заполнили целую стену моей комнаты. Однако, в отличие от него, многие свои творения я оставляю в сером графите, не придавая им цвет.

Каза я решила нарисовать на отдельном листке, а не в альбоме. Не хотелось его добавлять в коллекцию своих рисунков, которую обычно просматривают преподаватели по изобразительному искусству. На днях я как раз нашла в Мэнсоне курсы по рисованию, которые проводятся в небольшом цветастом здании недалеко от школы и начинаются почти сразу после уроков.

На образ Каза на бумаге я потратила несколько часов и просидела до глубокой ночи. Я решила нарисовать его таким, каким увидела его в первый раз: в белой футболке и тёмных спортивных штанах он с холодным взглядом и скрещенными руками на груди опирался плечом о дверной косяк. Особенно тщательно старалась сделать акцент на его пронизывающем взгляде угольных глаз.

Удовлетворившись работой, я убрала свой «шедевр» во второй, домашний альбом, который обычно служит для меня черновиком, и заснула крепким, беспробудным сном, где то и дело являлся Каз.

___________________________

На следующий день Каз снова приготовил завтрак на двоих, даже сделал на яичнице своеобразную улыбку. Это было мило. Поэтому я не могла на него сильно злиться. Как обычно, мы направлялись в школу раздельно, хотя в этот раз он не сильно от меня отставал, шёл почти следом. Я была не против идти вместе, даже сделала попытку приблизиться, замедляя темп ходьбы. Но он также сбавлял скорость шага.

Я заметила изменения в своем отношении к Казу: радовалась его завтракам, желала идти рядом с ним, а на переменах стала постоянно искать его глазами. Иногда находила — он будто чувствовал, что я смотрю на него и ловил взгляд, от чего мне становилось не по себе, порой даже бросало в жар, и я поспешно отворачивалась.

И теперь еще появилось это дурацкое желание рисовать его… Обычно я хочу рисовать только то, что мне нравится. Неужели, я запала на него? Нет, это невозможно, так не должно быть.

Но почему тогда я всё время прокручиваю в голове все те случаи нашей близости? Подсобка спортзала, случай с побитым лбом, а теперь и то, как он смотрел на меня в полотенце…

— Мия, ты летаешь в облаках. Ты хоть слышала, что я тебе сказала? — услышала я отдаленный голос мамы в трубке, который вернул меня в реальность.

— Что, мам? Плохо слышно, — соврала я.

— Я говорю… — начала она ещё громче. — …на этих выходных мы не приедем. Нам нужно съездить в Нандил, заказать мебель для дома. Там же и останемся ночевать у тёти Бёль.

— Хорошо, мам. Поняла, — я была рада, что хоть на этих выходных мне не придётся торчать на этом дурацком совместном ужине и я смогу провести время со старыми-новыми друзьями.

— Учись хорошо, до поздна не гуляй, не попадай в неприятности! — Мама всегда оканчивала разговор этой фразой.

— Ладно, ладно, — ответила я и повесила трубку.

Мамин наказ я выполнила, а что насчёт неприятностей… То, что произошло сегодня, я буду ещё долго вспоминать и крутить в голове. Именно после этого случая я стала осознанно избегать Каза, чтобы самой случайно не поступить ещё хуже.

___________________________

Субботний октябрьский вечер я, как и планировала, весело провела с подругами, запоздало отмечая мой день рождения. Мы обошли полгорода, строили глазки и флиртовали с парнями в кафе, одному я даже оставила свой номер телефона. Мы пили алкогольные коктейли и курили кальян. После того как мне стукнуло восемнадцать, я оказалась самой старшей и единственной совершеннолетней среди подруг, кому могли официально продать алкоголь. И девчонки этого, конечно, не упускали.

Мой настоящий день совершеннолетия, пятнадцатое сентября, для меня стал одним из самых мрачных дней рождений. В этот день, как назло, мне пришлось помогать маме с Миком с внезапно появившейся проблемой водопровода в новом доме. Поэтому почти весь этот день я провела в лужах воды и плохом настроении. Мама с Миком, конечно, подарили мне несколько немаленьких купюр и обещали потом отметить день рождения с размахом. Но в итоге всё это отложилось и забылось. Каз в тот день уезжал на соревнования по каратэ в соседний город, так что, думаю, он вообще не был в курсе моего особенного дня.

Около одиннадцати ночи, я, наконец, добралась до дома. Я была бы очень удивлена, если бы Каз тоже не воспользовался этой возможностью и не пошел тусить. Дома действительно никого не оказалось. Я убедилась в этом, заглянув в его «запретную» комнату. За окном была ночь, поэтому и в комнате кроме силуэтов мебели особо ничего не было видно, а свет включать я не решалась. «Обычная комната, что тут скрывать», — решила я и закрыла дверь.

Проведя все гигиенические и косметические процедуры перед сном, я переоделась в ночную рубашку, шорты и приготовилась ко сну. Только я начала засыпать, как услышала шарканье возле входной двери и несколько попыток её открыть. Кто-то елозил ключами по двери и никак не мог попасть ими в замочную скважину.

Похоже, пьянка Каза удалась на славу.

Это длилось несколько минут. Не в силах терпеть его неудачные попытки, я встала с кровати и направилась к двери. Я потянулась к дверной ручке, как дверь резко распахнулась и в прихожую ввалился Каз, снося всё на своём пути, в том числе и меня. Я еле удержалась на ногах, поймав его на лету. Надо же так напиться! Я аккуратно положила его на табуретку и закрыла дверь на замок.

— Как ты вообще добрался до дома в таком состоянии? — начала я ворчать, как бабка на гулящего деда.

— На своих двоих, — пьяно ответил Каз, стягивая ботинки и заваливаясь на бок.

— Вижу, — отметила я, скрестив руки на груди. — Вставай или ты здесь спать собрался?

— А можно с тобой? — спросил Каз, делая попытки встать ровно.

— Да ты совсем не соображаешь, что говоришь, — краснея, ответила я. От его предложения и пьяного угара меня бросило в жар.

— Похоже на то, — с усилием сказал Каз. Он упёрся в мои плечи, и мы пошли в сторону его комнаты.

Перед дверью его комнаты я остановилась и посмотрела на него искоса.

— А как же запрет на посещение твоей комнаты?

— Какой запрет? — спросил Каз, толкая ногой дверь в свою комнату. — Я буду только рад, если ты окажешься в моей комнате. Да ещё в одном полотенце или без…

— Прекращай свои шуточки, — я поволокла его через всю комнату и бросила на кровать.

Комната всё ещё не была освещена. Из распахнутой двери валил свет с прихожей, а я стояла и смотрела на него, думая, что же делать дальше — помочь ему нормально уложиться или оставить так. Все равно ему сейчас не особо важно, в каком положении спать, ведь в таком состоянии можно уснуть на любой поверхности.

Каз лежал на кровати, раскинув руки в разные стороны, ноги свисали. Его глаза были закрыты, на лице красовалась непонятная ухмылка. Продолжая им любоваться, я неосознанно приблизилась к нему, прекрасно понимая, что нужно было выбрать второй вариант — бросить его и уйти. Но я никогда не видела его в такой беспомощности и безмятежности.

Я дотронулась до его руки, уверяя себя в том, что просто хочу помочь снять ему куртку.

Внезапно он раскрыл глаза, поймал мой испуганный взгляд и рывком потянул к себе. Мне пришлось упереться одной рукой в кровать, чтобы не навалиться на него всем телом. Только я раскрыла рот, чтобы возмутиться, как он приподнялся на локте и, глядя мне в глаза, впился в мои губы. Вытаращив глаза от изумления, я машинально дёрнулась назад, но его рука переместилась на мой затылок и сильнее прижала к себе.

Несмотря на моё сопротивление, какая-то моя часть, которую я пыталась скрыть как можно глубже в душе, жаждала этого поцелуя. И я отдалась этому желанию, закрыв глаза и полностью погрузившись в него. Мы оба наслаждались каждой секундой близости, смаковали любое движение губами. Его язык продолжал изучать мой рот, а тело тянуло к себе.

Страстный поцелуй начал перерастать в нечто большее — в сильное и непреодолимое желание, которое может привести к понятному концу. Осознав это, я резко дёрнулась.

Мой брат. Он мой брат. Хоть и сводный. Силой оттолкнув его на кровать, я выбежала из комнаты и зарылась в свое пуховое одеяло. Губы горели, тело было напряжено и хотело продолжения. Я закрыла глаза и прикусила губы, пытаясь успокоиться.

Заснуть мне удалось только на рассвете.

__________________________

Она рисовала его портрет часами. Она искала его взгляд в школе. Она ответила на пьяный поцелуй. Что страшнее: его навязчивость или её собственное желание?

Продолжение — следующая глава с его стороны. Узнаем, помнит ли Каз тот поцелуй и какую игру он затеет, чтобы снова её приблизить.

А если захочется заглянуть «за кулисы»: обсудить персонажей, узнать о процессе создания или просто пообщаться с автором — добро пожаловать в группу ВКонтакте.

#двестороны #альбахакимо #роман #российскийавтор #книжнаялихорадка #книжныйблог #книголюб #чточитать #книжныеновинки #рекомендациикниг #романтика #дзенчитает #текстдзен #книгадня