"Дорогой папа , здравствуй ! Сижу у открытого окна, в которое , несмотря на сентябрь, льётся ласковая летняя прохлада , смотрю на звезды и думаю о тебе , папочка...Может, и ты сейчас смотришь на звездное небо и вспоминаешь меня. Надеюсь , что когда -то мы сможем вместе погулять по нашим заветным тропинкам в Загорье , понаблюдать за звездами ... Ведь там , в деревне, они совсем другие, чем в городе...Яркие, крупные, сказочные ...
Папа , ты за меня не тревожься , у меня всё замечательно ! Учиться в консерватории легко и интересно . У нас часто бывают концерты : пою песни на стихи Гумилева и Ахматовой , твоих любимых поэтов. И тебе спою, когда мы увидимся. Студенческая жизнь кипит : театральные премьеры, кино ( идет фестиваль фильмов Милоша Формана ) , спорт ( играю в нашей волейбольной команде) . Рядом со мной подруги Катя и Женя , мы очень сдружились ...
Денег хватает, ты не беспокойся . Модест Львович помогает мне.
Папа, впереди зима, говорят , она будет холодной и снежной. Достаточно ли у тебя теплых вещей ? Напиши , пожалуйста , что собрать, я сразу же отправлю посылку .
Очень надеюсь, что все наши трудности скоро останутся позади, и мы встретимся . Надо только научиться ждать . И я учусь. Каждый день учусь ! Обнимаю тебя и люблю. Твоя Неля "
Неля положила листок в конверт, запечатала, написала адрес . И задумалась... Права ли она , когда пишет папе о своей несуществующей жизни : студенчестве , концертах , подругах ? Права, права! По-другому нельзя писать ! Разве папе будет легче , если он узнает, что ни в какой консерватории дочь не учится, а под именем Лорелеи поёт блатные песни в "Кровавом Рубине" ? И никто-никто не понимает, почему её выступление всегда заканчивается печальной песней, так выбивающейся из привычного репертуара ...
Впрочем, тот молодой человек , Саша Тигров , понял...Завтра она споёт песню на стихи Бориса Щеглова : " Когда мы с тобой летали , беспечные , словно дым ...Люди не понимали, куда мы с тобой летим ...Сладостно на рассвете , жадно впивает грудь солнечный тёплый ветер, Млечный прохладный путь ..." Неля будет петь и знать, что один человек в этом вертепе сочувствует ей ! Только бы он не пытался снова поговорить , как в среду . Модест и так , видимо, выяснил про доктора Тигрова всё.
А тот, кто постоянно занимал мысли Нели , говорил своему лучшему другу Ивану Викентьеву :
--Да , я солгал , Ваня! Я не хожу в читальный зал ! Я все вечера провожу в "Кровавом Рубине" ! Среди шулеров и прочих "весёлых господ" ! Я солгал...Я знаю ваше трепетное отношение ко мне! И я не хотел, чтобы сложности возникли у тебя и Младшего .
--Да куда ж ты денешься , Саша...От меня и от Младшего. --Ваня помолчал и добавил : --Рассказывай , друже ...Ты бываешь в "Кровавом Рубине " среди " весёлых господ" , потому что...Рассказывай!