Представьте себе Москву, 1970 год. На фоне бетонных громад ВДНХ и строгих линий Кремля появляется фигура, кажущаяся здесь абсолютной фантасмагорией. Это не шпион, не дипломат и не диссидент. Это Генри Форд II, живое воплощение американского капитализма, наследник империи конвейеров и «Мустангов». Что он забыл в столице страны, где частная собственность на средства производства была не просто анафемой, а уголовным преступлением? Четыре года спустя, в 1974-м, в ту же Москву, уже в ранге президента Соединённых Штатов, прибывает другой Форд – Джеральд. Совпадение? Не думают так даже в Политбюро. Два визита, две эпохи, одна фамилия. Зачем Форды, казалось бы, абсолютные антиподы советского проекта, с завидным упорством наведывались в самое логово идеологического противника? Был ли это лишь холодный расчёт или здесь можно разглядеть нечто большее – странную взаимную тягу двух гигантов, которые не могли жить друг без друга, но никогда в этом не признавались?
1970 год: Генри Форд II. «Железный Генри» ищет новые рынки
В мае 1970 года в Шереметьево приземлился частный самолет. Из него вышел не политик, а живой символ американского капитализма – Генри Форд II, внук легендарного основателя компании и ее действующий глава. Его визит был частным, но за ним пристально следили и ЦРУ, и КГБ, и мировые СМИ. Зачем «железный Генри» (как его называли за жесткий стиль управления) приехал в страну, где «Форд» был скорее нарицательным именем для любой иномарки, чем реальным товаром?
Официальная версия (советская): «Визит знаменует успехи мирного сосуществования двух систем! – мог бы сказать диктор программы «Время». – Известный промышленник знакомится с достижениями советского автопрома и обсудит возможности культурного обмена». Были посещения заводов АЗЛК и ЗИЛ, обед в ресторане «Прага».
Бизнес-реализм (взгляд самого Форда): Рынки Запада насыщались, а тут – огромная, почти нетронутая страна с растущей потребностью в автомобилях. Форд-младший был прагматиком. Он видел в СССР не только идеологического противника, но и гигантского потенциального покупателя. Предметом интереса мог стать не продажа готовых машин, а торговля лицензиями на производство двигателей или даже строительство сборочного завода. Ходили слухи о переговорах по поводу сотрудничества с гигантом «КАМАЗ», который как раз начинал строиться. Сам Генри позже в интервью деликатно намекал: «Мы всегда изучаем возможности для роста нашего бизнеса. География здесь – не главный фактор». В переводе с дипломатического: «Если там можно заработать – почему нет?»
Циничный взгляд с Запада: Многие аналитики расценили визит как разведку боем и тонкий ход. Компания «Форд» могла использовать интерес к СССР как рычаг в переговорах с профсоюзами и правительствами у себя дома. Мол, если вы будете слишком неуступчивы, мы можем начать look east. Кроме того, это был блестящий пиар-ход – образ Форда как смелого миротворца от бизнеса.
Курьезная деталь: По легенде, на одном из банкетов Форду подали изысканный обед, но он, будучи человеком простых вкусов, попросил… обычный гамбургер. В кулуарах Кремля этот эпизод, вероятно, обсуждали не менее живо, чем потенциальные контракты. «Капиталист хочет бургер! Симптоматично!»
1974 год: Джеральд Форд. «Не тот Форд» на дипломатическом треке
Четыре года спустя, в ноябре 1974-го, в Москву прибыл уже другой Форд – Джеральд, 38-й президент США. Его визит был сугубо государственным, частью политики «разрядки». Он стал первым американским президентом, посетившим СССР после исторической поездки Никсона в 1972 году.
Официальная версия (с двух сторон): «Встреча на высшем уровне для укрепления мира и ограничения стратегических вооружений». Форд и Брежнев вели переговоры в Владивостоке и Москве, обсуждая договоры ОСВ. Брежнев, как вспоминали участники, был настроен по-деловому, но уставшим. Форд, недавно сменивший скандального Никсона, стремился показать себя надежным и дееспособным мировым лидером.
Политический подтекст: Визит был жизненно важен для Форда-политика. Ему нужно было закрепить статус легитимного президента и добиться внешнеполитического успеха для поднятия рейтингов дома. Для Брежнева это была возможность показать народу и миру, что СССР – равный сверхдержаве партнер, с которым считаются.
Абсурдная сторона медали: Ирония заключалась в самой фамилии. «Снова Форд? – наверное, шептались советские граждане, читая газеты. – Опять что ли моторы продавать будет?» Американские журналисты обыгрывали эту тему без устали: «На этот раз Форд приехал не продавать машины, а торговаться по поводу ракет». Было в этом что-то сюрреалистичное: сначала приехал Форд, который делает машины, потом – Форд, который управляет страной. Для советского человека, далекого от тонкостей западной политической системы, это могло казаться заговором или странным совпадением.
«Прямая речь» из прошлого: Можно представить диалог где-нибудь на кухне в 1974-м:
– Слышал, опять Форд к нам приехал.
– Да тот, что президент. Говорят, они с Леонидом Ильичом договорились ракет поменьше делать.
– А тот, первый-то, тоже вроде деловой был. Может, они братья?
– Какие братья! У них там все Форды, Рокфеллеры… Одно буржуйское гнездо.
Сравнивая два визита
Причинно-следственные связи здесь прослеживаются четко. Частной, «разведывательной» поездке бизнесмена в 1970-м могла отчасти проложить дорогу для государственного визита 1974-го. Она показала, что даже в условиях конфронтации возможны человеческие и деловые контакты. Она была маленьким кирпичиком в мост разрядки. Если Генри Форд II ехал в Москву, движимый причиной «расширение рынков = рост прибыли», то следствием (косвенным) было смягчение образа «врага». Джеральд Форд ехал с причиной «закрепить разрядку = укрепить свой статус», а следствием стали конкретные, хотя и хрупкие, договоренности по контролю над вооружениями.
Однако, гипотеза о том, что визит президента Форда был прямым продолжением дел его «тезки»-бизнесмена, неверна. Это параллельные, но разные истории. Их связывала лишь фамилия, ставшая в этом историческом анекдоте символом. Символом того, как бизнес всегда пытается обойти идеологические барьеры, а политика затем пытается эти барьеры формализовать или демонтировать, когда это выгодно.
Итак, зачем Форды посещали Москву?
Генри Форд II летел за потенциальной прибылью и новыми горизонтами для своей империи. Его визит был авантюрной, но трезвой бизнес-экспедицией в неизведанную экономическую галактику под названием СССР.
Джеральд Форд ехал выполнять миссию государственной важности – охладить ядерный пыл эпохи и вписать свое имя в историю дипломатии. Его визит был тщательно спланированным актом политического театра, где декорациями были Кремль и таблички «ОСВ».
Главный вывод этой истории двойственен. С одной стороны, она показывает непоколебимую мощь экономического интереса, который способен заставить капиталиста №1 искать общий язык с плановой экономикой. С другой – обнажает всю условность и театральность политических ритуалов холодной войны, где за рукопожатиями и тостами скрывалась гонка вооружений.
Прогноз, который можно сделать, глядя из прошлого в будущее, таков: бизнес всегда будет искать лазейки в любых стенах, а политика будет эти лазейки то замуровывать, то легализовывать. Форды в Москве – это лишь один яркий кадр из этого бесконечного сериала. В финале же остается забавный исторический курьез: два разных Форда, с разными целями, в разное время, но в одном месте. И легенда о том, как один из них в сердце социализма просил главный гастрономический символ капитализма – гамбургер. Эта деталь, возможно, лучше любых аналитических отчетов объясняет всю сюрреалистичную суть эпохи, где всё было переплетено: страх и любопытство, ракеты и двигатели, политика и быт.
Автор: Максим Гордеев
🇷🇺 Цензор Рунета | Российский общественно-политический портал
Свобода слова — это не вседозволенность 🇷🇺 (В. В. Путин)
📣 Подпишись: TG https://t.me/runetcensor | Vk https://vk.com/runetcensor | Ok https://ok.ru/runetcensor | Dzen https://dzen.ru/runetcensor