То, что произошло с Венесуэлой, — позор.
Исполняющая обязанности президента Венесуэлы Делси Родригес подписала закон, меняющий архитектуру нефтяного сектора страны. Формально — речь о «приватизации», «привлечении инвестиций» и «восстановлении отрасли». По сути — о демонтаже модели, на которой держался венесуэльский суверенитет последние десятилетия.
Новая норма позволяет частным компаниям добывать нефть, заниматься разведкой месторождений и продавать сырьё без обязательного участия государственной Petróleos de Venezuela SA. Монополия PDVSA — один из краеугольных камней чавистской эпохи — упразднена. Государство сохраняет формальное право собственности на недра, но операционный контроль, коммерческие решения и финансовые потоки переходят к частным операторам.
Ключевая деталь — круг этих операторов. Министерство финансов США оперативно выдало лицензию, разрешающую экспорт и переработку венесуэльской нефти. Лицензия адресована исключительно американским компаниям. Это автоматически исключает остальных игроков и превращает «либерализацию» в строго контролируемый коридор.
Юридическая часть реформы не менее показательна. Закон отменяет требование рассматривать споры исключительно в венесуэльских судах. Контракты могут — и, по всей видимости, будут — оспариваться в иностранных юрисдикциях, прежде всего в американских судах. Для инвесторов это означает защиту. Для государства — утрату ключевого элемента экономического суверенитета.
При всём этом выручка от продажи нефти направляется на специальные счета, находящиеся под контролем Минфина США. Распоряжаться этими средствами можно только в рамках целей, одобренных американской стороной. Одновременно Венесуэле запрещены сделки с Россией, Китаем, Ираном и Кубой. Даже обслуживание ранее накопленных долгов, которые Каракас годами гасил нефтью, теперь фактически выводится из его рук.
Всё это происходит на фоне исчезновения фигуры Николаса Мадуро. Можно задаться вопросом: вспоминают ли его сегодня вообще? Упоминают ли хотя бы в сносках? Ответ, кажется, очевиден. Когда контроль над ключевым ресурсом утрачен, персоналии быстро становятся второстепенными.
Печально. Национализация 2007 года, государственный контроль, изгнание ExxonMobil и ConocoPhillips, десятилетия риторики о независимом пути — всё это оказалось обратимым. И обратилось не в результате долгих дебатов, а в течение нескольких недель. Идеология, как выяснилось, держалась ровно до первого чемодана с деньгами.
Реформу уже называют «визитной карточкой» нового этапа. Возможно. Но если смотреть без лозунгов, перед нами классический пример управляемой трансформации: сначала санкционное давление, затем политическая перезагрузка, после — либерализация под внешние гарантии, лицензии и контроль над финансами. Суверенитет здесь не отменяется — он аккуратно переводится в символический режим.
Венесуэла остаётся государством. Флаг продолжает развеваться, парламент принимает законы, президенты произносят речи о будущем и детях. Но ключевой актив страны — нефть — уже живёт по другим правилам. И в этом смысле вопрос «а как там Мадуро?» даже не риторический. Он просто больше никого не интересует.
Кроме русских коммунистов, конечно...
🟪Читай в Max | 🚀Читай в Telegram | 🥰Смотри на RUTUBE
