После пятилетнего беззаботного союза, в коем уместились два капитальных ремонта, замена ходовки, каких-то мастурбаций с коробкой и прочей мелочовкой, меня и пассата пришел нелегкий час расстаться и пойти своими дорожками. Ему - наверняка снова в сервис, мне - за обновками. Стрелку компаса волтузило от покупки очередного некронемца (но мощь, сила, немецкое качество!) до приобретения намарафеченного, как матросня в годы годы Гражданской войны, но совершенно нового, с бантиком на лбу и гарантией лет на пять китайца. После долгих раздумий и трех плотных оплеух от благоверной я решил связать свою судьбу с представителем многоликого автопрома поднебесной.
Сказано - сделано. И вот уже ранним воскресным утром, в районе часа пополудни, мы направляемся в сторону салона с названием хавал. Что, когда и, главное, зачем кто-то схавал, чтобы назвать свою машину хавал, было уже не так и важно. Как будто их творение под кодом ф7х было тем, что я и искал. По пути туда, уже на подходе можно сказать к калитке, мы оказались перехвачены представителем конкурирующей группировки - джили. Под соусом «ну зайдите, посмотрите, просто посмотрите и зайдите» через пять часов мы выехали оттуда на новом, как Орлеан, красивом, как я на новогоднем утреннике в хосписе, быстром и резвом, как батя в день твоего рождения, Джили Атласе. Нью! Вот так, без мам, пап, но в кредит.
Покупка новой машины в даже, если вам немного за тридцать, мало отличается от покупки новой куртки или ботинок на Кирсановском рынке в возрасте, близком к пубертату. Тут, как и там, по закону жанра вы должны продемонстрировать обновку. Просто в детстве все, что от вас требуется, это выйти в новом из соседней комнаты и продефилировать перед всей собравшейся аудиторией, сформированной из специально приглашенных по важному поводу соседей и солдат срочников, чтоб места не пустовали. А когда мамка уже не живет с тобой на одной площади приходится прибегать к более взрослым ухищрениям - напоить всех или устроить тестдрайв. Мы выбрали второе. По простой причине, что я не пью воскресными вечерами. Да.
Мы заехали за женьками и переполненные гордостью и тщеславием отправились куда глаза глядят. Счастливые игривые глаза обладателей китайской не роскоши, а всего лишь средства передвижения.
Где-то перед самой рамонью управление на себя взяла Лера (она же жена) дабы самой ощутить всю ретивость табуна из двух сотен вороных династии сунь. Буквально через пару минут она резко остановилась. Мы не поняли, что произошло - экстаз ли это или внезапное осознание, что кенгуру не живут в Австрии. Оказалось все прозаичнее - на обочине она увидела кошку, кошке наверняка требуется помощь, иначе бы что ей делать на обочине. По моему мнению, когда ты видишь кошку на обочине, помощь ей уже не требуется. Но рулил не я, да и кто вообще перечит благоверной. Мы вышли на улицу, оглянулись и что бы вы думали. Действительно кошка. Кошка лежала на обочине в той позе, кою используют подвыпившие мужчины на пляжах не только по всему миру, но и за рубежом. То бишь она лежала, оперевшись на локоть передней левой лапы, в то время как все остальное тело ее было в сугубо горизонтальном положении, будто демонстрируя все выгоды от сотрудничества с этим объектом. Я подумал, что она напилась и заигрывает, Лера сказала, что ее сбили и у нее перебит позвоночник. Вот так можно совершенно разными глазами взглянуть на одну и ту же вещь. Было принято решение срочно доставить ее в ветеринарку. Потому что моя жена врач, человеческий врач, а кошки для многих тоже люди. Как и в любой операции, будь то удаление аппендицит или похищение президента чужой страны, здесь нам требовалась дорожная карта, консилиум так сказать. Явился следующий план действий: подходим к кошке, Лера берет ее за задний мост, я за голову, быстро, но нежно и заботливо перемещаем страдалицу в багажник и со стремительностью, свойственной распространению тупых трендов в тик токе, доставляем ее в лечебницу. Кошка, наблюдая за нашим консилиумом, никаких претензий не имела и видом своим полностью поддерживала наши идеи и мотивы, будто даже изумляясь сердобольности совсем не знакомых ей людей. Однако, в последний момент я понял, что ответственности держания поломанной кошки за голову я не вынесу, в частности, по причине полного отсутствия опыта данных манипуляций. Поэтому эту честь я легко передал Женьку. Руководствовался я, в первую очередь, исключительно тем, что в юности он вошкался с кроликами, которые являлись частью его подворья. Он их кормил, поил, убивал. Логично предположить, что в этих вопросах у него жопа-то больше. Но поболе моей уж точно. Так и я предположил, а сам ушел на мусорку за коробкой, ведь мы решили доставить кошака с максимальным комфортом, ну и чтоб она не зассала весь багажник. Вернулся, мы начали. Лера взялась за парализованную кошкину жопу, кошка не повела и усом, все идет по плану. Настал черед Женьку подключиться по спасению рядового Барсика, или мурки. Он нежно схватил ее за шкирку и уже собрался переместить ее в коробок, что я держал рядом. В этот момент кошак забыл про все оказии, кои он пережил незадолго до нашей встречи, забыл про паралич всей кошки, забыл, что ему вообще в целом-то не очень с медицинской точки зрения. Она натянулась струной и со всем пролетарским гневом, характерным жителям периферии и особенно сбитым машиной вечером воскресенья, впилась в женькову руку всем ртом, наполненным до одурения острыми зубами. На все это потребовались доли секунды. Поэтому моя картина происходящего была такой - вот Лера берет кошку за задние лапы, вот в кошке просыпается голос, вот она уже висит, держась зубами за женьково предплечье. Причем вцепилась она капитально. Женек начал мотать рукой, пытаясь стряхнуть ее как комара или птичье говно. Ан нет! Кошка держалась так, будто Женек ее последний шанс на счастливую жизнь. При каждом новом взмахе рукой она, казалось, еще сильнее сжимала челюсти. Невидимый супер клей только усиливал свое действие и укреплял их союз. Союз кошки и женьковой руки. А кровь лилась, она прям-таки струилась. Хорошо, действие было в Рамони, а не в какой-нибудь трансильвании, иначе проблем могло стать больше минимум на одну. После нескольких десятков тореадорских взмахов и такого же количества па из лезгинки кошка все же проиграла гравитации, возможно лишилась нескольких зубов и рухнула всем своим еще три минуты назад парализованным телом обратно на обочину. Нет ничего более исцеляющего, чем земля русская, ибо после удара оземь, шерстяная, хоть и по-пластунски, резво умотала в сторону кустов, оставив нас в слегка дурацком положении и очень гордом одиночестве. Стало ясно, что операцию по спасению рядового Барсика пора сворачивать, а операцию по спасению ефрейтора Евгения нужно крайне срочно начинать. Крови становилось все больше, складывалось ощущение, что Женек может и отъехать. Мы рванули в аптеку. Закупились всяческим марлевым и прочим, не тратить же аптечку из новой машины! После непродолжительной перевязки сразу устремились в воронежский травмпункт. На дворе заметно темнело, в люке отчетливо наблюдался предночной небосвод. В салоне же царила если не гробовая, то близкая к оной тишина, с момента выхода из аптеки мы едва ли перекинулись парой фраз друг с другом. Разве что, в какой травмпункт нам удобнее поехать, чтобы не потерять времени. В моей голове крутился вопрос, типично возникающий после прочтения очередного пелевинского романа или просмотра женского стендапа. Зачем, а, главное, нахуя?
Пока я парковался около травмы где-то на а лениградской, мои спутники успели дойти до пункта и вернуться обратно. Оказалось, что нам тут не рады: то ли час уже неприличный, то ли не работают они вовсе, а быть может просто отвалите со своими детскими проблемами в виде укуса кошки. Тем не менее, нам надо было теперь двигать в сторону электроники. Что мы и сделали.
Не могу сказать, что данная здравница в какую-то либо сторону отличается от прочих себе подобных. Для меня подобные строения всегда вызывают одинаковые ощущения хтонического страха и безнадеги, приправленные парфюмом из всевозможных снадобий, от которых голова хоть и кружится, но в совсем противоположную от романтики сторону. Поэтому стоял ли на входе Элвис Пресли, напоминая что он абсолютно кент хелп фоллин ин лав, или же входная группа была полностью разнесена случайно залетевшим в те края бпла, я вам сказать не могу. Был в трансе, был в оцепенении как японец перед годзиллой.
Нас быстро направили из регистратуры к нужному нам доктору, естественно пред этим приняв полное участие в нашей беде - в получении кусаных ран, вызванных несанкционированным контактом со слегка диким животным семейства кошачьих, оставленных их на теле, точнее на руке в районе предплечья, моего друга и коллеги Евгения. Нужным нам доктором был хирург-травматолог. К нему мы спустились в казематного типа помещение, видом своим напоминавшее те, где орудовало гестапо. По крайней мере судя по фильмам советской поры. Хирург, мужчина, по взгляду которого можно было понять, что удивить его в этой жизни может разве что победа сборной Кюрасао на грядущем чемпионате мира или снижение пенсионного возраста до 27 лет, безучастно спросил:
- ну что у вас тут
- У нас вот друга кошка искусала, привезли вот перевязку сделать и прививку поставить, - ответила Лера.
- А кошка-то бешеная была? Че вы ее с собой не притащили-то? - полюбопытствовал эскулап.
- Да кто ж нам скажет бешеная она или ебнутая, укусила вот. А тут уж судите сами, да прививку шлепните товарищу, - вмешался я.
- Ну так привезли бы, мы анализ сделали да узнали, чи бешеная чи ни. Кстати, вся кошка нам для этого не нужна. Головы будет достаточно, - сказал дядя врач и спрятался вместе с женьком за дверью своего офиса.
Ох, уж этот врачебный юмор, подумал я. Говорит, кошка не нужна, а голову несите! Смешно ж! А вот Лера задумалась над сказанной коллегой фразой и отправилась звонить в центр эпидемиологии навести справок.
В это время в нашей компании прибыло. Появился сильно побитый, капитально отпизженный хипарь в одном ботинке. Так как побит он бы не только кулаками по лицу, но и зеленым змеем по печени и органам ЦНС, связность его речи позволяла предположить, что у его родителей могли быть общие родители. Однако ж, с божьей помощью и поддержкой медсестер, на птичьем языке он смог объяснить, что ушатали его на винзаводе, за что не помнит, претензий не имеет, только просит, чтоб поменьше стало болеть лицо и тело. Вскоре и он исчез в застенках уставшего от жизни и нас, простых смертных, травмача.
Вернулась Лера. Удивленное замешательство плотно отпечаталось на ее лице.
- Значится, я дозвонилась в эпидемилогичку. Они говорят, что другу вашему нужно будет делать много прививок от бешенства и не пить. Делать их надо будет, если кошка есть бешеная. А вот если кошка не есть бешеная, то и прививки делать не надо, и пить можно сколько хочется. Но узнать о статусе бешенства кошки мы можем только в случае, если эту кошку вы нам предоставите. Кстати, целая кошка нам для этого не нужна. Достаточно будет одной головы. Да, все верно, привезите нам голову кошки и мы сможем узнать, бешеная она или нет со всеми вытекающими последствиями.
- Пу пу пу, - одновременно протянули я и Саня. Кстати, Саня все это время была с нами.
Вышел из кабинета Женек. Весь красиво перевязанный, заботливо уколотый прививкой и совсем не знающий, что мы уже узнали кое-что интересное о его дальнейшей судьбе.
- ну что, Евген. Поехали ловить кошку! - решил не откладывать я в долгий ящик.
- Опять?! - в этот момент он будто бы снова оказался на обочине в рамони с торчащим из руки кошаком.
- Да пойми, медицина требует. Тут или кошку изловить, сдать на анализы и забыть все как страшный сон, если она не трипперная. Либо уколы и трезвая жизнь.
Данный аргумент оказался приемлемым. Мы решили вернуться на место схватки в надежде, что парализованная кошка за два часа далеко не убежала и та прыть, с коей она сотворила тот перформанс, была лишь выбросом адреналина и не более того. Кошку мы повторно изловим, доставим по месту требования, теперь-то мы уже матерые. А там уж ребята разберутся что с ней и ее головой делать. Женек конечно не стал хвастаться, что в детстве и отрочестве он перерезал кучу кроликов и в целом кошка от них ничем не отличается, поэтому если чтооооо… нет, такого он не говорил. Вслух. При всех.
Наш отряд дельта покинул здание больницы электроника, погрузился в двумерный глобус и отправился на очередную операцию. Да да, покой нам только снится. Я навалил самое гангстерское музло и под песню Егора крида про то, как он снова один в этом ламбо, мы начали рассуждать о том, как будем ловить кошку, как не повторить прошлых ошибок, и что наверняка эта кошка следила за своим здоровьем, регулярно вакцинировалась от бешенства и прочих напастей и все вообще будет хорошо. Думалось и надеялось, что от полученного стресса и перенесенного удара автомобилем до этого кошка по собственной воле отправилась в мир иной, отдала богу душу и сыграла в ящик. И тогда грех на душу брать никому не придется. Ни врачам эпидемиологам, ни уж упаси господь нам. И многое, многое другое. Вечер давно перестал быть томным, а сейчас перчику лишь прибавлялось. Попутно Женек оповестил, что на даче у него хранится целая россыпь всевозможных колюще режущих хозяйственных орудий. Но это исключительно к слову, мало ли ночью холодно станет и придется, например, нарубить дров. А потом, чтобы они не рассыпались, связать их бичевкой.
Кошка (живая-таки) дожидалась нас у дерева неподалеку от места нашего спешного расставания. Наши подозрения оправдывались - сил у нее хватило лишь на один прыжок в состоянии шока, дальше двигаться она не в состоянии, вот и тусит под тополем. Сто пудов таких проблем доставить еще раз она уже не в состоянии. На всякий случай я взял палку. Не чтобы разбить ей голову, само собой, как спелый помидор о стенку, а чтоб проверить ее жизненные показатели и на случай повторной агрессии меж нами была дистанция, позволяющая мне маневрировать. Кошка бросила нас усталый, а то измученный взгляд. В глазах буквально читалось: «Господи, как вы меня заебали, что я вам сделала. Отэбитэс ради Христа небесного и всех святых угодников.» Мы расстроились, что она не рада нашей встрече и не крутит сальтухи во славу своих спасителей. Я слегка ткнул ее в район нерабочих ног. Она ответила. Она вскочила на четыре лапы, заорала на нас благим матом и ускакала в сторону терновых кустов. Словно в песне ковыляй потихонечку, где главный герой вопреки всем невзгодам и на зависть всем недоброжелателям в конце песни «шел походкою бодрою на обеих ногах». Так вот и кошка. Бодро, на обеих парах нерабочих ног убежала от нас в кусты. Ситуация близилась к фиаско. Одна, даже не одна, а где-то 0.75, кошка против четырех взрослых, половозрелых человеков. С высшим образованием! Исправно платящих налоги, посещающих выборы всевозможных уровней. Один из которых к тому же врач высшей категории! Нам срочно требовалось отыграться. Потому мы на всех порах дали за ней к этим кустам. Куст, может и не был терновым, но удобств в нем было мало. Нам. Кошке норм. Мы сгрудились перед ними перед решающим броском. Но в этот момент кошка встала на задние лапы, прислонила левую лапу к правому сердцу и молвила: «Друзья, понимаю, у нас с вами не заладилось с самого начала. Возможно, вы имеете некие претензии ко мне. Я, как вы понимаете, тоже не питаю к вам любви христовой. Но слову его следовать мы должны. А он говорил: принимайте поражение со смирением, дети мои». Еще раз громко возопила и исчезла в глубине зарослей.
Несолоно хлебавши, время от времени истерически хихикая, мы вернулись в Воронеж. Взяли в русапе по недавно вернувшемуся в меню специально для олдов бургеру с окороком, дабы потрогать ностальгию за причинные места. Но старина Дмитрий Анатольевич в очередной раз оказался прав - никто никогда не вернется в 2007й.
На дворе был час ночи. До очередной недели взрослой жизни оставалось несколько часов поспать. Поэтому мы поехали по домам. Луна хозяйничала на небе, город спал, кошка пила корвалол с барбитуратом, а женек искал где ему будут делать кучу прививок.
Мораль здесь такая. Не стоит лезть в чужие дела, даже если тебе кажется, что так будет лучше адресату твоей благодетели. Но если очень хочется и единственный твой сдерживающий механизм собственная мораль и разум, а не международное право и прочая мишура - тогда и ебись оно все конем!
А машина хорошая, мне нравится.