Я тут случайно прислонилась ногой к батарее и аж взвизгнула, так горячо было. Прикрутила малость. Через полчаса Эмма Аркадьевна начали проситься под одеяло. А ведь хочется слоняться по дому, следить за мамашей! Я вернула обратно, как было. Вылезли.
У нас с Эммой Аркадьевной отношение к температурному режиму, слава небесам, совпадает. Нет вот этого извечного противоборства между "душно, дышать нечем, жара страшная давайте распахнем все окна и двери" и "дикий холод, дует, лять да закройте же срочно форточку".
А вот на работе есть. Горячие сибирские девчули. Доходит до драки. Я прихожу утром в офис, разоблачаюсь. Все нормально. Тепло. Коллеги подтягиваются. И понеслось: о Господи, какая жара, всего минус десять градусов на улице, голова не работает, откроем же окно настежь! Я начинаю выть - декабрь, су**и, побойтесь бога. Они мне: заткнись. Или вообще ничего не говорят, просто перешагивают через меня и открывают. И главное, сидят! Я сто раз наблюдала. Целый час окно распахнуто. Они сидят в свитерках, не моргнув глазом. Весь кабинет застыл. Я застыла. В куртке сижу, сучу ногами под столом в сапогах. Они сидят, им жарко. Им волю дай, они всю стену несущую бы отодвинули.
В обеденный перерыв наступает мой час. Они уходят. Я все закрываю. Включаю радиатор. Обнимаю его. Сижу, отмерзаю. Через час возвращаются хабаровские. Ого, какая жара, срочно открываем. Через десять минут: все равно жарко, что такое? Я молчу. Они такие, ты что там прячешь под столом? Радиатор????
Я хватаю канцелярский нож, размахиваю - не подходите. Они подходят. Сразу двое. Одна руки мне заламывает, вторая выдирает провод из розетки. Я ору конечно. Директора зову. Полицию... Меня не слышат. Всем, б...ть, жарко. А человек сидит в куртке и околевает!
Дома же у нас царит единогласие. Всем всегда холодно. Начиная с ноября Эмма Аркадьевна перестают выходить на балкон. Даже когда я туда выхожу. Они, было, кидаются следом. Вдруг там что интересное? Делают два шага и дают заднюю. Как будто из ледяной купели выскакивают обратно в комнату. Пару раз выпрыгнут, потом и не пытаются. Сидят на пороге, ждут меня.
На выходных занимались росписью графина, опять несовпадение взглядов возникло. Там пробка декоративная, в виде шара. Они, разумеется, ее заприметили. Очень хотелось лапой шибануть, чтобы шар покатился. А шар то тоже расписной. Лежит, сохнет, подпертый с двух сторон. Если покатится до того, как краска подсохнет, начинай сначала. Началось противостояние. Я рисую, они сидят, караулят. А я караулю их. Один раз не уследила, покатили шар с подоконника по полу. Благо, подсохший был.
Работаем дальше, борьба продолжается.
