- «Цифровой суверенитет по‑кошачьи»
В 2027 году парламент Непала провозглашает «кошачий нейтралитет»: все серверы, размещённые на территории страны, должны быть физически защищены минимум тремя кошками. Аргумент: «Коты интуитивно чувствуют кибератаки — их шерсть электризуется перед DDoS‑штормом». Крупные IT‑компании начинают нанимать «кошачьих смотрителей», а котировки акций зоомагазинов взлетают на 300 %. В ООН создают рабочую группу по «био‑кибер‑зоо‑защите», но консенсуса нет: собаки, по мнению экспертов, «слишком лояльны к хакерам». - «Война за право писать „кофе“ среднего рода»
К 2028 году лингвистический конфликт между Бразилией и Португалией перерастает в дипломатический кризис. Причина: Бразилия официально признаёт «кофе» среднего рода (в рамках инклюзивной языковой политики), а Лиссабон называет это «культурным геноцидом». ЕС вводит санкции против бразильского кофе, мотивируя «нарушением европейского языкового порядка». В ответ Бразилия запускает кампанию «Наш кофе — наш род» и раздаёт бесплатные эспрессо‑машины с голосовым помощником, который отвечает только на «среднеродовом» португальском. ООН предлагает компромисс: «В международных документах использовать нейтральный артикль „o/a‑кофе“», но стороны отказываются. - «Космический налог на метеориты»
В 2029 году Казахстан и Канада инициируют «Метеоритный пакт»: любое небесное тело, упавшее на территорию государства, облагается налогом в 0,001 % от его оценочной стоимости (по данным астро‑аудиторов). Цель — финансирование систем планетарной защиты. Проблема: метеорит, упавший в Сибири, оценивается в $10 млрд (из‑за редких изотопов), но Москва отказывается платить, заявив: «Космос — общее достояние, а не налоговая база». В Совбезе ООН разгорается спор: США требуют «космического НДС» за пересечение метеорами воздушного пространства, а Китай предлагает «квоты на астероиды». Тем временем частные компании начинают «охоту за падающими камнями», а на eBay появляются лоты: «Метеорит‑налоговый щит (гарантия от претензий)».