Начало тут.
Предыдущая глава здесь.
Первый раз за последние дни мне было действительно хорошо. Головная боль прошла, навалился зверский аппетит. Самое главное внутренний голос больше не предвещал неприятностей. Известие словно сняло груз с плеч, стало легко. Проводила его до двери, поцеловала первый раз сама;
- Я тебя буду ждать, Гущин.
Глаза у Игоря стали как у щенка которого отдают новым хозяевам. Ему совсем не хотелось уходить.
- Кира, - донеслось с улицы, - выкинь барсетку, я её на обувной полке забыл.
Накинула ветровку, взяла ключи и барсетку, побежала вниз. Обнялись еще раз у подъезда и он помчался к стоянке, а я побрела домой. Навстречу вышли Кирилл с Данькой, направились на вечернюю прогулку.
- Приводи ее ко мне.
- Что, семейная жизнь надоела?
- Нет. Игоря на работу вызвали. Керима взяли. – Сообщила ему новость словами майора Гущина.
У брата брови вверх полезли.
– Он то тут причем?
- Не знаю, потом у Игоря спросишь.
Собака радовалась дому, прыгала по комнатам.
- Слушай, псина, не пора ли тебе на водные процедуры.
Хитруля скосила глаз в сторону ванной комнаты и смылась на лоджию. Очень любит валяться в лужах, с удовольствием плавает в реке и озере и совсем не любит ванную. Правда и сопротивления не оказывает. По команде прыгает в емкость и стоит истуканом пока не закончиться купание. После купания собаки тщательно вычистила ванную, залезла под душ. У нас как на весах: чем чище чадушка, тем грязнее я.
Плескалась, сколько душенька требовала. Спешить некуда, мужа вызвали на работу, когда явиться одному Богу известно. Может еще его начальнику полковнику Феденко, но он со мной такими сведениями не делился.
- Му-у-уж. – Протянула на распев.
Было очень непривычно называть так Игоря даже наедине с собой – муж!
После душа сушила волосы добрый час, разобрала постель. Вытащила футболку, которая служила ночной рубашкой, потом скомкала и забросила в шкаф. Достала шелковую, с кружевной отделкой и на тоненьких бретельках ночную сорочку. Хихикнула сама над собой. Странно вдруг у меня поменялись пристрастия. Так любила хлопчатобумажные футболки, сейчас захотелось одеть именно такую, легкую и кружевную. Бессовестную – как сказала бы моя бабушка Прасковья, суровая казачка. Оглядела себя в зеркало и честно скажу, сама себе понравилась. Легкий шелковый трикотаж мягко облегал тело, от чего выглядела выше и стройнее. Волосы лежали красивой волной на плечах.
Эх, муж на службе, а тут такая красота пропадает. Выключила свет, нырнула под одеяло, пощелкала пультом телевизора, попереключала с канала на канал. Оставила фильм про очередную Золушку которой посчастливилось выйти замуж за молодого, писанного красавца и к тому же благородного миллионера.
А мне выпало счастье выйти тоже за благородного, но за милиционера, которого Родина постоянно призывает выполнять долг, а он в силу своего благородства не может отказать. Интересно, сколько Игорь ей, то есть Родине, должен?
Первой Игоря услышала Данька, кинулась встречать.
- Ух, ты, - донеслось из прихожей, - дай туфли снять. Ты чего такая мокрая, в луже выкупалась?
Я вышла навстречу, Игорь чмокнул меня в щеку, разведя руки в стороны.
- Подожди, переоденусь. Видишь, после горячей встречи какой.
Скинул мокрую рубашку, прошел в ванную.
- Есть будешь?
- Нет, на работе чаю до одури напился.
- Все хорошо?
- Лучше не бывает. У меня сейчас все лучше не бывает.
Сгреб меня в охапку. Я ойкнула. Когда перестанут болеть эти синяки? Игорь поставил меня на кровать, задрал рубашку. Разглядывал бока, словно первый раз видел.
- Да, лучше не стало. Надо все-таки снимки сделать, дышать-то как, не больно? Ребра бы сломанными не оказались.
- У меня сверху болит.
- Давай опять массаж делать.
Снял ночнушку, уложил на кровать. Господи, да какой там массаж, через минуту все процедуры закончились.
Утром, дергая за край одеяла, ворчал:
- Вставай, не увильнешь. Пока не удостоверюсь, что все хорошо, не отстану. В больницу поедешь даже через не хочу.
Пока завтракали, зазвонил телефон.
- Нет, не могу. Жену в больницу везу. Когда освобожусь, приеду. Очную ставку проводите без меня. Сами не маленькие. Не забывай; я во-первых в отпуске, во-вторых свидетель.
Вот как! Я думала мой бравый майор там копытом бьет, носом роет, преступление века раскрывает, а он – свидетель. Фиг ты еще у меня до свадьбы на работу сбегаешь. Заварил кашу, теперь расхлебывай. Столько дел надо сделать с этой подготовкой к свадьбе, загружу по полной программе, вздохнуть некогда будет. Тем более идея пышного торжества ему принадлежит, а не мне. Стоило заикнуться о скромном застолье в тесном, семейном кругу оба с братцем на дыбы встали и в голос завопили:
- Нет, только пир на весь мир!
Пусть теперь суетятся. Времени мало, сам хотел как можно скорее. Не даром дама в ЗАГСе на кольцо посматривала. У- у, взяточник!
В поликлинике стояла тишина. У кабинетов сидели по одному – два человека и то не у каждой двери. Или всех вылечили, или так лечили, что люди разбежались. Наша районный терапевт, толстая брюзгливая баба в мятом халате, скрипела как несмазанное колесо:
- Что вы тянули столько времени? Сразу надо было обращаться. Сначала затянут, потом бегают, жалуются. Когда вам нанесли побои?
- Пять дней назад.
- Кто нанес побои? Муж? Я должна сообщить в органы.
- У меня муж сам «орган», то есть из органов. – Зло огрызнулась я. – Похитители нанесли побои. «Органы» в курсе дела.
Продолжение следует...