Богат январь на праздники — выжить бы. И я, как и ты, читатель, выйдя из постновогоднего анабиоза, смотрю с тревогой в неоглядную даль, пытаясь угадать будущее. А там — ветер с метелью, и ничего не видать, окромя красных огней пробок. Народ принялся вершить дела с таким энтузиазмом, что встал, толкаясь плечами. Парадокс. Ещё слышен звук колоколов Рождества, но тут, неспешно поигрывая морозом, словно мускулами, на мягких лапах подкралось Крещение.
«25 кадр» — это специальный проект редакции Оренбург Медиа и фотографа Олега Рукавицына, в котором каждый снимок — запоминающийся кадр из жизни. Это неожиданные ракурсы, необычные детали, игры света и тени или просто важные фрагменты повседневного пространства, которые хочется рассмотреть внимательнее, оставить в памяти. Наш проект — для тех, кто ценит момент и видит в фотографии нечто большее, чем просто выстроенный кадр. Смотрите. Думайте. Принимайте. Ищите нас в социальных сетях под хэштегом #25кадр.
И возникает у меня с этим праздником некий диссонанс. С одной стороны, если смотреть вглубь, то вот Иордан, вот Иисус, вошедший в его воды, и Святой дух слетает с небес в образе белого голубя. Чудо. История. Тайна. А с другой стороны — русская удаль с хохотом и плясками возле проруби. С извечным: «Ух! Отличная водица!» Это ещё хорошо, что народ перестал принимать на грудь до и после — сказалась всё-таки статистика смертности. И, как ни печально, в этот день кого-то обязательно уносит под лёд. Даст Бог, чтобы обошлось сегодня. То есть особого Богоявления (второе название праздника) я тут не вижу — теряется он на фоне моржевания и некой цыганщины.
Мы привыкли мыслить с размахом, типа: «Эх, нагрешу за год как следует, а потом р-р-раз — и одним махом в проруби всё и смою!» И дальше — греши, не тужи. Это так не работает. Начнём с того, что служба в храме важнее хоровода вокруг Иордани. Хоть и нет в этом ничего плохого, но это штука исключительно добровольно-увеселительная.
Снимать в этот праздник я люблю, несмотря на морозы. Правда, ночью картинка получается мрачная — чёрная вода, белый лёд, молчащие тёмные деревья вокруг реки. Народа много, и кто во что горазд. Тут вам и растаманы в дредах, и православные афроамериканцы, и девушки в бикини, что будто пришли позировать для календаря. Но стоит только пробиться солнцу — как никуда не деться от ощущения чистоты. И ты почти знаешь, что сейчас спустится с неба белая птица. Та самая. Нет толпы, остались только кем-то потерянно-забытые тапки, полотенца, бельё. Чудеса любят тишину. По себе знаю.
В эту ночь я, конечно, не буду купаться и, наверное, не пойду в храм. Увы, не всегда к этому бываешь готовым — это вам не в кофейню зайти. Но другу я, наверное, позвоню и попрошу у него: «Скажи мне живое слово». Ведь оно лечит. Ведь если человек с тобой на одной волне и он у тебя есть — это тоже от Бога, тоже чудо. Когда есть возможность не потрепаться, а поговорить. Или просто помолчать, когда каждый смотрит в своё окно. А там — белый снег, что становится розовым с первыми лучами, тёмная вода, что сегодня волшебна, и чья-то одинокая фигура. И может быть, это ты.
фото: Олег Рукавицын