- Регина Денисовна, я не знаю, что вы от меня хотите, - дрожащим голосом ответила Наталья.
- Всё ты знаешь, верни то, что принадлежит моему сыну!
- Борис забрал все свои вещи, что вам ещё нужно? - с вызовом спросила Наташа.
- Чтобы ты убралась из этого города! - завопила женщина.
- Вот ещё, Казань большой город, тут места всем хватит.
- Тебе нет в нём места! Боря страдает из-за тебя, ходи и оглядывайся Наташа, - угрожающе произнесла бывшая свекровь.
- Регина Денисовна, вы мне угрожаете? - спросила Наталья, но женщина бросила трубку.
Бывшая свекровь давно звонит с угрозами, поэтому Наташа записывает на диктофон каждый их разговор и этот тоже.
Наталья медленно опустила телефон, пальцы всё ещё дрожали, но внутри уже поднималась холодная, стальная волна. "Хватит. Просто хватит," — прошептала она себе, нажимая кнопку остановки записи на диктофоне. Этот архив голосов, полных ненависти, стал её мрачным щитом.
Несколько дней спустя.
Наташа не хотела выходить вечером, но срочная работа в типографии задержала её до темноты. Подземная парковка торгового центра, где она обычно оставляла машину, в этот поздний час была почти пуста. Жёлтый свет кое-где выхватывал из полумрака бетонные колонны и одинокие автомобили. Тишину нарушало только эхо её собственных шагов.
- Наташа!
Голос, прорезавший пространство, заставил её вздрогнуть и обернуться. Из-за соседнего внедорожника, будто вырастая из тени, вышла Регина Денисовна. На ней был длинный тёмный плащ, а в руках, прижатая к бедру, была бейсбольная бита.
- Вы… что вы здесь делаете? — отступила на шаг Наталья, сердце заколотилось где-то в горле.
- Говорила же, не оставлю в покое, — женщина двигалась медленно, уверенно, перекрывая путь к её машине. Лицо её было искажено холодной яростью. — Ты думала, спрячешься в своём офисе? Я везде найду. Отдай то, что принадлежит моему сыну!
- Я ничего у него не брала! Он сам всё забрал! Что вам от меня нужно? Квартиру? Она и так оформлена на него!
- Не квартиру! — взвизгнула Регина Денисовна, приближаясь. — Ты украла у него годы! Жизнь! Он из-за тебя как тень ходит! Ты должна исчезнуть. Уехать. Или… исчезнуть навсегда.
Она с силой швырнула на бетон увесистую папку. Листы с фотографиями, распечатанные чеки, какие-то документы разлетелись по бетону. Наташа мельком увидела свои собственные фото, сделанные, видимо, в последние дни.
- Это что? Вы следили за мной?
- Чтобы вернуть своё, нужно знать всё о воре, — прошипела свекровь. — Всё, Наталья. Где ты бываешь, с кем говоришь. Боря даже не подозревает, какую змею пригрел. Но мать всегда защитит сына.
Женщина подняла биту, теперь уже двумя руками, принимая явно знакомую ей боевую стойку. Расстояние между ними сократилось до трёх метров.
- Регина Денисовна, одумайтесь! Это уголовное дело! — крикнула Наташа, отступая к колонне, судорожно роясь в сумке. Её пальцы нащупали холодный цилиндр.
- А кто докажет? — с ледяной усмешкой произнесла бывшая свекровь. — Свидетелей нет. Камера вон на той колонне не работает с прошлой недели. Я проверяла. Просто несчастный случай. Ограбление на парковке…
Она сделала резкий выпад вперёд, и бита со свистом рассекла воздух, едва не задев плечо Натальи. Та вскрикнула, отпрыгнув за бетонную опору.
- Стойте! Я предупреждаю! — голос Натальи сорвался, но рука с баллончиком была уже наготове.
- Предупреждай, — рыкнула Регина Денисовна, обходя колонну. Её глаза горели мрачным торжеством. — Мне твои предупреждения как собачке ла…
Она не договорила. Наталья, прижавшись спиной к холодному бетону, резко выпрямилась и, не целясь, нажала на распылитель. Резкое, едкое шипение заполнило пространство между ними.
- А-а-аргх! Глаза! Ты… стерва! — дикий, животный вопль вырвался из груди Регины Денисовны. Она выпустила биту, которая с грохотом покатилась по полу, и вцепилась руками в лицо, сгибаясь от невыносимой боли. — Я ослепла! Что ты сделала?!
Наталья, тяжело дыша, отскочила на безопасное расстояние, не выпуская баллончик из дрожащей руки. Женщина металась на месте, издавая хриплые всхлипы.
- Вы сами этого хотели, — проговорила Наташа, и её голос, наконец, обрёл твёрдость. — Вы напали на меня с оружием. Всё записано. И наш прошлый разговор, и то, как вы следили, и этот… — она показала на разбросанные бумаги. — И это.
Она достала из сумки диктофон, нажала кнопку воспроизведения последней записи. Из маленького динамика полился её собственный дрожащий голос: «Регина Денисовна, вы мне угрожаете?» — и резкий звук брошенной трубки, а затем уже шум парковки и последний диалог.
Регина Денисовна замерла, прикрывая воспалённые, слезящиеся глаза.
- Ты… всё записала?
- Каждый ваш звонок. Для таких случаев. — Наталья медленно, не спуская с неё глаз, достала телефон. — А теперь я звоню в полицию. И в скорую. Дышите глубже, Регина Денисовна. Вам сейчас потребуется много сил — для объяснений.
Она набрала номер, глядя на согбенную фигуру женщины, которая несколько минут назад была грозной фурией, а теперь представляла собой жалкое, беспомощное зрелище. Но чувства жалости Наталья не испытывала. Только ледяное, выстраданное спокойствие. Война, которую ей навязали, наконец, закончилась. И закончилась победой. Но цена этой победы — навсегда отравленное спокойствие и понимание, на какую глубину падения способен человек.
- Да, здравствуйте. Происшествие на подземной парковке. На меня напали с битой. Нападающая обезврежена. Требуется полиция и скорая помощь, пишите адрес.
- Ты за это ответишь, - скулила женщина. - Боря отомстит за меня.
- Регина Денисовна, Борей я займусь чуть позже, для него у меня приготовлена мучительная смерть, - усмехнулась Наташа.
- Нееееет! - закричала бывшая свекровь в бессилии, послышался вой сирены.