Короче, прихожу я в субботу на дачу. Планов громадьё — забор подкрасить, грядки прополоть, вдоль дорожки траву срезать. Иду в сарай за триммером, а его нет.
Сначала не понял. Смотрю на крючок — висит одна петля от ремня. Думаю, может сам куда положил? Обшарил весь сарай. Нет нигде.
Выхожу к дому:
— Лен, ты триммер не трогала?
Она у грядок копается, даже не оборачивается:
— А, да. Максиму отдала.
Вот просто так. Буднично. Как будто сказала «хлеб купила».
— Погоди. Как это отдала?
Теперь оборачивается, смотрит на меня как на придурка:
— Ну отдала. Он позвонил в четверг, сказал что у него косилка сломалась, а трава по пояс. Попросил на выходные. Я и отдала.
У меня внутри начало закипать. Медленно так. Сначала непонимание, потом возмущение, а потом уже злость чистой воды.
— А мне сказать не могла?
— Серёж, ну ты же на работе был. Я думала, зачем тебя отвлекать по мелочам.
Мелочи, значит.
Про триммер
Расскажу, откуда вообще ноги растут.
Я этот триммер покупал в апреле. Старый совсем умер — китайский был, за три тысячи когда-то брал. Сначала леска вылетала, потом мотор дымить начал, ну а в прошлом году вообще не завёлся. Выбросил.
Стал выбирать новый. Залип на эту тему конкретно. Форумы читал, ютуб смотрел, к соседу Витьку ходил — у него Штиль, дорогой. Взвесил в руках, попробовал как лежит. Понравилось, но дорого. Шестнадцать штук просили.
Нашёл компромисс — Хускварну за двенадцать. Не топ, но надёжная. Взял с разборной штангой, чтоб в багажник влезала, и с велосипедными ручками — удобнее держать.
Привёз, распаковал. Бензин смешал с маслом по инструкции — пятьдесят к одному. Завёл с первого раза. Звук — как надо, ровный. Прошёлся вдоль забора, вдоль дорожек. Срезает чисто, мотор не перегревается.
Короче, кайф был. Повесил в сарае, на самое видное место.
А теперь крючок пустой.
Звоню Максиму
Достаю телефон, набираю шурину. Он трубку берёт не сразу, слышу музыку на фоне, голоса.
— Серый, привет!
— Привет. Слушай, Макс, у тебя мой триммер?
— Ааа, да! Лена отдала, спасибо огромное! Такая классная штука, я уже получастка выкосил!
Слышу, какой он довольный. А у меня скулы свело.
— Максим, я бы не против помочь, но можно было мне позвонить хотя бы?
Пауза. Музыка стихла, видимо отошёл.
— Слушай, а я думал Лена с тобой согласовала. Она сказала без проблем бери.
— Она не согласовывала.
— Блин, Серёг, извини. Я правда не в курсе был. Думал, раз жена разрешила...
— Ладно, проехали. Когда вернёшь?
— Да завтра доделаю и сразу привезу. Честно.
Отключаюсь. Возвращаюсь к Лене. Она всё ещё в огороде, полет что-то.
— Лен, ты серьёзно считаешь, что это нормально — брать мои вещи и раздавать?
Она выпрямляется, вытирает лоб тыльной стороной ладони. На руках земля.
— Серёжа, ну что ты заводишься? Максим же не чужой человек. Брат мой. Он вернёт.
— Речь не о том, вернёт или нет! Речь о том, что ты даже не спросила!
— Господи, да что такого-то? Триммер! Не машину же!
Вот тут меня понесло.
Почему это бесит
— Лена, слушай сюда. Я на этот триммер месяц копил. Месяц! Отказывался от пивка с мужиками, новые кроссовки не купил, хотя старые развалились. Ездил на маршрутке вместо такси. Копил по две тысячи в месяц.
Она молчит. Смотрит.
— Я его выбирал. Сравнивал модели. Читал отзывы до трёх ночи. Ездил в три магазина, пока не нашёл нормальную цену. Привёз, сам собрал, настроил. Один раз им попользовался! Один, блин, раз!
— Серёж...
— И вот ты просто взяла и отдала. Как будто это какая-то общая швабра. А мне даже не позвонила. Я что, пустое место?
Она опускает глаза. Швыряет тяпку на землю.
— Я не подумала, ладно? Максим попросил, я автоматически согласилась. Не подумала, что для тебя это настолько важно.
— Важно! Конечно важно! Это МОЁ! Я его заработал, я купил, я за ним ухаживаю!
Ухожу обратно в сарай. Сажусь на ящик с инструментами. Смотрю на стену. Там дрель висит, лобзик, уровень, ножовка. Всё на своих местах. А триммера нет.
Сижу, остываю. Понимаю, что наорал. Но обида никуда не девается. Застряла комом где-то в груди.
Вечером
Лена приходит в сарай часа через два. Я к тому времени уже забор крашу — без триммера нечем заняться, решил хоть это доделать.
— Серёж, давай поговорим нормально.
Откладываю кисть. Она садится на табуретку рядом.
— Я правда виnovata. Должна была тебе позвонить. Или хотя бы эсэмэску кинуть.
— Угу.
— Просто я не думала, что это так важно. Для меня триммер — ну инструмент. Как дрель или молоток. Взял, сделал дело, положил обратно.
— А для меня это не просто инструмент.
— Я поняла. Извини.
Сидим молча. Слышно, как воробьи чирикают в кустах.
— Лен, ты вот представь. У тебя есть твоя кухня, да? Твои кастрюли, сковородки, миксер, блендер. Ты их выбирала, покупала, знаешь где что лежит. И тут я беру и отдаю соседке твой новый блендер. Просто так. Она попросила — я отдал.
Она морщится:
— Я бы обалдела.
— Вот именно. А ещё бы обиделась. Потому что я даже не спросил.
— Да, понимаю.
— Дело не в жадности. Дело в уважении.
Она кивает. Встаёт, обнимает меня сзади.
— Больше так не буду. Честно.
— Ладно. Проехали.
Но на самом деле не проехали. Осадок остался.
Максим возвращает триммер
В воскресенье звонок в калитку. Максим стоит, держит триммер двумя руками, как ребёнка.
— Серый, держи. Спасибо тебе огромное, реально выручил.
Беру. Сразу вижу — пыльный весь, в траве, бак пустой. Открываю крышку катушки с леской — там намотано чёрти как, узлом.
— Поработал, значит.
— Да, супер вещь! Я там всё выкосил, и за баней, и вдоль дороги. Сосед увидел, тоже попросил одолжить.
У меня внутри что-то ёкнуло.
— Погоди. Какому соседу?
— Ну Петровичу, помнишь? Он тоже траву косил хотел.
— Ты отдал мой триммер ещё кому-то?!
Максим растерялся:
— Ну... да. Ненадолго. Он за час управился.
Я закрыл глаза. Посчитал до десяти.
— Максим. Это. Не. Твоё. Как ты мог отдать чужую вещь третьему человеку?
— Я думал, не страшно же...
— Страшно! А если бы он сломал? А если бы украл? Ты бы отвечал?
— Серёг, прости. Я тупанул.
Забираю триммер. Несу в сарай. Ставлю на верстак. Осматриваю.
Царапина на корпусе. Крышка бака болтается — резьбу сорвали, видимо закручивали с силой. Леска кончилась почти вся, а новой катушки нет. Смотрю внутрь бака — там мусор плавает, видимо бензин грязный заливали.
Сижу. Смотрю на триммер. И понимаю — он уже не такой. Был новенький, аккуратный, блестящий. А теперь затёртый, с царапинами, с сорванной резьбой.
И это бесит больше всего.
Разговор с Леной. Жёсткий
Захожу в дом. Лена на кухне обедает.
— Вернул?
— Вернул. В состоянии убитом. Резьбу сорвали, леску всю смотали, царапина на корпусе.
Она хмурится:
— Серьёзно?
— Серьёзно. А ещё Максим успел его Петровичу какому-то отдать. Мой триммер по соседям пошёл гулять.
— Что?!
— Вот так. И это результат того, что ты «не подумала».
Она молчит. Потом:
— Извини.
— Лена, мне не «извини» надо. Мне надо, чтобы ты поняла. У меня не так много своего. Работа — это общее, денежки — в семейный бюджет, машина — на всех. Сарай с инструментами — это единственное место, где МОЁ. Где я хозяин. Где я решаю.
— Понимаю.
— Нет, не понимаешь! Потому что если бы понимала, не отдала бы триммер просто так!
Голос сорвался. Она вздрагивает.
— Это как если бы я раздавал твои вещи. Твою косметику, твою одежду. Взял бы твою новую помаду и отдал бы... не знаю, сестре. Мол, ей нужнее. Ты бы как отреагировала?
Лена молчит. Потом говорит тихо:
— Я бы взбесилась.
— Правильно. Потому что это ТВОЁ. А триммер — это МОЁ. И точка.
Встаю из-за стола. Ухожу обратно в сарай. Надо чинить эту резьбу.
Чиню триммер
Полдня провозился. Снял крышку бака, посмотрел резьбу — две нитки сорваны. Нашёл в гараже у соседа такую же крышку, поменял. Разобрал катушку, почистил, намотал новую леску — ровно, виток к витку. Слил остатки бензина, промыл бак, залил свежий.
Завожу. Мотор схватывает со второго раза. Работает ровно. Проверяю на холостых, потом даю газу. Вроде нормально.
Но царапина на корпусе никуда не делась. И крышка теперь другого оттенка — чуть темнее.
Сижу, смотрю на триммер. И думаю — он уже не тот. Как новая рубашка, которую один раз постирали не правильно. Вроде и носить можно, но уже не то ощущение.
Через неделю. Звонок
Максим звонит в среду вечером:
— Серый, как дела?
— Нормально.
— Слушай, не в обиде?
— Да какая обида. Всё путём.
Пауза.
— Серёг, я правда виноват. И за то что Петровичу отдал тоже. Тупанул конкретно.
— Забей.
— Не, ну ты скажи. Я компенсирую че-нить. Леску куплю, или бензин залью.
— Не надо. Сам справился.
— Серёг...
— Максим, всё нормально. Правда. Просто в следующий раз хотя бы спрашивай.
— Договорились.
Вешаю трубку. Лена смотрит на меня с дивана:
— Помирились?
— Да не ссорились мы.
— Но ты злился.
— Злился. Прошло.
Не совсем правда. Не прошло. Просто нет смысла держать.
Что изменилось
Теперь в сарае висит замок. Обычный навесной, за двести рублей. Ключ у меня.
Лена сначала удивилась:
— Это ещё зачем?
— Так. Для порядка.
Она поняла. Больше не спрашивала.
Триммер на месте. Пользуюсь им по выходным. Всё работает нормально. Царапину даже перестал замечать.
Максим больше не просит одолжить инструмент. Купил себе косилку — бензиновую, самоходную. Дороже моего триммера, но ему надо было.
А я понял простую вещь. Границы. Вот что важно. Моё — это моё. И я имею право решать, кому давать, а кому нет. Это не жадность и не жлобство. Это уважение к себе и к своему труду.
И знаете что? После той истории мы с Леной по-другому разговаривать стали. Она теперь спрашивает, если хочет что-то из моих вещей взять. А я спрашиваю, если мне её что-то нужно.
Мелочь вроде. А отношения крепче стали.
Ваша история
Напишите в комментариях — сталкивались с подобным? Когда жена или родственники брали ваши вещи без спроса? Как решали проблему? Ставили замки или просто разговаривали? Делитесь опытом, почитаем.
Имена и детали изменены, но история реальная. Таких на дачах сотни.