Куда уходят наши взносы? Честный рассказ о том, как я пытался добиться ремонта дорог, а стал «врагом номер один».
Вчера снова застрял. Заехал на дачу вечером после работы, а утром не смог выехать — колесо провалилось в яму прямо у поворота. Та самая яма, которую обещали засыпать ещё весной. Сейчас середина осени.
Потратил час, чтобы вытащить машину. Домкратом приподнимал, подкладывал доски. Руки в грязи, джинсы испорчены. Приехал на работу к обеду. Начальник недоволен, но что я могу сказать? Что у нас в СНТ дорога хуже, чем в деревне?
Жена вечером показывает квитанцию — пришли взносы. Тридцать тысяч рублей. Каждый год одно и то же. Плати и молчи. А за что платим? Дорога разбита. Фонари третий месяц не горят. Мусорку обещали вывозить еженедельно — приезжают раз в месяц, если повезёт.
Валерий Петрович, наш председатель, раньше всегда здоровался. Даже болтали иногда — про огурцы, про погоду, про цены на рассаду. Теперь, если видит меня издалека, разворачивается и идёт в другую сторону. А я не останавливаю. Прохожу мимо, будто не замечаю.
Началось всё в апреле.
Весенняя грязь
Снег растаял рано, в конце марта. К апрелю дорога превратилась в месиво. Не просто грязь — глубокая колея, вода стоит. Мой сосед Михалыч на четвёртой линии застрял так, что пришлось трактор вызывать из соседней деревни. Две с половиной тысячи отдал за вызов. Потом неделю ходил злой, про председателя такое говорил, что я пересказывать не буду.
Я думал: ладно, сейчас подсохнет, подсыплют щебня, как всегда. Но прошло две недели, потом три. Ничего. Дорога стала только хуже — дожди шли, вода всё размывала, появились новые ямы.
Участков у нас сто двенадцать. Взносы по тридцать тысяч с каждого. Я не экономист, но посчитать могу — это три миллиона триста шестьдесят тысяч в год. Деньги немалые. Куда они идут?
Решил спросить у председателя напрямую.
Разговор с Валерием Петровичем
Пришёл к нему в субботу, часов в одиннадцать. Валерий Петрович живёт на второй линии, участок у него большой, угловой. Везде порядок — дорожки плиткой выложены, теплица стеклянная, беседка под навесом. В прошлом году забор менял на металлический, добротный такой. Я примерно прикинул — тысяч триста стоит, не меньше.
Застал его во дворе. Он картошку окучивал.
— Здравствуйте, Валерий Петрович.
— О, Артём! — он выпрямился, вытер лоб рукавом. — Что случилось?
— Да вот хотел спросить про дорогу. Когда будете делать?
Лицо у него сразу изменилось. Не то чтобы нахмурился, но что-то промелькнуло.
— Дорога... Да, знаю. Вопрос сложный. Денег не хватает.
Я стоял и смотрел на его новый забор. Потом на теплицу. Потом снова на него.
— А куда деньги уходят? Мы же платим. Каждый год.
Он воткнул тяпку в землю.
— Артём, ты думаешь, это просто? Электричество одно сколько стоит. Воду оплачиваем. Сторожу Николаичу зарплату. Мусор вывозим. Техника требует обслуживания.
— Понятно. А можно посмотреть отчёт? Где всё расписано?
Пауза. Он на меня посмотрел внимательно.
— Не доверяешь?
— Просто хочу понять, куда идут мои деньги.
— Твои деньги, — он усмехнулся, — это общие деньги. И я отчитываюсь на собраниях. Приходишь?
— Приходил. Но там цифры общие. Хочется деталей.
— Детали на общем собрании в мае. Придёшь — всё услышишь. Вопросы будут — задавай там.
Он взял тяпку и вернулся к грядкам. Разговор окончен.
Я ушёл, но осадок остался. Почему он так защищается? Будто я в чём-то обвиняю. Хотя я просто спросил.
Майское собрание
Собрание назначили на субботу, двадцатого мая, на три часа дня. Проходило в клубе у входа в СНТ — старое деревянное здание, лет пятьдесят ему точно. Внутри скамейки, доска на стене, стол для президиума.
Я пришёл за двадцать минут. Народу собралось человек сорок пять, может, пятьдесят. Из ста двенадцати участков. Остальные либо не приехали, либо не интересуются.
Валерий Петрович стоял у доски, раскладывал бумаги. Рядом казначей Людмила Сергеевна и секретарь, фамилию не помню.
В три часов начали. Сначала зачитали протокол прошлого собрания. Потом Валерий Петрович встал.
— Коллеги, отчитываюсь за прошлый год. Собрали взносов три миллиона триста шестьдесят тысяч рублей. Недоимка составила сто восемьдесят тысяч — это те, кто не заплатил. С ними работаем отдельно.
Он зачитывал расходы. Электроэнергия — семьсот двадцать тысяч. Водоснабжение — четыреста пятьдесят. Зарплата сторожа — двести сорок. Обслуживание территории — триста. Ремонтные работы — шестьсот восемьдесят. Прочие расходы — четыреста семьдесят.
Я записывал цифры в блокнот. Потом поднял руку.
— Вопрос можно?
— Да, Артём, — Валерий Петрович посмотрел на меня не очень дружелюбно.
— Вы говорите, за электричество заплатили семьсот двадцать тысяч. Я звонил в энергосбыт на прошлой неделе, они подтвердили, что наше СНТ за прошлый год заплатило четыреста двенадцать тысяч. Откуда разница больше трёхсот тысяч?
Зашумели. Люди заворочались на скамейках, переглянулись.
Валерий Петрович прикрыл глаза, вздохнул.
— Артём, ты что, проверку устроил?
— Я просто позвонил уточнить.
— Там не только оплата счётов. Комиссия банка за перевод. Плюс мы вносим аванс за будущий год, чтобы скидку получить. Это стандартная практика.
Звучало странно. Триста тысяч аванс и комиссия? Но я решил не спорить при всех.
— А дорогу когда ремонтировать будете? — спросила Тамара Ивановна с пятой линии. Пожилая женщина, всегда на собрания приходит.
— В планах на этот год. Ищем подрядчика.
— Каждый год в планах, — буркнул Михалыч сзади. — А воз и ныне там.
— Михалыч, если ты знаешь хороших подрядчиков, которые за разумные деньги работают, давай контакты, — Валерий Петрович говорил спокойно, но я слышал раздражение.
— Я в прошлом году машину вытаскивал, две с половиной тысячи отдал. Мне хоть это компенсируете?
— Михалыч, это не наша ответственность. Дороги общие, каждый сам за свою машину отвечает.
Начали спорить. Кто-то поддерживал Михалыча, кто-то говорил, что председатель прав. Валерий Петрович успокаивал, просил не отвлекаться от повестки.
Через полчаса спор затих. Проголосовали за принятие отчёта. Тридцать четыре человека за, десять против. Я был среди тех десяти.
В правлении
После собрания я подошёл к Валерию Петровичу.
— Можно посмотреть документы? Счета, акты?
Он посмотрел на меня долго.
— Приходи в правление завтра. Покажу.
На следующий день приехал к трём часам. Правление в маленьком домике рядом с воротами, раньше там сторож жил. Одна комната, стол, два стула, шкаф с папками, старый компьютер.
Валерий Петрович уже был там. Встретил без улыбки.
— Садись.
Достал толстую синюю папку. Положил передо мной.
Я открыл. Квитанции, счета-фактуры, акты выполненных работ. Всё с печатями и подписями.
Стал читать. Электроэнергия — договор с энергосбытом. Но в счёте не четыреста двенадцать, а семьсот двадцать. Приложен какой-то дополнительный документ — соглашение об авансовом платеже. Непонятно.
Дальше — ремонт забора у входа. Сто восемьдесят тысяч. Подрядчик ООО "СтройМонтаж". Акт подписан, печать стоит.
— Какой забор ремонтировали?
— У входа. Столбы укрепляли, покрасили.
Я вспомнил забор. Он выглядел так же, как год назад. Столбы те же самые, краска облупленная.
— У меня фотографии на телефоне, — сказал я. — Забор не менялся.
Валерий Петрович пожал плечами.
— Внутренние работы были. Основание укрепляли. Это не видно снаружи.
Я листал дальше. Обслуживание территории — триста тысяч. ООО "СтройМонтаж". Покос травы, вывоз мусора, уборка.
— А это разве не Николаич делает? Сторож?
— Николаич не всё может. Техника нужна — газонокосилка, триммер. Мусор самосвалом вывозят.
Я считал. "СтройМонтаж" везде. Ремонт водопровода — "СтройМонтаж". Обслуживание электросетей — "СтройМонтаж". Уборка снега — "СтройМонтаж".
— Почему одна компания всё делает?
— Проверенные. Работают нормально.
— Можно контакты? Хочу узнать расценки. Может, у себя на участке закажу что-нибудь.
Он закрыл папку. Убрал в ящик стола.
— Артём, давай прямо. Ты копаешь под меня?
— Я не копаю. Хочу понять, куда уходят деньги.
— Понять, — он усмехнулся. — Деньги уходят на содержание СНТ. Всё по документам. Проверки налоговой проходили — претензий не было.
— Я могу написать официальное обращение в правление?
— Можешь. Рассмотрим на следующем собрании.
Я встал, направился к двери. На пороге обернулся.
— Валерий Петрович, вы понимаете, что люди недовольны?
— Люди всегда недовольны, — он смотрел в окно. — Ты хочешь быть председателем? Давай, выдвигайся. Попробуй год поработать. Увидишь, как это просто.
Я ушёл. И понял: договориться не получится.
Обращение в налоговую
Написал заявление. Подробно описал несоответствия в цифрах, попросил проверить расходование средств. Собрал подписи ещё у восьми дачников — те, кто тоже задавали вопросы на собрании.
Отправили обращение в налоговую через их сайт. Через неделю пришло уведомление: обращение принято, рассмотрят в течение тридцати дней.
Валерий Петрович узнал быстро. Видимо, ему позвонили из налоговой. Встретил меня на дороге через два дня.
— Ну что, Артём, решил меня топить?
— Я просто хочу проверки.
— Проверка будет. И ничего не найдут. Потому что всё чисто.
— Увидим.
— Увидим, — он развернулся и пошёл. Я смотрел ему в спину и думал: почему он так уверен?
Через два месяца приехали инспекторы. Двое — мужчина средних лет в очках и молодая женщина с папкой. Провели в правлении три дня. Валерий Петрович был напряжённый, я видел, как он курил возле ворот — а он бросил курить года два назад.
Результаты пришли через неделю. Позвонила инспектор.
— Артём Валерьевич? По вашему обращению. Проверку провели. Нарушений в оформлении документов не выявлено.
Я сидел на кухне и не мог поверить.
— То есть как?
— Все документы соответствуют требованиям. Счета оплачены, акты подписаны. Подрядчик ООО "СтройМонтаж" существует, зарегистрирован, отчётность сдаёт.
— Но работы же не было! Я не видел никаких работ!
— Если вы считаете, что работы фактически не выполнялись, это повод для обращения в суд. Налоговая проверяет документы, а не качество работ.
Трубку положил. Сел, смотрел в окно. Значит, всё законно? Документы в порядке, а дорога разбита. И ничего не докажешь.
Осень
После проверки всё изменилось окончательно. Валерий Петрович перестал здороваться совсем. Видит меня — отворачивается, будто не заметил. Я тоже не подхожу.
Но хуже другое. Соседи начали относиться ко мне иначе. Одни сочувствовали, говорили, что я прав. Другие считали, что я зря поднял шум.
— Артём, ну зачем ты полез? — сказала мне тётя Валя с третьей линии. — Председатель обиделся теперь. Будут проблемы.
И проблемы начались. Когда мне понадобилось провести дополнительный кабель к участку, Валерий Петрович тянул с разрешением месяц. Когда попросил помочь с вывозом строительного мусора, отказал:
— У нас техника занята. Сам организуй.
На очередном собрании в сентябре объявили новые взносы — тридцать пять тысяч. На пять больше.
— Инфляция, — сказал Валерий Петрович. — Цены растут. Энергосбыт тариф поднял. Мусоровывозящая компания тоже.
Проголосовали большинством. Я был против, но это уже никого не волновало.
Дорога так и не отремонтирована. Ямы стали глубже. Михалыч поставил знак самодельный: "Осторожно! Яма!" А толку?
Сейчас
Сижу на веранде. Ноябрь, холодно, но печку натопил, чай горячий. Смотрю на дорогу через окно.
Валерий Петрович идёт мимо с пакетами. Возвращается из магазина. Видит мой дом — ускоряет шаг, отворачивается. Я его тоже не окликаю.
Думаю иногда: может, зря я всё это затеял? Жил бы спокойно, платил взносы, не лез. Теперь испортил отношения, стал изгоем.
Но потом вспоминаю ту яму, в которую провалился. Триста тысяч на электричество, которых нет. "СтройМонтаж", который ничего не ремонтирует. И понимаю: я пытался добиться правды. Не получилось — но пытался.
Может, это что-то значит. А может, и нет.
Знаю одно: дорога разбита, деньги куда-то уходят, а я больше не здороваюсь с председателем.
И вряд ли что-то изменится.
Недавно узнал: Валерий Петрович купил новую машину. Видел у него во дворе — Тойота Камри, свеженькая. Откуда деньги у пенсионера, который председательствует в СНТ бесплатно?
Но спросить не могу. Мы же не разговариваем.
А на следующий год взносы поднимут до сорока тысяч. Уже слухи ходят. Инфляция опять.
Дорога останется разбитой. Это я точно знаю.
Для подписчиков
Сталкивались ли вы с подобными историями в своём СНТ, ТСЖ или дачном кооперативе? Удавалось ли добиться прозрачности в расходах? Напишите в комментариях — интересно узнать ваш опыт. Может, у кого-то получилось изменить ситуацию.
Примечание: Все события и персонажи вымышлены. Совпадения случайны.