В 19 лет я попал в Чечню, был санинстуктором танкового батальона. Позывной дали короткий — «Медицина». Теоретически, у меня были привилегии: не копать окопы, не стоять на блокпостах. Но у войны свои правила.
4 Февраля 1995 года. Гикаловский перекресток. Флэшбэки того утра до сих пор пронзают сознание. В тумане горели наши танки, а с неба летели... катки. Чудовищный взрыв сорвал башню с Т-72Б, и она взлетела выше деревьев, медленно вращаясь, как в замедленной съемке.
Я помню, как полз по грязи к подбитой машине. Помню молодого танкиста, который смотрел сквозь меня после контузии. Но самое страшное было потом, когда всё стихло. Мне сказали: «Там ваши танкисты лежат. Забирай».
Я подошел к телам в черных комбинезонах. Сначала подумал — не наши. Но потом... Взгляд зацепился за знакомый силуэт. Коля. Наш батальонный гитарист, которого все звали «Зверь». Еще вчера он учил меня аккордам и выпрашивал мой кожаный ремень. «Представь, — шутил он, — меня убьют, а ты будешь стоять над моим трупом и жалеть, что ремень зажал».
Он лежал на спине, глядя в серое чеченское небо. Живой я стоял над ним, мертвым. И ремень на мне был тот самый — кожаный.
Я вел дневник в обычном блокноте, зачеркивая прожитые дни крестиками. Писал о том, как мы ели гречку из цинков, как пили «коньячный спирт» и как в палатке сутками играла кассета Татьяны Булановой. Спустя 30 лет я решился издать эти записи. Без пафоса, без прикрас, просто — как это видел 19-летний пацан с медицинской сумкой через плечо.
Книгу назвал «Взгляни моими глазами». Если вам интересна судьба нашего батальона и то, какой была та война изнутри — буду рад вашим отзывам. Найти можно на Литрес (Ссылка)