Зачем «Марти Великолепный» так изматывает зрителя
В российский прокат вышел первый фильм американского режиссера Джоша Сэфди, снятый отдельно от брата Бенни. Дуэт славился крепко сбитыми криминальными триллерами — «Хорошее время» (2017), «Неограненные алмазы» (2019). Разойдясь в январе 2024-го в творческих поисках, в 2025 году братья явили миру спортивные драмы — младший, Бенни, снял «Крушителя» с Дуэйном Джонсоном в роли бойца ММА Марка Керра, а старшего, Джоша, унесло в мир настольного тенниса, куда он пригласил и Тимоти Шаламе. И это оказалось лучшим ходом.
Текст: Мария Магуайр
Представьте: за окном валит снег — значит, придется чистить машину. Вы, проспав, мечетесь по дому — опаздываете на работу. Обжигаетесь кофе — черт, горячо! Далее, с разницей в секунды: в ванной с грохотом отваливается плитка — похоже на прорвавшуюся трубу — кошмар! В образовавшемся провале видны золотые слитки — учитывая сегодняшнюю конъюнктуру — счастье! Мобильный телефон разрывается от сообщений — ребенок отчитывается из школы, что успешно справился с контрольной, — радость! Если бы не любимый кот, который в этот момент сжирает зазевавшегося попугая, — катастрофа!
Приблизительно так могла бы выглядеть череда событий в жизни среднестатистического человека, чтобы тот хотя бы на пять минут оказался на эмоциональном аттракционе Марти Маузера, героя Тимоти Шаламе из «Марти Великолепного». Фильм, как и сам Маузер, напряжен, дерзок и постоянно рвется вперед. Непредсказуемые повороты сюжета и бешеный темп держат зрителя на американских горках — невозможно предугадать, куда движется замысел авторов, как невозможно перевести дух или отползти от бешено несущегося локомотива повествования.
«Марти Великолепный» — изначально птица высокого полета. Самый дорогой проект студии А24 — с бюджетом $70 млн,— сдобренный звездным актерским составом и усиленный невероятным музыкальным сопровождением. Звуковая дорожка — дело рук Даниэля Лопатина, «придворного» композитора братьев Сэфди; к ней добавлены хиты 1980-х вроде «Everybody Wants To Rule The World» Tears For Fears или «I Have The Touch» Питера Гейбриела, бывшего фронтмена Genesis. Музыка определенно добавляет напряжения в и без того хаотичный мир Марти Маузера и помогает Тимоти Шаламе передать зашкаливающую самоуверенность его героя.
Амбициозность Марти, помноженная на актерские таланты Шаламе, наконец принесла ему первый долгожданный «Золотой глобус». «Уходить с прошлых церемоний с пустыми руками было тяжело, но отец привил мне привычку быть благодарным за то, что есть. Это помогало идти к выходу с гордо поднятой головой»,— откровенничает Шаламе, принимая заветную статуэтку.
Марти Маузера, девять месяцев из жизни которого с трудом умещаются в два с половиной часа «Марти Великолепного», благодарности никто не учил, и он состоит с ней совсем в других отношениях. Порою кажется, что ему чуждо все человеческое — так, в принципе, и есть, если «человеческое» мешает настольному теннису. В результате Марти часто предстает отвратительным мерзавцем, шутящим не подобающие историческому контексту дерзости про Гитлера, Японию и атомную бомбу и с готовностью идущим по сердцам и головам возникающих в его жизни женщин и мужчин. Сэфди это с готовностью подчеркивает на сценарном уровне: каждый персонаж важен настолько, насколько помогает или мешает Маузеру в его стремлении к величию, и как только ни Марти, ни история в них больше не нуждаются, фильм переключается на что-то новое и вновь движется вперед.
Журить Маузера за прегрешения язык не поворачивается — Марти Рейсман, его прообраз и чемпион по настольному теннису, оставил после себя весьма неоднозначный шлейф удивительных историй о красивой жизни и готовности лгать, играть в азартные игры, мошенничать, проворачивать аферы, соблазнять и манипулировать.
Впрочем, Сэфди не слишком четко следует биографии главного вдохновителя — например, Рейсман на закате спортивной карьеры поступил на должность продавца в обувной магазин, пытаясь хоть как-то свести концы с концами, и позже признавался, что был «самым неприспособленным к подобному труду человеком». Действительно, в девять утра, когда лавка открывалась для покупателей, он обычно только отходил ко сну после ночи кутежа. Герой Шаламе, напротив, талантливый продавец и как раз начинает путь из лавки, где среди обувных коробок встречает зрителей и подружку. Зрители примерно понимают, во что ввязываются на ближайшие два с половиной часа, а подружка беременеет. Это обстоятельство диктует действу временной промежуток — со скоростью подач в пинг-понге нам покажут события девяти месяцев и гарантируют микроинфаркты от резкости поворотов судьбы прохвоста от настольного тенниса.
Пожертвовав элементами биографии Рейсмана ради складности сценария, режиссер заботливо сохраняет опорные исторические моменты и фиксирует начало азиатской эры в настольном теннисе и революцию в снаряжении, кардинально изменившую суть этой спортивной дисциплины. После Второй мировой войны весь мир играл жесткими ракетками — японцы же, которых в конце 1940-х годов прошлого века наконец начали допускать до международных соревнований, додумались поместить на ракетку прослойку поролона и закрыть его резиновым слоем. Рейсман ворчал, что «этим поролоном спорт унизили до уровня игры», и был прав: характер матчей и правда изменился, и звук отскакивающего от ракетки мяча перестал сообщать оппоненту какую-либо значимую информацию. «Диалог игроков прекратился,— утверждал амбициозный Марти,— но настоящее соперничество только началось».
Современники спортивной карьеры Рейсмана утверждают, что у Марти никогда не было шансов на чемпионские титулы — слишком разгульную жизнь он вел и слишком бессистемно относился к тренировкам. Но, будь Рейсман идеальным спортсменом, у Джоша Сэфди и Тимоти Шаламе не случилось бы блестящего кино. Тем временем неидеальный Рейсман, безусловно, расстроился от резкого поворота фортуны, но не был сломлен. Всю жизнь проявлял чудеса изобретательности, упорно шел к осуществлению американской мечты и оставался ярким представителем поколения «решительных людей с широко раскрытыми глазами, живущих в постоянном цейтноте, вне времени», как сформулировал этого героя Джош Сэфди.
Помимо размышлений о нужности неукоснительного стремления к цели и исполнения всенародной мечты об успехе, у Сэфди вольно или невольно получилось еще одно высказывание — о спорте в целом и настольном теннисе в частности. Американские болельщики до сих пор вспоминают эпическую встречу Марти Рейсмана с японцем Хироси Сато в 1952 году. История по мотивам матча занимает центральное место в фильме, с особым акцентом на ту самую злосчастную для американских игроков ракетку. Японцы называли ее атомной и легко уничтожали ею всех претендентов на чемпионство, постепенно выходя всей страной из изоляции после Второй мировой войны.
За честно задокументированное Джошем Сэфди стремление любым способом изменить судьбу — будь ты субтильный еврейский юноша из бедных нью-йоркских кварталов, спортсмен или целая страна — стоит поаплодировать герою Тимоти Шаламе и «Марти Великолепному». Ведь все, что к чему он — да и мы все — стремимся,— быть счастливыми, великими и великолепными.
В Telegram каждый день Weekend. А у вас еще нет? Присоединяйтесь!