Мы с мужем — типичные цифровые кочевники. Последние два года мотаемся по Азии: Вьетнам, Таиланд, Бали. Привыкли к +30°C, кондиционерам и вечному лету. Поэтому когда наши старые друзья из Лондона пригласили погостить у них дома, мы обрадовались: наконец-то увидим настоящую Европу, уютные английские дома, камины, чаепития!
Спойлер: мы не были готовы.
День первый
Октябрь. Лондон встречает нас дождем и +10°C. Ничего страшного, думаю я, сейчас зайдем в теплый дом, согреемся.
Наша подруга открывает дверь, обнимает нас, и мы заходим внутрь. Первое ощущение — будто зашли не в дом, а в подвал. Холодно. Реально холодно.
— Проходите, чувствуйте себя как дома! — улыбается хозяйка, и я замечаю, что на ней толстый шерстяной свитер и... две пары носков?
Мы поднимаемся в гостиную. Муж ставит чемодан и сразу обнимает себя руками.
— Эм, а отопление работает? — осторожно спрашивает он.
— Конечно! — удивляется хозяин дома. — А что?
— Просто... немного прохладно, — дипломатично говорю я, хотя термометр на стене показывает +15°C.
ПЯТНАДЦАТЬ ГРАДУСОВ. В ДОМЕ.
— О, да это же комфортная температура! — подруга протягивает мне плед. — Вот, если хочешь, укройся. Мы обычно так и делаем.
Я смотрю на плед, потом на мужа. Он смотрит на меня. Мы молчим. Во Вьетнаме при +25°C мы включали кондиционер, потому что жарко. А здесь люди живут при +15°C и считают это нормой.
— Знаете, отопление в Англии очень дорогое, — объясняет наш друг, наливая чай. — Счета могут доходить до 200-300 фунтов в месяц зимой. Поэтому мы греем дом только когда действительно холодно.
— А сейчас не холодно? — не выдерживает муж.
— Не-а! Сейчас осень. Вот в январе холодно. Тогда включаем отопление до +17°C, — серьезно говорит наша подруга.
+17°C — это их максимум для зимы.
Я сижу, кутаюсь в плед, пью горячий чай и понимаю: следующие три дня будут испытанием.
Ночь первая
— Вот ваша комната! — подруга открывает дверь в гостевую спальню.
Красиво: викторианская кровать, старинный комод, окно с видом на дождливую улицу. Романтично. Если бы не одно «но» — здесь еще холоднее, чем внизу.
— Батареи в спальнях мы не включаем, — поясняет она. — Зачем? Вы же спите под одеялом.
Логика есть. Но только для тех, кто привык.
Ночью я просыпаюсь от того, что нос замерз. Реально. Нос холодный, уши холодные, даже под двумя одеялами я чувствую, что температура в комнате градусов десять, не больше.
— Ты жив? — шепчу я мужу.
— Едва, — доносится из-под одеяла. — Я в носках, штанах, свитере и под тремя одеялами. И все равно холодно.
— Может, попросим обогреватель?
— И показать, что мы слабаки? Не-а. Терпим.
Мужская гордость сильнее холода. Видимо.
Утром спускаемся на кухню. Подруга готовит завтрак в флисовой кофте и жилетке.
— Как спалось? — спрашивает она.
— Отлично! — врем мы хором.
— Чудесно! Кстати, в спальне у вас есть еще один плед в шкафу, если что.
Плед. Решение всех проблем по-английски.
День второй
После завтрака наш друг собирается на пробежку. Он выходит из дома в кроссовках, бегает, возвращается... и заходит в дом В ТЕХ ЖЕ КРОССОВКАХ.
Я застываю с чашкой чая в руках.
Он прошел по коридору. Поднялся по лестнице с ковровым покрытием. Зашел в гостиную.
— Ты... не разуваешься? — осторожно спрашиваю я.
— А? — Он смотрит на свои кроссовки. — Зачем? Я же просто пробежался. На улице не так грязно.
НЕ ТАК ГРЯЗНО?! Он бегал по лондонским улицам! Там миллионы людей ходят, машины, голуби, собаки!
Муж тоже в шоке. Во Вьетнаме мы всегда оставляли обувь у порога. Это вообще азиатское правило номер один. В России тоже самое. А здесь...
— У нас не принято снимать обувь дома, — объясняет подруга. — Только если совсем грязно, типа после похода по грязи. А так — зачем? Неудобно же постоянно разуваться-обуваться.
— Но бактерии с улицы...
— О, у нас довольно чисто! Не то что в других странах, — улыбается наш друг и идет... на кухню. В кроссовках.
Я смотрю на мужа. Муж смотрит на меня. Мы думаем о белых коврах в гостиной, по которым только что прошел человек в уличной обуви.
— Это культурный шок, — тихо говорит он.
— Да уж.
Плесень — это нормально
Вечером иду в ванную умываться и замечаю в углу под потолком черные пятна.
Плесень.
Не маленькое пятнышко. А прям такая колония.
— У вас тут... — показываю я на угол подруге.
— А, да, плесень, — спокойно кивает она. — Мы собираемся что-то с этим делать. Но это нормально для Англии, знаешь ли. Влажность высокая, дома старые. У всех так.
У ВСЕХ ТАК?!
— Но это же вредно для здоровья!
— Ну, мы стараемся проветривать. Открываем окна, когда тепло.
Окна они открывают, когда тепло. То есть никогда.
Муж потом мне рассказал, что в их спальне в углу тоже плесень. И в туалете. И в подвале. Просто везде понемногу.
— Это от сырости и отсутствия нормального отопления, — шепчет он мне на ухо. — Дом не прогревается, влажность не уходит, вот и плесень.
— А они живут так постоянно?
— Похоже на то.
Ванная комната: где логика?
Захожу принять душ. На полу — огромный мохнатый ковер. Прямо перед душевой кабиной.
Ковер. В ванной.
Я осторожно наступаю на него. Он влажный. Не мокрый, но влажный. И понятно почему — после каждого душа он намокает, а высохнуть не успевает, потому что здесь холодно и сыро.
— А ковер в ванной... он не портится от воды? — спрашиваю я подругу.
— О, это такой специальный, для ванной! — радуется она. — Очень уютный, правда? Босиком приятно наступать.
Приятно наступать на влажный ковер, который, вероятно, является домом для всех возможных бактерий.
Окей.
Иду мыть руки. Смотрю на раковину и понимаю, что это новое испытание.
Два крана. Два отдельных крана. Один горячий, один холодный.
Включаю горячий — кипяток. Реально обжигает.
Включаю холодный — ледяная вода.
— Как здесь мыть руки?! — кричу я.
— Затыкаешь пробку и смешиваешь воду в раковине! — отвечает подруга из-за двери.
То есть я должна набрать полную раковину воды, смешать ее до комфортной температуры, а потом мыть руки в этой стоячей воде?
— Но тогда я буду мыть руки в грязной воде!
— Ну... технически да. Но так всегда делали!
Традиции. Священные английские традиции мучений.
Я выбираю другой метод: быстро двигаю руками между двумя кранами, попеременно обжигаясь и замерзая. Экстремальное мытье рук.
Муж потом признался, что просто перестал мыть руки в этой ванной и ходил на кухню, там хотя бы смеситель современный.
День третий
Утром помогаю подруге готовить завтрак. Она достает сковородки, тарелки. Я замечаю на тарелке какие-то белесые разводы.
— Это что?
— А, это от моющего средства. Не страшно, — улыбается она.
Не страшно?
После завтрака она моет посуду. Я наблюдаю за процессом, не веря своим глазам.
Подруга затыкает раковину пробкой. Наливает горячую воду. Добавляет средство для мытья посуды — много средства. Погружает туда всю грязную посуду. Моет губкой. Достает. Ставит в сушилку.
ВСЁ.
— Ты не будешь ополаскивать? — не выдерживаю я.
— Зачем? — искренне удивляется она.
— Но там же осталась пена! И химия!
— О, это безопасное средство. Оно высохнет, не переживай.
Я смотрю на тарелки, с которых буквально стекает пена с остатками еды.
— Но... это же негигиенично!
— Знаешь, в Англии так делают все, — говорит подруга. — Ополаскивание — это лишний расход воды. Вода дорогая.
Вода дорогая. Отопление дорогое. Зато химию на тарелках оставить — это нормально.
Муж, который все это слышал из гостиной, потом сказал мне:
— Я больше не буду есть из их посуды.
— Я тоже.
Мы стали есть только из одноразовой посуды, которую купили в супермаркете по дороге.
Английский завтрак: как не умереть от переедания
На третье утро наш друг решил порадовать нас традиционным английским завтраком.
Он достал огромную сковороду и начал жарить:
• Яичницу из трех яиц
• Бекон (пять полосок)
• Сосиски (три штуки)
• Кровяную колбасу
• Фасоль в томатном соусе из банки
• Жареные помидоры
• Грибы
• Тосты
Всё это. На одну тарелку. Для одного человека. На завтрак.
— Это же... это же на целый день! — говорю я.
— Что ты! Это стандартный завтрак! — радостно отвечает он, накладывая себе гору еды.
Я попробовала. Вкусно, не спорю. Но после трех ложек я уже наелась. Муж мужественно съел половину своей порции и сдался.
— Как ты это ешь? — спрашивает он у друга.
— Привычка! — друг уничтожает свою тарелку за десять минут и идет на работу.
Я не могла двигаться до обеда. Муж лежал на диване под пледом (потому что холодно) и стонал.
— Во Вьетнаме мы ели фрукты и рис на завтрак, — грустно говорит он. — Как я по ним скучаю.
Газоны, на которые нельзя наступать
Днем подруга повела нас в парк. Погода выдалась относительно хорошей — дождь прекратился, выглянуло солнце. Я увидела прекрасный зеленый газон и хотела присесть на траву.
— Стой! — подруга схватила меня за руку. — Что ты делаешь?!
— Хочу присесть...
— На газон?! Ты с ума сошла?!
— Но... это же просто трава?
— Это ГАЗОН! — она произносит это слово с таким ужасом, будто я собралась сесть на могилу королевы. — По газонам нельзя ходить!
— Но зачем он тогда нужен?
— Для красоты! Чтобы смотреть!
Английская логика: выращивать идеальный газон, ухаживать за ним, косить, поливать... чтобы на него смотреть. Но не дай бог к нему прикоснуться.
Зато в метро люди могут делать всё что угодно. В вагоне, где мы ехали обратно, компания молодых людей громко разговаривала, смеялась, кто-то даже включил музыку на телефоне без наушников.
В России или Вьетнаме на них бы все шипели и косились. Здесь никто даже бровью не повел.
— Это нормально? — шепчу я подруге.
— Что именно?
— Музыка в метро без наушников?
— О, да. Свобода самовыражения, знаешь ли.
Свобода самовыражения, но газон трогать нельзя.
День четвертый (которого не было): побег
На четвертое утро мы с мужем проснулись и поняли: мы не выживем здесь еще один день.
Холод. Плесень. Грязная посуда. Уличная обувь в доме. Влажный ковер в ванной.
— Нам пора, — сказал муж.
— Срочно, — согласилась я.
Мы сказали друзьям, что нас внезапно вызывают по работе (спасибо, удаленка, за универсальную отмазку), собрали вещи и уехали в отель.
В отеле было +22°C. Работающие смесители. Чистая посуда. Запрет на обувь в номере.
— Рай, — выдохнул муж, падая на кровать.
— Настоящий рай, — согласилась я.
Что я поняла про Англию
Англичане не плохие люди. Они просто живут по своим правилам, которые кажутся нам, привыкшим к азиатскому комфорту и российским стандартам, абсолютно безумными.
Для них +15°C дома — это норма. Для нас — издевательство.
Для них обувь в доме — удобство. Для нас — кошмар.
Для них немытая посуда — экономия воды. Для нас — антисанитария.
И знаете что? Они точно так же не понимают нас.
Наш друг не понимает, зачем снимать обувь, если «на улице не грязно».
Подруга не понимает, зачем тратить деньги на отопление, если «можно надеть свитер».
Они не понимают, зачем ополаскивать посуду, если «средство безопасное».
Это просто разные культуры. Разные приоритеты. Разные представления о комфорте.
Но одно я знаю точно: жить в Англии я не смогу. Даже если мне предложат бесплатный дом в центре Лондона.
Потому что я люблю тепло. Потому что я привыкла снимать обувь у порога. Потому что я хочу есть с чистой посуды.
И да, потому что я не хочу замерзнуть в собственной спальне при +10°C под тремя одеялами.
Sorry, England. Ты красивая, историческая, с прекрасными традициями.
Но холодная.
Очень холодная.
Сейчас мы снова во Вьетнаме. +30°C, кондиционер, теплый душ, чистая посуда.
Муж лежит под вентилятором и говорит:
— Знаешь, я даже по английскому холоду немного скучаю.
— Врешь.
— Вру, — соглашается он.
И мы оба смеемся.
Потому что путешествия — это прекрасно. Но возвращаться в комфорт — еще прекраснее.
А вы сталкивались с культурным шоком в других странах? Делитесь в комментариях!