Когда тебе говорят «рак», всё внутри сжимается в один вопрос: «Вылечусь ли?». Этот вопрос становится главным. Он как огромный тяжёлый камень, который ты носишь в груди вместо сердца. Ты ищешь ответ везде: в словах врачей (они осторожные), в статистике (она сухая), в историях других людей (они такие разные).
Сначала кажется, что излечение — это финишная черта. Точка, в которую нужно ворваться, сбив все флажки. Пройти все процедуры, вытерпеть всё, и тогда — бац! — ты «чист». Здоров. Как раньше.
Но путь к этой черте оказался не прямой дорогой. Он больше похож на горную тропу: подъёмы, спуски, туманы и иногда — неожиданные виды. Химия и облучение — это не просто «лекарства». Это испытание. Тело слабеет, меняется, болит. Иногда кажется, что «лечение» хуже, чем сама болезнь. И в эти моменты мысль о финише — единственное, что держит.
А потом (часто уже после всех основных процедур) приходит странное понимание.
Излечение — это не точка.
Это путь, который теперь всегда со мной.
Это не значит, что я всю жизнь буду болеть. Нет. Это значит, что осознание хрупкости и ценности жизни вошло в меня так глубоко, что уже никуда не денется.
Излечение — это когда ты просыпаешься утром и первая мысль не о рецидиве, а о том, что за окном поёт птица.
Это когда ты планируешь дела на месяц вперёд и ловишь себя на том, что не оглядываешься на больничный календарь.
Это когда больное место перестало болеть, но ты помнишь эту боль как сурового учителя, который научил тебя дышать полной грудью.
Иногда страх возвращается. Перед контрольным обследованием сердце колотится. Но теперь я знаю этот страх. Я сажаю его рядом, как назойливого, но знакомого гостя, и говорю: «Посиди, помолчи. Я здесь главная». И продолжаю жить.
Излечение — это не когда в карте пишут «ремиссия». Это когда ты возвращаешь себе свою жизнь, но видишь её уже другими глазами. Более яркими. Более внимательными. Более благодарными.
Тело может носить следы битвы — шрамы, усталость. Но внутри поселился мир. Тот самый, который я нашла под слоем страха. И этот мир прочнее любой болезни.
Так что да, я лечусь. Каждый день. Не только таблетками или процедурами. А тем, что живу. Дышу. Замечаю. И благодарю за этот день — каким бы он ни был.
Излечение — это не конец истории. Это её новое, очень глубокое начало.