Мы так усердно рисуем в голове идеальные картины, что потом обижаемся на реальность за то, что она не умеет имитировать наш шедевр. Выход? Чуть больше честности (признать, что идеала нет), щепотка самоиронии (посмеяться над своим перфекционизмом) и смелость поверить, что «всё пропало» — часто просто код доступа к чему-то новому. Правда жизни в том, что настоящий, неидеальный человек всегда увлекательнее самой гениальной вашей выдумки. Потому что он — живой.
Мы так усердно рисуем в голове идеальные картины, что потом обижаемся на реальность за то, что она не умеет имитировать наш шедевр.
Выход?
Чуть больше честности (признать, что идеала нет), щепотка самоиронии (посмеяться над своим перфекционизмом) и смелость поверить, что «всё пропало» — часто просто код доступа к чему-то новому. Правда жизни в том, что настоящий, неидеальный человек всегда увлекательнее самой гениальной вашей выдумки.
Потому что он — живой.