В Калугу поезд прибыл около 4 часов утра, посчитав, что ехать к Зое Петровне еще рано, по словам Михаила, колхоз находился километрах в 80 от города, сдал вещи в камеру хранения, оформил новый билет на следующее утро до Москвы, и пошел погулять по городу, недалеко от вокзала.
Долго погулять не удалось, на улице было очень прохладно, не Крым. Пошел позавтракать в ресторан, тогда рестораны или кафе, на вокзалах работали круглосуточно.
В восьмом часу утра получил вещи в камере хранения, свой чемодан оставил там, и с помощью носильщика пошел на стоянку такси. Там договорился с таксистом, за тройной тариф о поездке в колхоз. По дороге согласовал с ним, что он подъедет за мной в час ночи за те же деньги.
Дорога заняла около 2 часов, подъехав, я позвонил в звонок у калитки, к ней подошла молодая девушка и сказала, что Зоя Петровна и Татьяна Николаевна в школе, я оставил ей сумку с вещами, а три сумки с книгами решил отвезти в школу.
Подъехав к школе, я выгрузил сумки с книгами, расплатился с таксистом и пошел искать Зою Петровну, как раз была перемена, и она с классом гуляла во дворе. Она познакомила меня со своими учениками второклассниками. Вместе занесли книги в библиотеку, и Зоя Петровна предложила провести беседу с ее учениками, рассказать о себе, своей профессии.
Придя в класс и глядя на детей, я вспомнил свою учебу. Не знаю, как кто я из школы помню только трех учителей, если напрягусь, может быть, вспомню еще одного, но своих первых учительниц начальных классов помню обоих.
У меня их было две, благодаря первой учительнице я пришел в школу в 6 лет, у нее в классе учеников не хватало, и она ходила по району искала шестилеток, которые умеют читать и считать. Я научился читать в 5 лет, и к 6 годам читал уже серьезные книги, да и с арифметикой все было в порядке.
Так я и оказался в школе, первого сентября у меня не было, в школу пришел числа 7 сентября. Первая учительница была в возрасте, ей было далеко за 60 лет, и после первого класса, она ушла на пенсию.
Вторая учительница была очень молодой, мне кажется, мы у нее были первыми учениками, но она тоже оставила свой след в моей биографии.
По ее мнению в нашей стране левши не имели права на существование, и она стала усердно переучивать меня писать и кушать правой рукой. В результате я разучился писать левой рукой, но совершенно не научился писать правой, отчего впоследствии получал плохие оценки, не за то, что написал, а как это сделал.
Но это и дало кое-что положительное обе руки развиты одинаково, стрелял с обеих рук с хорошими результатами, в боксе мне было все равно в какой стойке работать, в правосторонней или левосторонней, ну и так далее.
Не в обиду к другим учителям, но лично я с наибольшим уважением отношусь к учителям начальных классов. По моему мнению, это не профессия, а уже образ жизни.
Первые учителя для нас были наставниками, нянями, старшими сестрами, мы с ними проводили времени больше чем дома. В школе мы завтракали, обедали и если были на продленке до 18 часов, то еще и полдничали. Они отвечали на наши «почему», и сделали очень многое в нашем воспитании.
Проведя беседу с учениками, Зоя Петровна сказала, чтобы я шел к ней домой, там ее невестка Катя с внуками находится, а они с Татьяной Николаевной подойдут после 15 часов.
В доме Катя готовила обед, а я с удовольствием возился с малышами, Федором 5 лет и его сестрой Таней 3 лет. К моему удивлению он очень хорошо читал, показал мне, как пишет, получалось у него тоже неплохо и мы с ним учили его сестру буквам, играя в кубики.
Катя сказала мне, что это его бабушки научили в 4 года, когда они были у них в прошлом году. Они все время, когда муж в море, проводят у бабушек. Называть их свекровями не поворачивается язык, они к ней и Лизе, жене младшего брата, относятся как к дочерям. С советами не лезут, когда приезжают с мужьями, то при малейших ссорах, обе встают на сторону невесток.
Внуки считают, что у них две бабушки, так их и зовут бабушка Зоя и бабушка Таня.
Когда пришли с работы Зоя Петровна и Татьяна Николаевна, дети были накормлены и утомившись от игры спали.
Мы сели за стол, с собой я привез любимого вина Зои Петровны, и как выяснилось и остальных женщин, «Белый мускат красного камня», причем в бочке оно находилось 10 лет, обычно 2 года. В те годы в магазине его было не купить, только в ресторанах, куда оно девалось, не знаю.
Первый тост был за тех, кто в море, второй тост я предложил выпить за женщин в этой семье, Зоя Петровна сказала, что у нее невестки и внуки очень хорошие, у Лизы сына тоже зовут Федор, но он моложе Катиного сына на два года.
В прошлом году они пересеклись у них, и было забавно наблюдать, когда зовут Федор, один бежит, а другой ползет в ту же сторону. Жалко, что у Михаила никак с семьей не сложится.
Я сказал, что надеюсь, все у них будет хорошо, но желательно, чтобы жену Михаила звали Анна, тогда у Вас будет полный комплект «императриц». На их вопрос почему, я привел им данные из истории.
Моими любимыми предметами, кроме математики, были история и литература, причем история особенно Руси стояла на первом месте.
На Руси, за всю ее многовековую историю, правительницами являлись всего лишь несколько женщин.
Первой женщиной была княгиня Ольга, которая правила с 945 по 960 годы, чтобы не загромождать рассказ не буду останавливаться подробно.
Второй была царица Ирина Годунова, которая правила чуть больше месяца, с 17 января по 27 февраля 1598 года.
С 1682 по 1689 годы царевна Софья была регентом при малолетних братьях Иване и Петре.
18 век можно считать уникальным, большую часть времени правителями являлись женщины, и хочу отметить, что правили они не хуже мужчин, а зачастую и лучше.
После смерти в 1725 году Петра 1, который был первым императором на Руси, на престол вступила его жена Екатерина 1, которая правила с 1725 по 1727 год.
С 1730 по 1740 год императрицей являлась Анна Иоанновна.
С 1741 по 1762 год страной правила Елизавета, при ней были открыты Московский государственный университет, Академия художеств, началось более активное освоение Сибири и Дальнего Востока.
С 1762 года по 1796 год императрицей являлась Екатерина 2. При ней в результате выигранной войны с Турцией, Россия приобрела обширные территории Азовско-Черноморского бассейна, присоединен Крым, построено множество городов, в том числе и Одесса.
Больше в истории России женщин у власти не было.
Женщины согласились, что было бы неплохо, если у жены Михаила будет имя Анна.
Потом Зоя Петровна сказала, что сегодня прошло 25 лет с того дня, как пропал ее муж. На службу он ушел рано утром, дети еще спали.
Потом на аэродроме загудел двигатель самолета и в это время проснулся Михаил, который сразу подбежал к окну и закричал, что это папа взлетает. Зоя Петровна тоже подошла к окну и увидев взлетающий самолет, сказала Михаилу, может это и не папа. Но это был ее муж, больше ни его, ни самолета никто не видел.
Я спросил, на каком самолете он летал, Зоя Петровна сказала, что на МИГ-15.
Она пошла в свою комнату и принесла большую фотографию мужа, на ней он был снят в морской форме, на плечах погоны подполковника (в морской авиации звания армейские).
Среди наград 2 ордена Боевого Красного Знамени, по словам Зои Петровны, один из них за Корею. Орден Отечественной войны, 2 ордена Красного знамени, и две медали, одна из них «За победу над Германией», другая «За победу над Японией».
Татьяна Николаевна сказала, что этой зимой прошло 40 лет, с тех пор как без вести пропал ее муж, но из фотографий у нее только довоенные.
Не знаю, кто-то может сказать, что это глупость, ждать столько времени, забыв про себя, но у меня эти две женщины, вызвали только чувство глубокого уважения к ним.
Для мужчин это тоже очень важно, когда в них верят и ждут.
Ночью я уехал и больше ни с Михаилом, ни с его семьей не встречался.
Так получилось, что почти сразу после отпуска, у меня была длительная командировка, почти на год, и в Севастополь мне удалось попасть, через полтора года.
В квартире Михаила жила уже совершенно другая семья, которая передала мне письмо от него. В нем он написал, что его перевели на Балтийский Флот, с повышением. Еще в письме передавался привет от его родных, а также он сообщил свой новый адрес и о том, что женился и жену зовут Анна, чему очень удивились его две мамы.
Письма писать я не любил, все надеялся выбраться туда лично, но не получилось.