Ночная смена.
Аппараты дышат вместо людей.
Голоса — шёпотом. Мы говорили о выгорании.
О том, как тяжело видеть одно и то же. И вдруг медсестра сказала: — Есть момент, после которого мы почти не сомневаемся. Я спросила — какой? Она ответила не сразу. — Когда человек начинает петь. Потому что это происходит внезапно. Человек мог быть вялым.
Дезориентированным.
Почти без речи. И вдруг —
ясный голос.
Ровный.
Тихий. — Не крик. Не бред, — сказала она.
— А именно песня. Не гимн.
Не песня молодости.
Не религиозный мотив. Колыбельная. — Та, что пели в детстве, — сказала медсестра.
— Иногда — мамина. Иногда — бабушкина. Чаще всего — очень простая мелодия.
Почти одинаковая. — Даже слова совпадают, — добавила она.
— “Баю-бай…” Врачи объясняют это без мистики. Когда кора мозга “отпускает”,
включаются самые древние,
глубокие слои памяти. — То, что было до языка, — сказала она.
— До мыслей. До страха. Колыбельная —
это первое ощущение безопасности.
Первый ритм.
Первое “с тобой всё в порядке”. Не пан