Марина стояла у окна и смотрела на дождь. Капли стекали по стеклу, сливаясь в мутные ручейки. За спиной на диване сидел Олег, уткнувшись в телефон. Телевизор работал на фоне, но никто не смотрел.
«Ты будешь ужинать?» - спросила она, не оборачиваясь.
«Потом», - буркнул он, не отрываясь от экрана.
Марина прошла на кухню. Достала из холодильника вчерашний суп, поставила разогревать. Села за стол, положила руки на столешницу. Пятнадцать лет брака. Пятнадцать лет она ждала, что что-то изменится. Что он станет внимательнее. Что они снова будут разговаривать, как раньше. Что он перестанет пить по выходным и орать на неё за каждую мелочь.
Но ничего не менялось. Только становилось хуже.
Суп закипел. Марина выключила плиту, налила себе тарелку. Ела молча, слушая звуки телевизора из комнаты. Олег не вышел. Не спросил, как прошел день. Не поинтересовался, что она приготовила. Просто сидел там, в своем мире, где ей не было места.
После ужина она помыла посуду, вытерла руки. Прошла в спальню, достала из шкафа старую коробку. Внутри лежали фотографии - их свадьба, поездка на море, день рождения дочери Кати. Марина перебирала снимки, вглядываясь в лица. Молодые, счастливые, влюбленные. Когда все это закончилось?
Может, когда Катя пошла в школу, и Олег начал задерживаться на работе. Или когда он впервые поднял на неё руку после очередной пьянки. Или когда она поняла, что больше не чувствует ничего, кроме усталости.
«Что ты там копаешься?» - голос Олега заставил её вздрогнуть.
Он стоял в дверях, облокотившись о косяк. Глаза красные, на щеке след от подушки.
«Фотографии смотрю», - ответила Марина, убирая коробку обратно.
«Зачем?»
«Так. Вспомнила».
Олег хмыкнул, развернулся и ушел. Марина закрыла шкаф и легла на кровать, уставившись в потолок. Завтра она пойдет к юристу. Завтра начнет что-то менять. Потому что так больше нельзя.
На следующий день Марина записалась на консультацию. Юрист Елена Сергеевна оказалась женщиной лет пятидесяти, с короткой стрижкой и внимательным взглядом. Выслушала историю, делая пометки в блокноте.
«Значит, пятнадцать лет в браке. Есть общий ребенок - дочь четырнадцати лет. Квартира в совместной собственности. Других активов нет?»
«Есть машина. На нем оформлена».
«Понятно. Насилие в семье имело место?»
Марина сжала сумку на коленях.
«Да. Несколько раз. Но я не обращалась в полицию».
«Жаль. Это могло бы помочь в суде». Елена Сергеевна отложила ручку. «Но и без этого у вас есть основания для развода. Подадим заявление, укажем на систематическое злоупотребление алкоголем, отсутствие участия в воспитании ребенка. Вы готовы к тому, что процесс может затянуться?»
«Готова».
«И к тому, что муж будет сопротивляться?»
Марина кивнула. Она знала Олега. Он не отпустит просто так. Будет скандалить, угрожать, обвинять. Но она уже приняла решение.
Вечером она пришла домой позже обычного. Олег сидел на кухне с бутылкой пива. Катя делала уроки в своей комнате.
«Где шлялась?» - спросил он, не поднимая глаз.
«Была по делам».
«По каким делам?»
Марина повесила куртку, прошла на кухню. Села напротив.
«Олег, мне нужно с тобой поговорить».
Он посмотрел на неё, прищурившись.
«О чем?»
«Я подам на развод».
Повисла тишина. Олег поставил бутылку на стол, медленно встал.
«Ты что несешь?»
«Я хочу развестись. Мы не живем уже давно. Просто существуем под одной крышей».
«Ты с ума сошла?» - он шагнул к ней, нависая. «Какой развод? У нас дочь! У нас квартира! Ты что, спятила совсем?»
«Именно поэтому и развод. Я не хочу, чтобы Катя росла в такой атмосфере».
Олег рассмеялся, но смех был злой.
«В какой атмосфере? Я что, плохой отец? Я работаю, деньги приношу!»
«Ты пьешь. Ты кричишь. Ты поднимал на меня руку».
«Один раз! Всего один раз!»
«Три раза, Олег. Три».
Он сжал кулаки, лицо покраснело.
«И что ты собираешься делать? Выгнать меня из моей квартиры?»
«Это наша квартира. Мы разделим все через суд».
«Да пошла ты!» - он схватил бутылку, швырнул в стену. Стекло разлетелось осколками. «Никуда я не пойду! Это мой дом!»
Марина встала, отступила к двери.
«Я уже подала заявление. Через месяц суд».
Олег смотрел на неё, тяжело дыша. Потом развернулся и вышел из кухни, хлопнув дверью. Марина осталась одна, глядя на осколки на полу.
Из комнаты вышла Катя. Лицо бледное, глаза испуганные.
«Мам, вы правда разводитесь?»
Марина обняла дочь, прижала к себе.
«Да, солнышко. Прости».
«Не надо извиняться». Катя уткнулась ей в плечо. «Я рада. Я устала от его криков».
Марина почувствовала, как что-то сжимается внутри. Она думала, что защищает дочь, сохраняя семью. А на самом деле только делала хуже.
Следующие недели были тяжелыми. Олег то игнорировал Марину, то устраивал скандалы. Приходил пьяный, орал, что она разрушает семью. Что без него она никто. Что не справится одна.
«Ты думаешь, тебе кто-то нужен в сорок лет?» - говорил он, стоя в дверях спальни. «С ребенком на руках? Да ты никому не нужна!»
Марина молчала, отворачиваясь к стене. Его слова больно ранили, но она держалась. Потому что знала - это манипуляция. Попытка сломать её решимость.
Подруга Лена поддерживала как могла. Звонила каждый день, приезжала в выходные.
«Держись», - говорила она, сидя на кухне у Марины. «Еще немного - и все закончится».
«Я боюсь», - призналась Марина. «Боюсь, что не справлюсь. Что он прав - я никому не нужна».
«Это он тебе внушил за пятнадцать лет». Лена взяла её за руку. «Ты сильная. Ты работаешь, ты воспитываешь дочь. Ты справишься без него. Даже лучше будет».
Марина хотела верить. Но страх все равно жил внутри, холодный и липкий.
Суд назначили на середину октября. Марина пришла с юристом, Олег - один. Сидел на скамье, мрачный, с опухшим лицом. Судья зачитала исковое заявление, спросила, согласен ли ответчик на развод.
«Нет», - ответил Олег. «Я не согласен. Мы можем все наладить».
Судья посмотрела на Марину.
«Истица настаивает на разводе?»
«Да», - Марина встала. «Я настаиваю. Брак фактически распался несколько лет назад».
«У вас есть несовершеннолетний ребенок. Вы пытались сохранить семью?»
«Пыталась. Но ничего не изменилось».
Судья назначила срок для примирения - три месяца. Олег ухмыльнулся, как будто выиграл. Но Марина знала - это просто формальность. Через три месяца они снова придут сюда, и суд расторгнет брак.
Дома Олег был самодоволен.
«Видишь? Даже суд дает нам шанс. Давай попробуем еще раз».
«Нет, Олег. Я не передумаю».
«Ты пожалеешь», - он подошел близко, заглянул в глаза. «Останешься одна. С дочерью. В съемной квартире. Потому что эту я не отдам».
«Посмотрим», - Марина прошла мимо, не оглядываясь.
Три месяца тянулись мучительно. Олег то угрожал, то пытался задобрить. Приносил цветы, обещал измениться. Один раз даже не пил целую неделю. Но Марина видела - это игра. Спектакль для суда, для знакомых, для самого себя.
«Мам, ты же не передумаешь?» - спросила Катя однажды вечером.
«Нет, солнышко. Не передумаю».
«Хорошо. Потому что я не хочу, чтобы он остался».
Марина обняла дочь. Катя была её опорой в эти месяцы. Взрослая не по годам, понимающая, поддерживающая.
Второе заседание прошло быстро. Судья спросила, изменилось ли что-то за три месяца. Марина ответила нет. Олег пытался говорить о примирении, но судья его оборвала.
«Если одна из сторон настаивает на разводе, брак подлежит расторжению. Остается решить вопрос о разделе имущества и месте проживания ребенка».
Олег требовал половину квартиры и машину. Марина соглашалась на раздел квартиры, но просила оставить ей машину - она нужна для работы. Судья назначила экспертизу для оценки имущества.
Через месяц пришло решение. Квартиру разделили пополам, машину оставили Марине. Олег должен был выплачивать алименты на Катю. Брак расторгнут.
Марина сидела дома с бумагами в руках и плакала. Не от горя - от облегчения. Пятнадцать лет закончились. Впереди была новая жизнь, неизвестная и пугающая. Но своя.
Олег съехал через неделю. Забрал вещи, хлопнул дверью напоследок. Не попрощался с дочерью. Марина стояла у окна, наблюдая, как он грузит коробки в машину друга. Внутри было пусто. Ни жалости, ни злости. Просто пустота.
«Он ушел?» - Катя подошла сзади, обняла мать за талию.
«Да».
«И больше не вернется?»
«Больше не вернется».
Катя вздохнула с облегчением.
«Наконец-то».
Первые месяцы после развода были странными. Марина привыкала жить без Олега. Без его криков, без пьяных скандалов, без постоянного напряжения. Квартира казалась тихой, почти неуютно тихой. Но это была хорошая тишина.
Деньги стали проблемой. Алименты Олег платил нерегулярно, приходилось напоминать через приставов. Половину квартиры он требовал выкупить или продать все целиком. Марина не могла выкупить - не было денег. Продавать не хотела - куда идти с ребенком?
«Давай я помогу», - предложила Лена. «Займу на первое время».
«Спасибо, но нет. Я сама справлюсь».
Марина устроилась на вторую работу. По вечерам подрабатывала удаленно, делала переводы. Уставала страшно, но деньги нужны были позарез. Катя помогала по дому, готовила ужин, когда мать задерживалась.
«Мам, ты так измотаешься», - говорила дочь, глядя на осунувшееся лицо матери.
«Ничего, потерпим. Скоро наладится».
Через полгода появился Сергей. Коллега с основной работы, спокойный мужчина лет сорока пяти. Пригласил Марину на кофе после планерки. Она согласилась, хотя внутри все сжалось от страха.
«Я разведен три года», - сказал он, помешивая сахар в чашке. «Знаю, каково это - начинать сначала».
«Тяжело», - призналась Марина.
«Первое время - да. Потом легче. Главное - не опускать руки».
Они начали встречаться. Медленно, осторожно. Марина боялась новых отношений, боялась ошибиться снова. Но Сергей был терпелив. Не торопил, не давил. Просто был рядом.
Катя приняла его нормально.
«Он нормальный», - сказала дочь после первой встречи. «Не то что отец».
Марина улыбнулась.
«Рано еще что-то говорить».
«Может быть. Но он на тебя смотрит по-другому. Как на человека, а не на прислугу».
Эти слова согрели. Марина не замечала раньше, как Олег относился к ней. Сейчас, со стороны, она видела, насколько это было унизительно.
Через год после развода Олег позвонил. Голос трезвый, спокойный.
«Марина, давай встретимся. Поговорить надо».
«О чем?»
«О квартире. Я готов на компромисс».
Они встретились в кафе. Олег выглядел неплохо - постриженный, в чистой рубашке. Сел напротив, заказал кофе.
«Я женюсь», - сказал он без предисловий. «Нужны деньги на свадьбу и съем жилья. Давай продадим квартиру, разделим деньги».
Марина молчала, переваривая информацию.
«А мы с Катей куда пойдем?»
«Снимешь что-нибудь. На твою долю хватит на первое время».
«Олег, Катя учится в школе. Ей нужна стабильность».
«Мне тоже нужна стабильность. Я хочу новую жизнь начать».
Марина посмотрела на бывшего мужа. Он не изменился. Так же думал только о себе.
«Нет. Я не буду продавать квартиру».
«Тогда выкупай мою долю».
«У меня нет таких денег».
Олег поджал губы, встал.
«Тогда я подам в суд. Принудительно продадим».
«Подавай».
Он ушел, хлопнув дверью. Марина сидела, допивая остывший кофе. Внутри все кипело от злости, но она держалась. Сергей посоветовал обратиться к юристу.
«Если ребенок прописан в квартире и учится рядом, суд может отсрочить продажу до его совершеннолетия», - объяснила Елена Сергеевна. «Есть шансы отстоять жилье».
Марина подала встречный иск. Суд тянулся несколько месяцев. Олег требовал немедленной продажи, Марина - отсрочки. В итоге судья встала на сторону матери и ребенка. Продажу отложили до восемнадцатилетия Кати.
Олег бесился, угрожал, но ничего не мог сделать. Марина выдохнула с облегчением. Еще четыре года впереди - успеет накопить, найти выход.
Сейчас, спустя два года после развода, Марина сидит на кухне и пьет утренний кофе. За окном весна, птицы поют. Катя собирается в школу, напевая что-то под нос. Сергей обещал заехать вечером, сводить их в кино.
Жизнь наладилась. Не сразу, не легко. Но наладилась. Марина работает, откладывает деньги на выкуп доли Олега. Катя учится хорошо, готовится к экзаменам. Сергей стал частью их жизни - не муж пока, но близкий человек.
Иногда Марина вспоминает тот день, когда сказала Олегу о разводе. Как боялась, как сомневалась. Как он кричал, что она не справится. Что останется одна и никому не нужна.
Он ошибался. Она справилась. Нашла силы начать заново. И жизнь стала лучше - без криков, без страха, без постоянного унижения.
Развод был не концом. Это было начало. Начало её настоящей жизни.