Александра Полякова, или просто Шурочка, как её звали родные, родилась в г. Борисоглебске Воронежской области в 1922 году.
Это была обычная девчонка тех далёких от нас предвоенных лет: ходила в школу, училась играть на гитаре, а потом стала ходить в балетную школу, зимой каталась на коньках и сдавала нормы ГТО, даже получила значок «Ворошиловский стрелок». Только отличало её от других девушек необычное упорство: она уже объявила родителям, что будет лётчиком!
Страна восторженно следила за дальними перелётами, восхищалась воздушными рекордами, но множество девушек искали в газетах сообщения о настоящем подвиге советских лётчиц Марины Расковой, Валентины Гризодубовой и Полины Осипенко, совершивших в сентябре 1938 года беспосадочный перелёт Москва – Комсомольск-на-Амуре на самолёте «Родина».
Да, кто-то прочитал и позавидовал, кто-то помечтал: «Вот бы и мне!» А Шурочка пришла в аэроклуб!
Перед самой войной девушка окончила среднюю школу № 5 Борисоглебска и одновременно аэроклуб, где получила удостоверение пилота-инструктора. Правда, родители убеждали её, что быть пилотом – это не женское дело. Но настойчивость Шурочки преодолела все препятствия на пути к цели.
Когда началась война, девятнадцатилетняя девушка обратилась к военкому города с просьбой направить её в Борисоглебскую военную авиашколу, а в качестве веского довода выложила своё удостоверение из аэроклуба – приняли!
Авиашкола сократила сроки обучения. Можно сколько угодно повторять, что немецкие пилоты были лучше подготовлены, десятки часов проводили в воздухе, отрабатывая умения и навыки, необходимые военному лётчику – от советских авиашкол фронт беспощадно требовал пилотов, любых пилотов!
Шура «перестаралась»: пилотирование шло у неё так хорошо, что её оставили в авиашколе инструктором. Самое удивительное, она была возмущена: готовилась воевать, а осталась в тылу! Почти год она добивалась перевода в действующую армию и наконец получила назначение: Сталинград, 970 легкобомбардировочный авиаполк 9 бомбардировочной авиадивизии.
Её однополчанин Борис Пустовалов, который в годы войны был штурманом «ночников» и совершил 300 боевых вылетов, участвуя в крупнейших сражениях Великой Отечественной войны, рассказывает в своей книге «Те триста рассветов…»: «Ещё под Сталинградом, в самый разгар битвы, к нам в полк пришла летчица Шура Полякова, невысокого роста, черноволосая, с нежным румянцем на щеках, честно сказать, девушка не вызвала у нас особого восторга».
Нужно пояснить: после фильма о «ночных ведьмах» многие были уверены, что на этих лёгких самолётиках летают только женщины – на самом деле уже к декабрю 1941 г. было сформировано более 60 ночных бомбардировочных полков и эскадрилий, из которых только один 588-й ночной бомбардировочный авиаполк (впоследствии 46-го гвардейский Таманский женский авиаполк ночных бомбардировщиков), летавший на У-2, был укомплектован женскими экипажами – остальные были мужскими.
Борис Пустовалов продолжает вспоминать: «Мы недоумевали по поводу такого решения руководства. Ведь в это время в предгорьях Кавказа воевал на У-2 женский авиационный полк. Почему бы ей не быть там, среди девушек-летчиц, рассуждали мы. Но судьбе было угодно распорядиться иначе: Шура Полякова стала единственной летчицей среди нас, ночных бомбардировщиков.
Мы знали, что Шура в Борисоглебске окончила аэроклуб. Но считали, что летать в аэроклубе – это одно, а война, боевые вылеты под Сталинградом... Словом, «баба на корабле – не миновать беды!» – так приблизительно рассуждали мы. А Шура тем временем вылетела на боевое задание, успешно отбомбилась – и началась её нелегкая работа. Мы вскоре почувствовали в характере этой девушки совсем не девичьи черты. Она решительно отвергла щадящий режим, предложенный руководством, и водила ночной бомбардировщик, ни в чём, не уступая нам, нередко совершая за ночь по 5-7 боевых вылетов».
Надо отметить, что эти «лёгкие» самолётики за ночь взлетали чаще, чем все остальные боевые самолёты, а всего за время войны около 1500 находящихся на фронте бомбардировщиков По-2 сделали больше боевых вылетов и сбросили бомб больше, чем 40000 штурмовиков Ил-2.
Александра летала на биплане У-2. Эта модель, созданная Николаем Поликарповым в 1928-году и переименованная в По-2 в честь конструктора после его смерти в 1944 г., использовалась как учебный, санитарный, связной самолет и воевал на фронтах Великой Отечественной в качестве ночного бомбардировщика.
Самолёт был исключительно простым и дешёвым в производстве и – особенно важно – эксплуатации. Он легко ремонтировался, причем не обязательно квалифицированными специалистами, а ещё самолёт был очень прост в управлении, даже неопытный лётчик мог свободно летать на нем. По-2 «прощал» пилоту многие ошибки, которые на другом самолёте неизбежно привели бы к аварии, больше того, По-2 почти невозможно было ввести в штопор. Если лётчик отпускал рули управления, самолёт начинал планировать со скоростью снижения 1 метр в секунду и, если внизу оказывалась ровная поверхность, даже мог самостоятельно сесть на неё.
Но была одна особенность, за которую проклинали «кофемолку», «швейную машинку», «рус фанер» летчики-истребители люфтваффе, которые вскоре выяснили, что По-2 трудно сбить из-за двух основных факторов: пилоты По-2 летали на уровне верхушек деревьев, где они были трудно различимы и труднодоступны, но самым неприятным сюрпризом оказалось то, что скорость «сваливания» немецких истребителей «Мессершмитт» Bf-109 полностью соответствовала максимальной скорости По-2, что делало невероятно сложной задачу удержания По-2 в прицеле в течение достаточного для поражения времени. А у «Фокке-Вульфов» дела обстояли еще хуже, они сваливались раньше.
Только на Сталинградском фронте в составе 970-го ночного бомбардировочного авиаполка Александра Полякова совершила 35 ночных боевых вылетов.
В донесениях отмечалось, что «Полякова как пилот, несмотря на наличие большого количества зенитных прожекторов на подступах и в районах цели и на сильный обстрел зенитной артиллерии противника, всегда прорывалась в намеченную цель, чем обеспечивала прицельное сбрасывание боевого груза. Самолёт имел осколочные и пулевые пробоины. Неоднократно при выполнении боевых заданий попадала в сложные метеоусловия (обледенение, туман, сильные осадки), где принимала всегда правильные решения и выходила победительницей».
17 января 1943 года за отличное выполнение боевых заданий по уничтожению немецких захватчиков на Сталинградском фронте и за проявленные при этом мужество и отвагу Александра Полякова удостоена ордена Красной Звезды.
Штурманом в экипаже Поляковой был старшина Ефим Абрамович Сагайдаков, её одногодок, уроженец города Кировограда, окончивший, как и Александра Борисоглебовскую военную авиашколу.
Немало боевых заданий выполнили вместе Полякова и Сагайдаков, причём бывало всякое. Однажды экипажу Поляковой пришлось сесть на передовой с отказавшим мотором. Шура при посадке повредила ногу, и Ефим нёс её на себе около трёх километров по раскисшей от дождей, развороченной целине.
К весне 1943 года Александра Полякова совершила 86 боевых вылетов.
В ходе боёв на Орловско-Курской дуге командованием фронтом 970-му ночному бомбардировочному полку, где служила Полякова, была поставлена боевая задача в ночь с 9 на 10 мая 1943 года уничтожить живую силу и технику противника, которые по данным авиаразведки, разгружались на станции Глазуновка, в 65 километрах южнее г. Орла.
На боевое задание вылетела группа бомбардировщиков По-2 в составе трёх боевых машин, в их числе экипаж пилота Александры Поляковой и штурмана Ефима Сагайдакова.
Выполнение задачи осложнялось тем, что станция Глазуновка прикрывалась мощным огнём зенитных батарей и прожекторами. Но Полякова уверенно шла к цели. Она разглядела на путях эшелоны с боевой техникой, составы из цистерн с топливом, кажущиеся с высоты маленькими чёрными бочонками.
Постепенно снижаясь, девушка выравнивает самолёт с линией железной дороги. Штурман-бомбардир Сагайдаков мастерски делает свою работу – бомбы точно падают в намеченную цель, пожары и взрывы раскрашивают яркими красками темноту ночи. Внезапно самолёт «схватили» прожекторы. Потом зенитный снаряд влетел в мотор бомбардировщика, самолёт загорелся, но Александра решает любой ценой выполнить приказ и уничтожить эшелон, идущий на фронт...
Боевые товарищи Поляковой, вылетевшие вместе с ней на задание, видели, как лётчица направила объятый пламенем самолёт на вражеский эшелон. На станции в прямом смысле горела земля, взрывались боеприпасы, полыхнули цистерны с горючим.
Вместе с Ефимом Сагайдаковым лётчица покинула кабину По-2. Но удачно приземлиться экипажу не удалось, гитлеровские пулемётчики нашли цель.
Местные жители похоронили девушку в лесу недалеко от места гибели, но в 1956 году она была перезахоронена в братской могиле д. Сеньково Глазуновского района Орловской области.
Судьба второго члена экипажа Е.А. Сагайдакова до сих пор неизвестна. Согласно документу, составленному командованием их воинской части, они оба объявлены не вернувшимися с боевого задания 9 мая 1943 года.
За свой подвиг А.П. Полякова была награждена вторым орденом Красной Звезды (посмертно), ей присвоено звание младшего лейтенанта. После гибели А.П. Поляковой в армейской газете «Доблесть» появилась статья о подвиге экипажа, совершившего огненный таран наземной цели, которая заканчивалась призывом: «Летчик! Ты идешь на боевое задание. В этот час вспомни свою боевую подругу, простую русскую девушку, любившую свою Родину и жизнь так же сильно, как и ты. Мсти за нее, товарищ!».