Дочь приехала в субботу без предупреждения.
С мужем.
Я открыла дверь — они стояли с пакетами.
— Мам, привет! Решили заехать, соскучились.
Я обняла Катю, кивнула Игорю.
— Проходите. Чай поставлю.
Мы сели на кухне.
Катя достала из пакета торт, фрукты.
— Как ты тут одна? — спросила она, оглядываясь. — Не скучно?
— Нормально. Привыкла.
Игорь молчал, разглядывал окно.
Катя отпила чай, посмотрела на меня.
— Мам, мы вообще-то поговорить хотели. Серьёзно.
Я насторожилась.
— Слушаю.
Первый визит
Катя поставила кружку, сложила руки на столе.
— Мам, мы с Игорем думали. Ты тут одна в трёшке живёшь. Тебе столько места не нужно.
Я молчала.
— А нам с ребёнком в двушке тесно. Мише уже шесть, скоро в школу. Нужна отдельная комната.
— И что ты предлагаешь?
Катя вздохнула.
— Давай продадим твою квартиру. Купишь себе однушку, а разницу — нам. Мы добавим своё, возьмём трёшку побольше.
Я замерла.
— Катя, это моя квартира.
— Ну формально — да. Но по справедливости? — Она посмотрела на меня твёрдо. — Ты же всю жизнь говорила, что всё детям оставишь. Так оставь сейчас, пока мы нуждаемся.
— Я живу в этой квартире.
— И что? Переедешь в меньшую. Тебе одной и однушки хватит.
Игорь кивнул.
— Галина Ивановна, мы не заставляем. Просто предлагаем. Вам будет проще — меньше убирать, коммуналка меньше. А нам поможете.
Я встала, прошла к окну.
— Мне надо подумать.
Катя вздохнула.
— Думай. Только долго не тяни. Мы уже смотрим варианты, цены растут.
Они ушли через час.
Торт оставили.
Вторая попытка
Через неделю Катя позвонила.
— Мам, ну что решила?
— Катя, я не хочу продавать квартиру.
Пауза.
— Почему?
— Потому что это моё жильё. Мой дом.
— Мам, ну ты же понимаешь, что нам тяжело? Мише комната нужна. Он подрастает, ему учиться надо, стол ставить, книги раскладывать.
— Катя, это ваши проблемы. Вы семья, вы решайте.
— Мы и решаем! — голос её повысился. — Просим тебя помочь! Или тебе наплевать на внука?
— Не манипулируй мной.
— Я не манипулирую! Я говорю правду! Ты живёшь одна в трёх комнатах, а мы втроём в двух! Это нечестно!
Я почувствовала, как внутри закипает.
— Катя, я всю жизнь эту квартиру выплачивала. Двадцать лет ипотеки. Я работала в три смены, отказывала себе во всём. Это мой труд.
— И что? Теперь ты будешь в нём купаться, пока мы мучаемся?
— Я не мучаю вас. Я просто живу в своём доме.
Катя замолчала, потом сказала холодно:
— Ладно. Поговорим позже.
Она повесила трубку.
Третий раз
Ещё через две недели они приехали снова.
Без звонка.
Я открыла дверь — Катя стояла с красными глазами, Игорь рядом, мрачный.
— Мам, можно войти?
Я пустила их.
Мы сели на кухне.
Катя вытирала глаза платком.
— Мам, нам правда тяжело. Мы в кредитах по уши. Двушку в ипотеку брали, машину. Игорю зарплату задерживают. Я уже подработки ищу.
— Мне жаль, Катюш.
— Если ты продашь квартиру и дашь нам половину — мы закроем кредиты. Сразу легче станет.
Я посмотрела на неё.
— Катя, я не собираюсь продавать квартиру.
Игорь наклонился вперёд.
— Галина Ивановна, ну почему вы такая жёсткая? Катя же ваша дочь. Родная. А вы ей отказываете.
— Я не отказываю. Я просто не хочу продавать своё жильё.
— А куда вам столько комнат? — Игорь повысил голос. — Вы одна! Вам однушки за глаза! А мы семья, нам растить надо!
Катя положила руку на стол, посмотрела на меня с мольбой.
— Мам, ну пожалуйста. Ну помоги нам. Мы же родные. Семья должна помогать.
Я встала.
— Катя, уходите. Прямо сейчас.
Она ахнула.
— Что?
— Уходите. Я устала от этого разговора.
Игорь вскочил.
— Вот так, да? Дочь просит помощи, а вы её гоните?
— Она не просит помощи. Она требует мою квартиру.
Катя схватила сумку, вскочила.
— Ну и сиди тут одна! В своих трёх комнатах! Наслаждайся!
Они хлопнули дверью.
Что я узнала
На следующий день позвонила моя подруга Лена.
— Галь, ты в курсе, что твоя Катя квартиру свою продаёт?
Я замерла.
— Что?
— Объявление вчера видела. Двушку их. За шесть миллионов.
— А зачем?
Лена помолчала.
— Говорят, Игорь в карты проигрался. Набрал кредитов, теперь не может вернуть. Квартиру продают, чтобы долги закрыть.
Я почувствовала, как холодеет внутри.
— Точно?
— Соседка их рассказывала. Игорь последние полгода в казино зависал. Катя узнала недавно. Теперь квартиру продают, собираются переезжать в область, снимать.
Я положила трубку.
Села на диван.
Значит, они хотели мою квартиру продать, чтобы их долги закрыть.
Чтобы я осталась в однушке, а они — с деньгами на руках.
Кульминация
Я позвонила Кате.
— Катя, это правда, что вы квартиру продаёте?
Пауза.
— Да. Продаём.
— Почему?
— Потому что Игорь набрал кредитов. Играл в казино. Теперь платить нечем.
— И вы хотели, чтобы я продала свою квартиру, чтобы вы эти долги закрыли?
Молчание.
— Катя, отвечай.
— Мам, ну... мы думали, что так будет проще. Ты продашь, нам дашь половину, мы закроем долги, купим нормальное жильё.
— А я бы осталась в однушке.
— Ну... тебе одной и однушки хватит.
Я почувствовала, как что-то внутри оборвалось.
— Катя, ты хотела, чтобы я отдала тебе половину моей квартиры. Той, что я выплачивала двадцать лет. Чтобы ты закрыла долги мужа-игрока.
— Мам, ну он же раскаялся! Больше не играет!
— А мне-то что? Я должна за него расплачиваться?
— Ты должна дочери помочь!
— Нет, Катя. Не должна. Ты взрослая. Ты выбрала этого мужа. Ты живёшь с ним. Это твоя ответственность.
Катя замолчала, потом сказала холодно:
— Ладно. Поняла. Значит, ты отказываешься.
— Да. Отказываюсь.
— Тогда не обижайся, что мы не приедем.
— Не обижусь.
Она повесила трубку.
Полгода спустя
Катя не звонила.
Не писала.
Не приезжала.
Я узнала от Лены, что они продали квартиру, закрыли долги, переехали в область.
Снимают дом за двадцать тысяч в месяц.
Миша ходит в сельскую школу.
Мне не было жаль.
Я осталась в своей квартире.
Той, что выплачивала двадцать лет.
Той, что заработала своим трудом.
И никто больше не требовал её продать.
Потому что моё — это моё.
И никакие долги чужого мужа не причина отдавать свой дом.
Вопрос к вам
Я правильно поступила, что не продала квартиру?
Или нужно было помочь дочери, раз у неё проблемы?
И должны ли родители спасать взрослых детей от их собственных ошибок?