Слабеет ли рука Кремля

Слабеет ли рука Кремля?

#сшаvsрф #дайджест

Практически одновременно в Foreign Affairs и Foreign Policy вышли статьи, в которых обсуждаются геополитические возможности России в рамках нынешней мировой турбулентности, задаваемой Соединенными Штатами.

Статья в Foreign Affairs красноречиво названа “Россия — худший покровитель в мире”.

ЦИТАТА “Помимо выражения глубокой озабоченности по поводу захвата президента Венесуэлы Николаса Мадуро, Москва не предприняла никаких существенных действий, чтобы помочь режиму, который она ранее называла ключевым стратегическим партнером в Латинской Америке.

Бессилие Кремля в Венесуэле следует знакомой схеме, которая проявилась после начала войны на Украине 4 года назад. Поглощенная затяжным конфликтом с Киевом, Москва располагает ограниченными ресурсами для поддержки своих авторитарных партнеров. Для Каракаса Москва смогла сделать даже меньше, чем для Дамаска и Тегерана”.

Авторы статьи полагают, что “Москва, возможно, по-прежнему способна оказывать влияние в регионах, не имеющих стратегического значения для Вашингтона, таких как Центрально-Африканская Республика или Таджикистан. Но, как ясно показывают события в Венесуэле, Россия не готова бросить вызов решительным действиям США на далеких театрах военных действий”.

Однако, в завершение материала авторы предупреждают: “И все же Вашингтон должен оставаться бдительным. Москва продемонстрировала стойкость в ситуациях, когда западные интервенции остаются незавершенными и создают новые вакуумы, которые можно использовать”.

Материал в Foreign Policy называется “Как Россия помогает Ирану в подавлении протестов” с подзаголовком “Москва поставляет военную технику и интернет-технологии, которые Тегеран использует против протестующих”.

Из предоставленной ранее помощи автор указывает автоматы семейства «Калашников» на базе АК-103, которыми вооружены иранская полиция, отряды «Бассидж» [парамилитарные силы] и подразделения КСИР, а также снайперскую винтовку Драгунова, пулеметы ПКМ и вертолетную технику.

В статье указано, что в марте 2023 года “иранская делегация из 17 человек в течение 8-и дней посещала дочерние структуры одного из крупнейших российских оборонных конгломератов. В центре внимания находились не средства ведения обычной войны, а инструменты внутренней безопасности: электрошокеры, светошумовые гранаты, заряды для вскрытия помещений и другие так называемые нелетальные системы, предназначенные для выведения протестующих из строя”.

Однако, в ходе подавления нынешних протестов ключевым элементом стал контроль властей над информационным пространством Исламской республики после отключения интернета 8 января.

ЦИТАТА “Мобильные сети и международный доступ были отключены, тогда как государственные платформы, банковские сервисы и одобренная внутренняя инфраструктура продолжали работать. Общество [мятежники. – Ред.] оказалось парализовано, в то время как государство сохранило контроль”.

FP утверждает, что это стало возможным благодаря созданной в РФ архитектуре сетевого контроля, основанной на глубокой инспекции пакетов – DPI.

ЦИТАТА “DPI позволяет иранским властям выйти за рамки простой блокировки сайтов и перейти к формированию трафика в режиме реального времени — выявлять конкретные приложения, обнаруживать виртуальные частные сети, ухудшать работу зашифрованных мессенджеров и выборочно ограничивать платформы, используемые для координации протестов”.

В материале утверждается, что “российские телекоммуникационные поставщики, включая компанию Protei, оказывали поддержку иранским мобильным операторам при развертывании систем перехвата, мониторинга и управления трафиком, интегрированных с иранской правовой системой перехвата”.

В качестве вывода: “Урок текущих протестов заключается не в том, что Россия помогла Ирану “победить” Starlink, а в том, что Россия помогла Ирану выстроить многоуровневую систему, в которой спутниковые обходные решения в принципе не могут стать центральным элементом общенациональной мобилизации”.