Михаил Водяной — один из тех советских артистов, чьи персонажи зажили отдельно от автора. Попандопуло из «Свадьбы в Малиновке» давно превратился в нарицательный образ, а лицо актера многие помнят, даже не зная его фамилии. Но за клоунской маской всегда стоял серьёзный профессионал, переживший войну, славу и тяжелое давление системы.
Он родился в Харькове в конце 1924 года, в семье, где всё было относительно благополучно. Говорили, что по линии предков семья носила еврейскую фамилию Вассерман, но официально Водяной так и остался Водяным. Отец занимал высокую должность в системе снабжения, мать занималась домом и детьми.
В конце 30?х семья перебралась в Кисловодск. Для мальчика это было сразу несколько миров: учеба в школе, занятия в музыкальной школе и драмкружок, где он быстро стал заметным. К началу войны он уже точно знал: хочет быть актером. Поступил в ленинградский театральный институт — почти с ходу, без длительной подготовки.
Началась блокада, город оказался под угрозой, и институт эвакуировали в Томск. Для студентов это был тяжелый, но формирующий период: холод, голод, фронтовые новости — и при этом занятия, репетиции, попытка сохранить профессию и себя. В Томске Водяной фактически стал тем артистом, которого потом полюбит вся страна.
После выпуска он попал в Пятигорский театр оперетты. Помимо обычных постановок труппа ездила с благотворительными спектаклями — сборы шли в фонды обороны. В этом было что-то очень понятное послевоенному поколению: сцена как продолжение фронта, только другими средствами.
Когда страна начала возвращаться к мирной жизни, Водяной переехал во Львов, работал во филармонии, затем в театре музыкальной комедии. Репертуар — главным образом оперетты, где важна не только игра, но и вокал, пластика. Там он освоил роли в постановках на музыку Дунаевского, Легара, Фельцмана, Богословского. Его герои — обаятельные, немного хулиганистые, но всегда человечески теплые. К этому образу он вернется и в кино.
В начале 50-х весь театр перевели в Одессу. Для Михаила это оказался город, где он задержится надолго — практически до конца жизни.
Одесса, как город-легенда, требовала своих артистов, и Водяной органично вписался в этот образ. Первую известность ему принес фильм-опера «Белая акация», где он сыграл Яшку Буксира. Но по-настоящему его заметили после «Эскадры уходит на запад», где актёр воплотил Мишку Япончика — реального одесского налетчика и одну из самых колоритных фигур начала XX века.
В этих ролях проявился его дар — соединять в одном персонаже смешное и опасное, легкость и внутреннюю свободу. Для советского зрителя такой герой был редкостью: вроде бы хулиган, но свой, близкий.
«Свадьба в Малиновке» сделала его всенародно узнаваемым. Попандопуло в его исполнении — хитрый, трусоватый и одновременно обаятельный человек, который постоянно выкручивается из любых ситуаций. Фразы персонажа превратились в крылатые, а сам Водяной получил вместе с коллегами приз за лучший комедийный ансамбль Всесоюзного кинофестиваля.
В последующие годы он появлялся в кино регулярно: «Инспектор уголовного розыска», «12 стульев», «Факир на час», «Вольный ветер», «Одиннадцать надежд» и другие картины. Но основным местом силы для него оставался театр.
Одесский театр музыкальной комедии стал вторым домом. Здесь Водяной сыграл свои главные театральные роли — в «Сильве», «Летучей мыши», «Сердце мое здесь» и других постановках. Он был тем редким типом артиста, который одинаково уверенно держится в разговорной сцене и в музыкальном номере.
Звания народного артиста Украинской ССР, затем Молдавской ССР и, наконец, СССР стали формальным признанием того, что зритель чувствовал давно: на сцене — человек, который не «играет роль», а живет в ней.
В начале 80-х в судьбу Водяного вмешалась политика. В Одессу приехали представители Министерства культуры, чтобы навести порядок в театральном хозяйстве. От имени труппы и творческой интеллигенции Водяной выступил с прямой речью о проблемах театра: о здании, условиях, финансах.
Вместо выговора ему предложили возглавить театр — стать директором и худруком. Михаил согласился, но не как на формальность. Он задумал строительство нового здания, наведение порядка, новый уровень для коллектива. Проект согласовали, выделили большие деньги.
Через короткое время стало ясно: у чиновников были иные планы. Оказалось, что его видели лишь «переходной фигурой» до назначения другого, «своего» человека. Ему начали вежливо, затем настойчиво предлагать уйти по собственному желанию. Водяной отказался.
Тогда включились другие механизмы: постоянные проверки, придирки, обвинения. Работники ОБХСС не могли поверить, что директор театра, в руках которого миллионы рублей, не присвоил себе часть средств. Для системы такой бескорыстный руководитель был подозрителен. Для Водяного, который привык отвечать за каждое слово и поступок, давление стало сильнейшим стрессом.
На фоне всех этих бурь его личная жизнь выглядела удивительно устойчивой. В начале 50-х он познакомился с актрисой Маргаритой Деминой. Ухаживал неспешно, нежно, два года уговаривал выйти замуж. Коллеги считали, что она согласилась слишком быстро, а он — слишком настойчив.
В итоге они прожили вместе всю жизнь. Детей у пары не было, и причин они не обсуждали публично. Маргарита сопровождала мужа на гастролях, жила его успехами, знала наизусть все роли. Для нее Михаил был не только супругом, но и главным артистом, которого она, по сути, сопровождала по жизни.
В середине 80?х, на фоне постоянных разборок вокруг театра и строительства, Михаил Водяной оказался втянут в уголовное дело о якобы совершенных им сексуальных домогательствах. Для народного артиста, директора, уважаемого человека это было тяжелейшим ударом — и по самолюбию, и по здоровью.
Он пережил два инфаркта, а затем — третий, который оказался смертельным. В 1986 году Михаила Григорьевича не стало. Его похоронили в Одессе, на христианском кладбище, там, где по сути и прошла основная часть его жизни. На могиле поставили памятник человеку искусства, который умел смешить и трогать до слез и который, как и его герои, остался до конца верным себе, даже когда система требовала уступок.
Сегодня его чаще всего вспоминают через призму киноцитат, но стоит лишь открыть старые записи одесских оперетт, чтобы увидеть: за Попандопуло, Мишкой Япончиком и театральными масками стоял очень серьезный актер, для которого сцена была не просто профессией, а способом говорить с людьми на своем честном, понятном ему языке.
Читайте также статьи:
Марина Хлебникова. Путь от "балетной школы к сцене". Испытания. Как живет певица?
Лиза Хаузер. От первых шагов до победы на чемпионате мира. Как живет биатлонистка?
Тимур Еремеев: от театра до скандалов и публичных разбирательств
От девочки из Лос-Анджелеса до международной звезды. Путь к успеху Ромины Пауэр