Е. Евтушенко.
Когда взошло твое лицо над жизнью скомканной моею, вначале понял я лишь то, как скудно все, что я имею
Но рощи, реки и моря оно особо осветило и в краски мира посвятило непосвященного меня.
Я так боюсь, я так боюсь конца нежданного восхода, конца открытий, слез, восторга, но с этим страхом не борюсь.
Я помню - этот страх и есть любовь.
Его лелею, хотя лелеять не умею, своей любви небрежный страж.
Я страхом этим взят в кольцо.
Мгновенья эти - знаю - кратки, и для меня исчезнут краски, когда зайдет твое лицо.
ПОМУТНЕНИЕ РАССУДКА.
Я увидал твоё лицо
И небо тут же осветилось,
А посмотрел на грудь твою
И всё,
В башке чего то помутилось.
Я остального не видал,
Ты мне пока что запрещала.
Но я мечтал,
Но я мечтал!
И увидать мне стало мало.
Меня охватывала дрожь
И страх порой во мне селился,
Вдруг ты не так меня поймёшь
И настучишь мне по затылку.
Я взял бутылку первача,
У деда старого взял лодку,
Тебя катал я по реке
И первачом поил красотку.
Изгнал свой страх
И дрожь ушла, видать первач помог немного,
Но где-то очень глубоко
Меня кусала всё ж тревога.
А вдруг ты будешь холодна
Иль присосёшься как минога.
Я полюбил твоё лицо
И грудь твою совсем немного.
Когда я к острову пристал,
Где раньше жил Мазай и зайцы,
Я уже знал наверняка,
Что ты покажешь мне сейчас
Всё то что прятала под час
И всё чем так ты дорожила.
Рассвет, закат, поля и рощи,
Все краски мира на холсте,
Но предложил я сделать проще.
ХлобЫснуть снова первача,
Ведь не к чему теперь ломаться,
Решил я видно с горяча
И на тебя решил забраться.