14 января на мировых товарных рынках случилось редкое событие — одновременно золото, серебро и медь установили исторические максимумы. Даже на фоне общерыночного бума (особенно среди ценных бумаг в США) это впечатляющие цифры, тем более что все указанные металлы выросли кратно за считаные годы или даже месяцы. Одновременно сошлись сразу несколько причин, большинство которых можно определить как угрозу потрясений — будь то в мировой финансовой системе или в геополитике. Подробности — в материале «Известий».
Серебро как инвестиционный актив исторически считалось «младшим братом» золота. Несмотря на явные преимущества — куда более широкое использование в промышленности, — его слабые стороны тоже хорошо известны. Это и большая сложность в хранении и транспортировке, и меньшая ликвидность. В период золотого бума 2010-х серебро оставалось на вторых ролях. Ценовое соотношение в 2020 году между золотом и серебром было близко к историческому максимуму.
Однако если золото с тех пор взлетело в два раза, то серебро подорожало более чем в четыре раза. $92 за унцию — это всё еще ниже с поправкой на инфляцию, чем на историческом пике в 1980 году, но намного больше, чем в любой другой отрезок времени, включая кратковременный взлет в апреле 2011-го. Эффект оказался настолько значительным, что затронул даже ритейл. Так, в американских гипермаркетах Costco запретили продавать более 1 унции серебра в руки из-за дефицита на рынке.
Признаки дефицита, если исходить из статистики, действительно есть. Бум возобновляемых источников энергии (прежде всего солнечной) спровоцировал рост спроса на серебро, которое, хотя и составляет только 0,14% массы среднего модуля солнечной энергетики, дает 10% себестоимости. С 2019 года потребление серебра на солнечных электростанциях росло каждый год. 2025-й еще может оказаться исключением: по данным осенью прогнозам, производители панелей могут сократить использование серебра на 7%. Сделано, однако, это будет из-за слишком высоких цен, а не благодаря конструктивным новациям, которые могли бы заменить благородный металл. Поиски альтернатив в индустрии всё еще ведутся.
В то же время с добычей серебра в последнее время всё было намного хуже. За 10 лет уровень добычи сократился на 80 млн унций в год (примерно 8%). Эту цифру можно сравнить с закрытием сразу нескольких крупных шахт. Действительно, многие производители серебра перешли на золото или смешанное производство, при котором добыча серебра страдает. Другой вопрос, насколько это сокращение может оправдать такой рост цен.
Самое же интересное в нынешних процессах заключается в том, что в последние месяцы растут не только золото, серебро и платина с палладием (хотя они, конечно, лидеры по темпам), но и совершенно «неблагородные» цветные металлы. К примеру, медь, которая тоже установила новый рекорд стоимости, подорожала с начала прошлого года в полтора раза. Растут в цене алюминий и никель. При этом общий фон на рынках остается умеренным. Мы не видим ралли в нефти, несмотря на то что обострение ситуации вокруг различных нефтегазовых держав по идее должно быть на руку черному золоту. То есть речь идет о подъеме исключительно металлов, в авангарде которого идут драгоценные элементы. В чем могут быть причины?
Инфляция и кризис вокруг ФРС
Страх перед новым всплеском роста цен в развитых экономиках и в первую очередь США велик. До сих пор инфляция остается выше 2,5%, что очень много по меркам последнего 20-летия. Ситуация усугубляется еще и тем, что ставки в сравнении с прошлыми годами по-прежнему крайне высокие, но цены это не сбивает. А тут еще и президент США Дональд Трамп пытается снять с должности главу ФРС, рассчитывая его заменить на более сговорчивого банкира.
— В понедельник пришла новость о том, что в отношении главы ФРС Джерома Пауэлла прокуратура начала расследование. Это вполне однозначно трактуется участниками рынка как давление со стороны Трампа на главу ФРС с целью подтолкнуть его к решению о снижении ставок, — говорит заведующий лабораторией денежно-кредитной политики Института Гайдара Евгений Горюнов.
По его словам, это чрезвычайно опасный прецедент, подрывающий доверие к американской валюте, которое во многом держится на понимании, что ФРС от правительства и президента независима, а значит, печатный станок не будет включаться по звонку из Белого дома.
Финансовый суверенитет и валютные риски
Санкции против России и заморозка российских резервов (а теперь и попытки их конфисковать окончательно) заставили напрячься крупнейших игроков в мировой экономике. Доллар и евро потеряли статус «нейтральных» активов, окончательно оформилось их превращение в политический инструмент.
По словам аналитика Центра экономического прогнозирования Газпромбанка Валерии Багишвили, рост цен на золото действительно отражает геополитический спрос на «финансовый суверенитет».
— Центральные банки стран вне долларового блока (Китай, Турция, прочие страны Ближнего Востока и Азии) последовательно наращивают золотые резервы с целью дедолларизации и нивелирования санкционных рисков. За 10 месяцев 2025 года чистые покупки мировых ЦБ составили около 320 т золота, что в 1,5 раза выше доковидного среднегодового уровня, — констатирует эксперт.
Как заметил аналитик по суверенным и региональным рейтингам рейтингового агентства «Эксперт РА» Кирилл Лысенко, опережающая динамика стоимости драгоценных металлов во многом связана с непредсказуемой динамикой стоимости валютных и финансовых активов в обозримом будущем.
— Когда говорят, что золото, серебро и тому подобное являются защитными активами, регулярно вспоминают про инфляционные риски, но часто упускают из виду валютные риски. В 2025 году доллар показал себя очень слабо (–9% г/г). Соответственно это сильно нивелировало доходность американских финансовых инструментов для иностранных инвесторов. В частности, это касается и центральных банков. В условиях негативной динамики курса доллара реальная доходность американских государственных облигаций (традиционный ключевой инструмент накопления ЗВР) в перерасчете на национальные валюты оказывалась также существенно ниже, — напоминает собеседник «Известий».
Кроме того, отмечает он, в реалиях геополитической напряженности более выраженными становятся санкционные риски. Хранение инструментов в зарубежных банках и депозитариях в новых реалиях обретает повышенные риски, в частности, для Китая.
Объективный спрос экономики
Как объясняет Багишвили, к серебру эти рассуждения едва ли применимы.
— Серебро почти не используется в официальных резервах, так как его хранение менее удобно, рынок менее глубокий, а волатильность выше. Центральные банки практически не рассматривают серебро как резервный актив. Рост цен на него обусловлен в первую очередь увеличением спроса со стороны инвесторов и промышленности, а не государственных регуляторов. Вдобавок рынок серебра дефицитен пятый год подряд: добыча стагнирует, а спрос растет. Запасы серебра на биржевых складах Лондона, Шанхая и частично COMEX в 2025 году существенно сократились, отражая переток металла в Индию и другие азиатские центры потребления, — указывает Валерия Багишвили.
Что касается роста цен на платину, то собеседница «Известий» связывает его с восстановлением спроса со стороны водородных технологий, производителей ювелирных изделий и инвестиционным интересом.
— В 2025 году спрос на платину со стороны ювелиров, по предварительным оценкам, вырос на 11%, а объем инвестиций в монеты и слитки увеличился на 45%. При этом добыча в ЮАР была ограничена из-за частых энергосбоев, требований экологической политики и санкций, — отметила эксперт.
Формирование запасов
По словам Кирилла Лысенко, ко всему добавляются и геополитические риски. В условиях неопределенности, связанной с торговыми войнами, прогнозирование доходности финансовых инструментов (особенно высокорисковых) усложняется. Кроме того, многие страны на случай обострения ситуации в мире со времен пандемии COVID-19 начали делать запасы. Это касается не только золота и нефти, но и, например, продуктов питания. Тем более важно сделать запасы металлов. Это вдвойне удобно, потому что в случае разворачивания полноценного конфликта между великими державами было бы очень полезно иметь «заначку» критически важных материалов и развернуть военное производство независимо от других стран, включая и вероятных противников. Ну и металлы намного проще хранить и продавать, чем какие-либо другие активы, особенно в ситуации санкций.
Стран, которые в 2025–2026 годах могли бы пойти на такие инвестиции, более чем достаточно — нынешняя напряженность в той или иной мере коснулась всех. Но особо стоит выделить Китай, который обладает практически бесконечными возможностями по игре на таком рынке. Именно участие КНР (доказать которое на фактах на данный момент невозможно) могло подстегнуть цену на металлы по всему спектру.