Из сборника рассказов "Коленные чашечки", Москва, Стеклограф, 2025
Синий пёс, с желтыми, горящими светофором глазами, смотрит из красного альбома по искусству. Внутри всё незнакомо. Розовый мир. То ли дело там, снаружи. Геометрия простых бытовых вещей. В реальном мире. В этой квартире, где он стоит на полке у стеклянного шкафа, закрывая собой керамическую глубокую тарелку и стеклянные фужеры для праздника.
- Какой у нас план? - Коля пришел, увешанный пакетами продуктов, как ёлка, ветки которой провисли под тяжестью особенно редких и больших стеклянных персонажей сказок.
- Оливье, под шубой, холодец... Курицу надо?
- Сама смотри. Я взял, но мне кажется, что не дойдет!
- Окей. Ну, пару кусочков. На всякий?
- Сойдёт! А, чего опять мы всё делаем? А они что?
- Перестань! Они к чаю принесут!
- Так, до чая не дойдет, как обычно…
- Ну, потом съедим! Главное придумать развлечения. Петарды купил?
- А надо?
- Конечно, надо!
- Может, просто бенгальскими обойдёмся?
- Слушай, раз в год можем мы пульнуть в небо?! - её зрачки расширились.
- Я бы сказал... - снял очки, потёр глаза. - Я уже скоро сам взорвусь, предупреждаю! Третий раз не пойду!
- Ну, как хочешь. Надо ещё мандарины.
Вспотевшая от пара вареной картошки и включенной на максимум батареи, Марина творила на кухне кулинарный супрематизм. Симметричные кубики докторской колбасы, моркови, соленого огурца покрывал майонез. В поте лица заправлялась селёдка, укрывалась свекольной шубой.
- Кооооль, достань проверь гирлянду! Мигают колокольчики?
- Ооо - только сев за компьютер, - а это обязательно?
- Желательно! Что, голая ёлка должна стоять?
- Мне от этой ёлки. Ты знаешь! Сама потом будешь всё подметать от иголок.
- Конечно, буду! Не нуди! Надо ещё тебе пику вставить. Я сейчас доделаю и буду наряжать.
- Я бы вставил одну пику.
- Перестааань!
После намазанных, натёртых, нашинкованных, фаршированных, перемешанных ритуальных танцев с фарфоровыми красочными блюдцами, стеклянными глубокими чашами и алюминиевыми двух и трёхлитровыми кастрюлями в розовой цветочек, Марина села. На диван. В зале, у голой обмотанной колокольчиками сосны, со слегка кривым стволом и лысоватой верхушкой. Она смотрела на неё теми глазами шестилетней Мариши, в бархатном тёмно-синем платьице от Деда Мороза. Она уже спела песню про лесного оленя, станцевала ламбаду под Джо Дассена и получила долгожданную мозаику! На двести пазлов! Целых двести пазлов "Белоснежка и семь гномов".
- А, что мы дарим, кстати?
- Бутылку и гель для душа!
- Ого. Если пить, то чистым!
Оба засмеялись, как тогда, в новогоднюю ночь на третьем курсе, когда Антоха обдал фонтаном шампанского пол стола присутствующих. Случайно! Было чуточку мокро, капельку обидно и сильно смешно. Марина потом долго ворчала из-за пятен на платье. Но больше потому, что хотелось фотографироваться.
- И сделаем пару кадров вначале, ладно?
- Начинается…
- Я прошу тебя! На память!
- Помнить надо вот тут! - Коля тыкнул себе в правый висок и одел наушники.
Было уже без двадцати десять, когда Марина скинула красный хлопковый халатик с кантиком кружева на рукавах и натянула элегантное бирюзовое платье с художественными пятнами. Дизайнерское.
В центре комнаты, у ёлки, стоял накрытый стол. Поля лаванды заслонили собой салатницы, розовые тарелки с бабочками и богемские фужеры.
Любимый стеклянный синьор груша, купленный десять лет назад, в первый их Новый год, неслышно играл на скрипочке в окружении шаров, Пятачка, Карлсона и светящихся огоньков. Вот-вот должны были прийти друзья.
- Я нормально выгляжу?
Коля быстро глянул, не спуская наушники с ушей.
- Отлично!
- Ты собираешься переодеваться?
- А зачем мы это делаем?
- Кооль! Ну, хоть день в году можно быть красивым!
- Спасибо. Класс! Я все понял.
- Ну, е моё, я имею ввиду нарядным, Коль.
- Ага... Продомофонят - одену рубашку!
Они ждали Светку, которая со всеми финансовый брокер в строгом черном костюме, эксперт по инвестициям. Но с ними верна традициям: пьёт, не понижая. За пятым шотом вспоминает кота Шрёдингера.
- Какого х**а!
Вдруг за окном полыхнуло. Ни петарда и ни салют. Ни ракетница. А… Ракета!
- КООЛЯЯЯ!!!
- ТИХО!!! Быстро ложись пол ёлку!!!
- ЧЕГО?!!
- ЛИЦОМ ВНИЗ!!
Новогодний сюрприз. Полыхнуло в соседнем доме напротив. В наряженной к празднику комнате погас свет.
Больше. Ничего. Нет.
Больше. Никого. Нет.
Больше.
Нет.
- Свет!!!! Вы где?!!! Вы едете?? Вы живы??— тушь растеклась на покрасневших щеках. Красные ногти Марины тряслись, как серебряные ложки. Правая ладонь еле держала телефон у уха. У Коли пульсировало виски, подскочило давление. Остро резало в груди слева. Возможно, полетела сотовая связь, мама не брала трубку.
- Мы уже на мосту! Недалеко. Видели вдали чё-то полыхнуло!! Какого черта???
- Светик, осторожнее, пожалуйста!!!! Давайте скорее к нам!!
- Мариш, я не...- связь оборвалась.
- Ааа?? Свет??? СВЕЕЕЕЕТИК?!!!!! СВЕЕЕТИИИИКК!!!!!
КККККК
Заикаясь, запинаясь, захлёбываясь соплями в красной помаде. В смятом платье, спрятавшись под большой украшенной сосной.
- Ты со мной, ты со мной, ты со мной - нервно и испуганно зажевало пластинку. Хваталась за шею Коли. Он в ужасе её прижимал к себе, набирая, набирая номера.
- Ни**а! Не отвечают!!!
- Ты со мной, ты со мной, ты со мной
Ты со мной, ты со мной, ты со мной …
- МАРИИИИШ!! - вдруг встряхнул её, как ту прогнувшуюся под тяжестью ветку. - МАРИИИИШ, УСПОКОЙСЯ!!! Я ЗДЕСЬ!! ЗВОНИ МАМЕ!
Тут снова бабахнуло где-то слева. И завыло что-то за окном.
Несколько машин заиграли траурный марш.
- МАМА!!! МАМ, ВЫ ДОМА??
- Дома, конечно, что случилось? МАРИШ??
На секунду показалось, что всё приснилось. Матрица. Этого не было. Не было. Окна в доме напротив зияли черными квадратами. В комнате замерцал свет.
- НЕТ, НЕТ НИЧЕГО!!
Коля посмотрел на неё одичалыми глазами нарисованного пса в красном альбоме.
- НИЧЕГО, МАМОЧКА!! МЫ ДОМА! С НОВЫМ ГОДОМ, МАМОЧКА!
- Так, рано же ещё??
- С НОВЫМ ГОДОМ!!!