Сухой закон хотел чистоты. А получил чистый виски от человека, который никогда не разбавлял товар. Билл МакКой продавал шотландский и канадский алкоголь за трёхмильной чертой, не платил мафии и не лгал клиентам. За это его поймали. За это же запомнили. Фраза «The Real McCoy» пережила и его, и время запретов.
Ранние годы: от яхтсмена до рум-раннера
Билл МакКой родился в 1877 году в Сиракузах, штат Нью-Йорк, в семье моряков. С девяти лет он уже ходил на лодках. К двадцати стал капитаном яхт-клуба в Джексонвилле, Флорида. Перевозил туристов на Багамы. Жизнь была спокойной. Пока в 1919-м бары не опустели.
МакКой увидел шанс. Купил шхуну Arethusa. Первая ходка — из Нассау в Нью-Йорк. 1500 ящиков премиум-виски. Ни капли воды.
Таможня на Багамах заподозрила. Ящики спрятали под рыбой. «Рыба воняла, виски — нет. Таможенник понюхал и ушёл. Я подумал: вот и весь сухой закон — один нос», — писал он в мемуарах.
Клиенты платили втридорога. «Если клиенту нужна вода — пусть набирает в реке», — вспоминал он позже. К 1921-му у него уже была вторая шхуна, Tomoka. Бизнес рос. Репутация — тоже.
Rum Row и методы: шхуны, радиопомехи, честный бутлегер
К 1922 году у побережья Нью-Джерси выстроилась цепочка кораблей на якоре. Rum Row. МакКой стоял на Tomoka под британским флагом. Груз — официально для Багам. На деле — для Нью-Йорка и Бостона.
Мелкие лодки, «москитный флот», подплывали ночью. Забирали по 50–100 ящиков за раз. Радиопомехи заглушали сигналы береговой охраны. Ложные флаги путали патрули. Фальшивые документы. Двойные днища. Грузы под видом рыбы или фруктов.
Один раз шторм чуть не утопил Tomoka. "Волна ударила — ящики летели за борт. «Это не потеря, это жертва Нептуну!» — крикнул я. Экипаж засмеялся. Мы спасли остальное."
Гангстеры предлагали защиту. «Плати, или утонешь». «Мои шхуны плавают на виски, а не на угрозах», — ответил он.
МакКой никогда не разбавлял виски. Даже когда сырой спирт стоил копейки. «Я сам себе синдикат», — говорил он, отказываясь платить мафии.
Перевозил сотни тысяч ящиков. Без единой капли разбавленного спирта. В книге он описывал типичный день: «К утру флот исчезал. К вечеру — возвращался. Клиенты знали: здесь нет подделок. Только то, что выдержалось в бочках, а не в головах бутлегеров».
Поймали его в ноябре 1923-го. На борту — 5000 ящиков. Береговая охрана открыла огонь. Tomoka сдалась. «Я поднял белый флаг: Виски дороже гордости».
На суде МакКой заявил: «Я был за трёхмильной чертой. Продавал виски — и хороший виски — любому, кто хотел купить». Его осудили. Единственный крупный рум-раннер, попавший за решётку за контрабанду.
Наследие: тюрьма, Флорида, вечная фраза
Девять месяцев в Атланте. Вышел в 1924-м. Ушёл в недвижимость во Флориде. Один клиент спросил: "Это настоящий МакКой?" «Дом — да. Виски — уже нет», — улыбнулся он.
Написал книгу «The Real McCoy» в 1931-м. Без раскаяния. Умер в 1948-м от сердечного приступа.
Фраза «The Real McCoy» вошла в Оксфордский словарь как синоним подлинности.
Его виски лился в спикизи Нью-Йорка, где джаз заглушал страх ареста. Сегодня бары с паролями и ретро-атмосферой отсылают к той эпохе.
А в 2020-х австралийская компания Real McCoy Spirits запустила бурбон под его именем — с ванилью и дубом, без воды. МакКой бы ухмыльнулся: чистый товар. Чистая репутация.