История о биткойнах, недавно найденных ФБР, всё больше напоминает сюжет сериала, где клад уже выкопали, но никто не может решить, чей он. Формально криптоактивы находятся под контролем американских властей, но фактически вокруг них выстроилась очередь из желающих, включая само правительство США. Где-то на фоне маячит и Иран, который официально ничего не просит, но внезапно может оказаться «владельцем» всего этого цифрового золота.
Эта история начинается с майнинг-пула LuBian, который к 2020 году накопил около 127000 биткоинов. Деньги были добыты в рамках крупного майнингового проекта, связанного со структурами Iran and China Investment Development Group. Затем с ними произошла забавная история, когда все криптокошельки взломал так называемый «этичный хакер», который вывел все средства и… ничего с ними не делал. Биткоины несколько лет просто лежали, дожидаясь своего часа.
Время пришло, когда блокчейн-специалисты и правоохранители восстановили цепочку транзакций. В итоге активы оказались под контролем ФБР, а вместе с ними и вопрос о том, кому всё это, собственно, принадлежит?
Иранский след
Некая группа требует, признать в судебном порядке, эти биткойны собственностью Ирана. Их логика достаточно проста: если доказать, что LuBian был «инструментом» иранского государства, то криптоактивы можно обратить в счёт компенсаций «жертвам» нынешнего руководства исламской республики. Таким образом биткойны внезапно могут превратится из абстрактного цифрового актива в потенциальный финансовый инструмент для обеспечения выплат на миллиарды долларов.
О чем думает само правительство США?
Такой жирный кусок никак не может пройти мимо прирожденных американских финансистов. Американские власти подали собственный иск — о конфискации этих же биткоинов в рамках уголовного расследования. В нём речь идёт уже не столько об Иране, сколько об отмывании денег, мошенничестве и других преступных схемах вокруг владельцев Iran and China Investment Development Group и связанных с ними структур.
Получается, что США одновременно выступают и хранителем спорного актива, и стороной, которая хотела бы оставить его себе. Формально такое решение будет показывать торжество закона, борьбы с преступностью и потребность «причинять добро». Неформально, это лишь покажет, что десятки миллиардов долларов ещё ни разу никому не помешали.
Скорее всего, деньги изымут под любым предлогом, аккуратно обойдя вопрос «чьи это биткоины вообще». Правительство США будет настаивать не на праве собственности, а на том, что активы являются доходом или инструментом преступной деятельности. Это универсальный ключ, который американская юстиция использует годами и который почти никогда не подводит.
Поводом для конфискации может послужить заявление, что биткоины были получены в рамках схем, связанных с мошенничеством, отмыванием денег и нарушением санкционного режима. Даже если допустить, что собственником криптоактивов является Иран, это лишь усилит позицию властей — санкции автоматически делают активы «токсичными», а значит подлежащими изъятию. В таком случае суду даже не придётся устанавливать конечного бенефициара. Достаточно будет признать, что законный владелец либо неизвестен, либо не может легально претендовать на средства.
Второй удобный предлог — отсутствие легитимного истца. Хакер не может прийти за украденным, LuBian фактически не функционирует, Иран официально не заявляет прав, а частные истцы — это всё-таки третья сторона. В такой конструкции государство оказывается единственным «разумным хранителем» активов, а временное хранение, как показывает практика, имеет неприятное свойство становиться постоянным.
Наконец, есть и более изящный вариант: суд может признать, что средства подлежат конфискации в рамках уголовного дела, а уже потом правительство будет годами решать, кому и в каком объёме что компенсировать. Формально — в интересах справедливости. Фактически — деньги окажутся в распоряжении казны, а споры о распределении вместе с заявлениями и доказательствами попадут в долгий ящик, где они и будут тихо пылится на полках до скончания веков.
Криптовалюта и «законность» как зеркало эпохи
Эта история наглядно показывает, во что превратилась криптовалюта спустя полтора десятилетия после своего появления. Она больше не может гарантировать свободу от государста и банков. Спецслужбы в любом случае рано или поздно будут определять настоящих владельцев криптовалюты, а суды будут выносить «независимые» решения.
Ирония в том, что биткоин задумывался как система «без доверия», а теперь его судьбу решают самые классические институты власти — суд, государство и правоохранительные органы. Судя по всему, именно им и предстоит поделить эту цифровую «заначку». Если, конечно, кто-нибудь ещё не заявит свои права.
Между тем, в Белоруссии подписан указ о создании условий для работы криптобанков.