Вот не хотела и не собиралась я читать эту книгу Анны Теплицкой. Но слишком заинтриговали отзывы коллег здесь, на Дзене. И темы в книге звучат мои любимые – жизнь в Петербурге и взаимодействие героини с психологом (точнее – гипнологом).
Ну и прочитала. И что хочу вам сказать: не пожалела ни капли, что потратила время на эту книгу. Да и читается она просто стремительно – темп действия задан не только взрывным характером главной героини, но и тем, как автор выстраивает действие, характеры, внутренние монологи.
В начале нового года все мы (ну почти) мечтаем начать какую-то новую жизнь. Вот и Нино, героиня Анны Теплицкой, этого хочет. Вернее, хочет избавиться от прошлой жизни, потому что ей внутри этой жизни очень плохо.
Кстати, подзаголовок у книги – «Антироман о любви». Действительно, субъективность, деконструкция героев, нелинейное повествование отсылают нас к этому жанру. Но главное здесь, конечно же, «о любви». Да, у Нино есть муж и любовник, и мы понимаем, что и от других мимолетных историй она не отказалась бы. Но как ни странно – все, что она делает – это действительно просьба о любви. Той самой: глубокой, принимающей, прощающей. Не мои слова: тот, кто, казалось бы, меньше всего заслуживает сочувствия, тот на самом деле в нем больше всего нуждается. Они вспоминались мне несколько раз, пока я читала о метаниях Нино.
Сюжет вам не буду рассказывать, уже несколько раз мои коллеги-книжные блогеры говорили об этой книге. Напишу о своих впечатлениях и мыслях.
Про главную героиню
Можно описать героиню так: дочка богатых родителей, неработающая жена состоятельного мужа, отвратительная хозяйка и плохая мать. А можно так: девочка, выросшая в семье грузина и русской, где отец-тиран был занят зарабатыванием денег и темными делишками; познавшая первый опыт близости с ровесником отца (по совместительству отцом своей лучшей подруги), выдернутая родителями из обожаемой солнечной Грузии в серый промозглый Петербург.
Нино яркая, дерзкая, эпатирующая, ироничная и весьма не глупа. Но. Как будто существует только ее оболочка. Внутри у Нино нет ничего, кроме ее реакций на внешний мир. Вернее, так: у Нино внутри нет самой себя. Почему ей никто не объяснил, что может быть самое главное – это обрести себя, а не только отношения с кем-то. Вот характерное наблюдение этой молодой женщины, а по сути – подростка:
«Дождалась, пока из кабинета психологини выйдет плюшевая старушка, похожая на свою маленькую туго набитую сумку-розеточку с жемчужными бусинами, – бог мой, в таком-то возрасте, зачем ходить к психотерапевтам? Что же непонятного может быть в жизни бабули – твой муж, любовник, все друзья уже наверняка умерли».
Наступил момент, когда Нино не только ощущает эту заполнившую ее пустоту, но и решает что-то менять с помощью психолога и гипнотерапевта. И постепенно понимает, что память сыграла с ней злую шутку. Все, что она помнит о своей юности на самом деле происходило не совсем так, как она помнит об этом.
Про Петербург
У Теплицкой ну о-очень некомплиментарный образ Петербурга. Наверное, именно таким город кажется южанке, привыкшей к ярким краскам, солнечному свету и теплу. И для которой Петербург так и не стал «своим» городом:
«Говорят, настоящий петербуржец различает до тысячи оттенков серого цвета, я, как истинная картвелеби, вижу однотипную тусклость, будто бы модератор города, режиссер, тяготеющий к классическому нуару, раз за разом убирает с реальных цветов всю насыщенность. Горожане видели во мне гостя, от которого надо скрыть истинную сущность Петербурга. «Я здесь живу», – уверяла я, но они недоверчиво хмыкали».
А вот еще более жесткие слова. Ну просто Гоголь и Достоевский в одном флаконе:
«Алискина прабабушка – блокадница рассказывала ей про питерских крыс. Тогда они заполоняли весь город. Спасались от наводнений, поднимаясь из подвалов. Волосатые, огромные, они жрали все, что попадалось. Попадалось немного, и тогда они принимались за детей. С тех пор в моем сознании петербуржцы и крысы слились в одно, жители города должны были стать такими, чтобы выжить».
Положа руку нА сердце – все это в Петербурге действительно есть:
«Разбитые дороги, грязные набережные, раздолбанные подворотни, огромные лужи и коренные петербуржцы, любящие свой город до сумасшествия, но маскирующие это хмурым видом, снующие, как крысы по его внутренностям, только им известным закоулкам – они способны дойти от дома до работы по сквозным дворам, не высовываясь на туристическую поверхность».
Про эротические сцены
Я человек взрослый и разумно-консервативный)) но точно не ханжа. Ничего и нигде не резануло и не вызвало «фу» или «фи». Все эти эпизоды мотивированы, все диктуются логикой поступков героини (ну, ее своеобразной логикой, конечно). Думаю, что без этих сцен образ Нино был бы неполным и не таким жизненным.
Анне Теплицкой удалось, по моему мнению, написать эротические сцены без пошлости. Но для кого-то и это будет слишком. А я, например, с содроганием вспоминаю, что ничего более пошлого, чем физиологические подробности отношений в «Сто лет одиночества» я не читала. У всех у нас порог восприятия разный)))
А героиня у Теплицкой действительно удивительно жизненна. Веришь в нее с первых страниц. И женская рефлексия, которой наполнен роман – универсальна. Не только дочь богатого грузинского папы и жену высокооплачиваемого мужа – сотрудника таинственных служб – может настичь внутренняя пустота и страсть к саморазрушению. Не только посетительница самых пафосных ресторанов на Рубинштейна кричит своими эпатирующими выходками: вот она я, я живая, вы любите меня?
Что мне не понравилось?
Да, есть и такое в книге. Я довольно консервативно отношусь к языку. Поэтому все эти современные словечки: "психологиня", "авторша" и т.п. меня коробят. Я понимаю, что язык современных литературных тестов отражает языковую ситуацию в обществе. Но. Видимо, я не согласна с самой этой языковой ситуацией))) Ну и слова Ахматовой о том, что она не поэтесса, а поэт о многом говорят. В вопросе профессионализма тема гендера звучит иногда просто глупо.
Видела информацию, что у романа «Нино и ее призраки» будет продолжение.
Я читать точно буду. А вы?