КАК НЕБО ВМЕСТИЛОСЬ В ЯСЛИ: Божественное достоинство Младенца Христа

Если бы вселенная могла чувствовать, в ту Вифлеемскую ночь её бы охватил священный трепет. Церковные песнопения Рождества приглашают нас взглянуть на ясли именно так — глазами самого мироздания. «Слыши, небо, и внуши, земля, да подвижатся основания!» — восклицает гимнограф. Почему вся тварь должна содрогнуться? Потому что её абсолютный Творец и Владыка, Кто Своей державной рукой «создавший тварь», Сам теперь созидает Себе «вместилище» в утробе Девы. Представьте архитектора, который входит в построенный им дворец не как хозяин, а как беззащитный младенец, рождаясь в его самом скромном, тёмном углу. В этом — «глубина богатства и премудрости Божией»: непостижимый путь, где всемогущество проявляется через добровольную немощь.

Парадоксы на этом не заканчиваются — они лишь нарастают, создавая поразительную картину. Тот, Кто некогда питал целый народ в пустыне, ниспосылая с неба хлеб-манну, теперь Сам, как обычный младенец, питается материнским молоком. Тот, Чьим словом утверждены небеса, лежит, повитый пеленами. Тот, Кто держит в Своей длани концы вселенной, возлежит в яслях для скота. В этих контрастах — вся суть Рождества: небесный Жених, пришедший обручиться с человечеством (Церковью), принимает дары волхвов как Сын Девы. Величие не упраздняется, а добровольно облекается в малость, чтобы стать близким.

Это добровольное «обнищание» Бога поражает даже вместилище, в котором оно происходит. Поэзия богослужения задаёт вопрос от лица самого вертепа: «Невместимый естеством, Христе Царю, как примет Тебя малый вертеп? Как ясли смогут Тебя вместить?» Сущность Бога, которая наполняет небо и землю, которую не может вместить храм Соломона, теперь умещается в тесных яслях. Это чудо становится возможным потому, что Невместимый приходит «в своя» — к Своему творению, приняв ограниченную человеческую плоть, чтобы спасти заблудших. Он не уменьшился в Своём божестве, но, оставаясь всемогущим, добровольно подчинился законам Своего же творения.

Самым пронзительным свидетелем этого величайшего парадокса становится Матерь Божия. В песнопениях мы слышим Её изумлённый шёпот, обращённый к Младенцу на Её руках: «Что это за странное и величайшее чудо? Как я ношу Тебя, носящего словом всё созданное?» Она, «Неискусобрачная», держит на ладонях Того, Кто держит миры, и удивляется: «Как я, питая Тебя молоком, буду вскормлять Питающего всю вселенную?» В этом материнском недоумении — ключ к поклонению. Через её слова мы исповедуем «безмерное снисхождение» Бога, Который, оставаясь Сыном и Творцом, становится Её Сыном по плоти. И именно это немыслимое, славное истощание и есть сила, спасающая погибающий мир.

Подписаться на канал в МАХ (работает даже при ограничении интернета)

Нажмите, чтобы написать записочки о молитве в МАХ