«Нерпа» родилась под счастливой звездой. Так можно подумать, перебирая в памяти неординарные личности людей, стоявших у руководства на различных этапах его развития. Каждый из них был безусловной личностью, преданной своему делу. Отдав заводу весь жар своей души, талант и знания, они еще при жизни стали частью его истории. Их именами названы улицы города, их разум и воля живут в делах их учеников и последователей, продолжается неоконченный ими путь…
17 января исполнилось 88 лет со дня рождения Валентина Бирюкова, личность которого сыграла определяющую роль в судьбе нашего предприятия. Сегодня на заводе и в Снежногорске мало осталось людей, которые видели и знали Валентина Александровича в лучшую пору его деятельности и здоровья, а также в заключительные годы его жизни, когда он переживал сложнейшие жизненные и производственные обстоятельства, вытаскивал себя из, казалось бы, невозвратимых состояний и одержимо возвращал себя к сложной и тяжелой работе. Незаслуженно и без сопротивления имя Бирюкова часто замалчивается и принижается в истории завода «Нерпа» с креном к другим именам и событиям. Меткие и образные ворожения его речи начинают приписывать другим людям и другим ситуациям.
Формально Валентин Бирюков был третьим главным инженером в истории молодой «Нерпы». Но по объему сделанного, по принятым и реализованным решениям, по сроку работы на заводе – он был первым.
Привлечение Валентина Бирюкова в качестве главного инженера было выбором тогдашнего директора Валентина Мурко и генерального директора ПО «Север» Александра Зрячева. Этот выбор был согласован с Североморским горкомом КПСС и утвержден на Коллегии Минсудпрома. Валентин Александрович вместе с семьей приехал во Вьюжный в 1972 году. Он сразу постарался вникнуть в курс дел по заводу, и главное, по стройке. Вместе с Мурко участвовал во всех многочисленных совещаниях со строителями, особенно касающихся строительства энергообъектов – блока котельных, энергоблока, насосных станций, объектов поселка.
Время и государство не могли ждать, поэтому основные процессы шли одновременно: строился завод, вводились корпуса и участки, пробовалась и быстро возрастала производственная нагрузка, численно и структурно рос коллектив завода, увеличилось население Вьюжного. 1972 – 1990 годы – период определяющего развития «Нерпы», ее «золотой век». В этот период завод заявил о себе, как о мощное судоремонтное предприятие, и устойчиво отметился на картах и планах Военно-морского флота. Большинство, что есть на заводе и в городе, связано с именем Бирюкова. Архитектурный и производственный рисунок зданий и мощностей, техническая инфраструктура, основная компоновка производственных участков связана с ним.
Более двух десятилетий Бирюков возглавлял технические службы завода и внес большой вклад в развитие инженерных служб завода. Под его руководством созданы основной каркас производственных и технических подразделений, система взаимодействия и функционирования, серьезная техническая база, обеспечивающая решение задач любой сложности при ремонте ПЛА, ДПЛ, надводных кораблей и судов. Первые перегрузки ОЯТ и ЯЭУ атомных подводных лодок с демонтажем и заменой ЦНПК и парогенераторов; освоение новой импульсной аппаратуры по управлению ядерной энергетической установкой АПЛ; амортизация блока ПТУ АПЛ без вырезки отсека; организация и ввод в эксплуатацию производственных участков и цехов; первые постановки плавдока ПД-42 на подводные опоры и первые заводки АПЛ в объект 11 – эти, и многие другие операции были проблемно-сложными, потому что были первыми в истории «Нерпы». Уже потом они превратятся в стандартные операции, которые сегодня воспринимаются привычно.
Валентин Бирюков взвалил на себя не только заботы об организации производственного процесса, но и созданию городской инфраструктуры. Вдвоем с Валентином Мурко они практически с нуля, среди голых сопок отстроили город судоремонтников, настояли, чтобы объекты культуры и образования возводились по самым современным проектам, мечтали о городе будущего со стеклянными переходами между верхней и нижней террасой, цветными многоэтажками, музыкальной школой с концертным залом, Дворцом культуры с движущейся сценой. И многое им удалось воплотить в жизнь, потому что не жалели ни сил, ни здоровья, ни времени на воплощение этих благородных задач.
В сегодняшних школах города трудно угадать первоначальный индивидуализм обеспечения и «гувернантского» воспитания для детей. Первые руководители сопрягали свои обязанности и свою деятельность с понятным родительским стремлением не упустить время развития детей заводчан. Для школ - обычных образовательных, музыкальной и спортивной, для дома культуры, Валентин Александрович был определяющим лицом, отзывчивым на решения проблем, организатором решения реальных имущественных и строительных вопросов. Привоз во Вьюжный первого фортепиано тогда был целым техническим мероприятием и важным событием, а организация первого концерта ансамбля «СуЗаНе» Александра Кнырика стала ярким культурным событием поселка.
- Валентин Бирюков тянул на себе такой груз задач, что не под силу обыкновенному человеку. Это удел всех неравнодушных, неординарных людей, наделенных особым даром созидания и самопожертвования. Его жизнью был задан высокий стандарт открытого и совестливого отношения к выбранному делу, к выполняемой работе, к коллективу завода и жителям города. Его стилем была системность и постоянство распорядка в организации повседневной работы, - так скажет потом о своем предшественнике Ростислав Римденнок, главный инженер «Нерпы» с 1998 по 2011 годы.
Готовя к публикации книгу «Подводный истребитель», Николай Ярехтович Щербина с особой теплотой отозвался о Валентине Бирюкове.
- Главный инженер завода, Валентин Александрович, был для меня человеком близким. Он отличался доверчивостью и искренностью. Импонировало в нем то, что свою нелегкую ношу главного он тащил с удовольствием и в охотку. Бирюков был настоящий боец. Несмотря на перенесенные инфаркт и инсульт до своих сорока, он трудился на редкость самоотверженно.
Сохранились фрагменты записной книжки Валентина Александровича Бирюкова, в которой все: встречи, рабочие планы, распорядок дня, собственные мысли… Все уместилось на пожелтевших страницах. Записи этого замечательного человека и специалиста поражают своей искренностью. Они звучат, как исповедь перед собой и всеми, кто окружал его по работе многие годы. Они заслуживают того, чтобы стать достоянием многих, ибо своим содержанием призывают всех быть чище и справедливее в этом мире.
Валентин Бирюков собирал вокруг себя самых разных людей и ценил их прежде всего по реальным делам, а не по статусу и должности. На производство он смотрел, как на неразрывное сочетание мощностей, рабочих сил и инженерного интеллекта специалистов.
Поражала широта его эрудиции и взглядов. Он был всесторонне развитым человеком, много читал. Одна из комнат в его квартире была похожа на сельскую библиотеку. Она целиком была отведена под книги, с расположенными дощатыми стеллажами не только по периметру, но и поперек комнаты. Он читал деловую и техническую литературу, много и глубоко знал писателей и поэтов, которых в ту пору не было в общепринятых образовательных программах. Даже в ходе длительных и тяжелых совещаний находил минуту переключения и мог говорить о последнем номере «Альманаха библиофила», Евгении Баратынском, Александре Солженицыне. С людьми знающими это сразу устанавливало своеобразный пароль, и на них потом, отойдя от этих коротких разговоров он смотрел иначе.
Несмотря на свою руководческую броню, Валентин Александрович порой чувствовал себя обескураженным перед скабрезностями или перед проявлениями полной бестактности и действий невпопад. Он органически не переносил горлохватов и карьеристов, отторгался от проявления неучтивости той поры, твердо веруя и убеждая своих подчиненных, что постоянная работа и грамотные технические решения со временем все расставят по местам.
Любая неумеренная работа не прибавляет здоровья. Но губительнее всего в таких случаях бывает недооценка ее другими людьми, коллективом, а то и противодействие такой работе. Когда основные силы уходят не на решение проблем и задач, а на преодоление противодействия, не имеющего внутри ничего кроме скрытой склоки и возни. В силу определенных обстоятельств многолетняя связка, как альпинистов-восходителей директора и главного инженера была нарушена. Московская перспектива Валентина Мурко требовала обрезать эту связку, а в резерв на замещение был включен другой человек. Валентин Бирюков был оставлен в роли главного инженера. Он тяжело переживал обрезание «альпинистской связки», устранение его из кадрового резерва, оттирание его из центра событий завода. Последовали инсульты, после которых он сложно и трудно восстанавливался от потери движения и речи до возвращения на работу. Жители города той поры помнят его, натаптывающего моционные круги вокруг поселка. Ходил он обычно вечером, чтобы не отягощать своим видом встречных и не демонстрировать им свое состояние. Пытаясь отыграть у жизни еще время, он ходил пешком на работу.
Перспективу свою он чувствовал и принимал мужественно. Однажды он, сидя в «газике», попросил водителя остановить машину и прибавить громкость. Пел Высоцкий, как всегда, хрипя и на разрыв аорты «… Чуть помедленнее кони, чуть помедленнее…». Трудно сказать, мог ли Валентин Бирюков сойти с дистанции своих забот и обязанностей, чтобы благополучно уехать в родную Новгородчину и сохранить себя подольше. Видимо, такой вариант для него означал гибель.
В заводском музее хранится рукопись, посвященная памяти Валентина Александровича Бирюкова. Автор нам неизвестен, но эмоциональный посыл, звучащий в письме человека, непосредственно знавшего Валентина Александровича, отлично показывает влияние таких личностей, как Бирюков, на окружающих людей.