Он нашел уникальный язык, с помощью которого донес до читателей, пребывавших в духовном обмороке, Благую Весть. Что это за открытия?
Живоносный смысл Евангелия
Достоевский, который любил Евангелие с детства и во время каторги в течение четырех лет имел возможность читать только эту книгу, показывает своим читателям, что это действительно «вечная книга», за чтением которой в этом мире собрались убийцы, мытари, блудницы, чиновники, начальники и подчиненные, бедные и богатые, униженные и оскорбленные. Каждый момент нашего существования на земле, каждое наше слово, каждое наше решение — это своеобразный комментарий к евангельскому тексту, к евангельской истории, которая пронизывает жизнь — пронизывает образами, символами, притчами, своим своеобразным реализмом.
В центре мира — Христос
Христос присутствует в нашей жизни, говорит Достоевский. Он в комнате Сони, читающей Раскольникову главу о воскрешении Лазаря, Он в келье старца Зосимы, которого берет с собой на вечный брак в Кане Галилейской, Он вместе с мальчиками и Алешей у камня в финальной сцене «Братьев Карамазовых», он в камере Мити, он даже в комнате Ивана, потому что в конечном итоге именно Он побеждает в душе Ивана и влечет его на суд, толкает на признание в убийстве, причем тогда, когда умирает последний потенциальный свидетель (Смердяков). Христа нет только в «церковном двойнике» (выражение С. И. Фуделя), то есть там, где властвуют Великий инквизитор и Ферапонт.
Зло не побеждает
Последнее и самое главное. Иллюзия победы зла связана с тем, что это зло всегда шумно, а добро всегда «субботствует». Наш мир — это ожидание Великой Субботы: Христос молчит, но Его Воскресение уже является метафизической реальностью, которой предстоит раскрыться для тех, кто имеет любящее сердце, то есть для жен-мироносиц и апостолов. Именно в любви смысл знаменитой формулы «красота спасет мир», потому что красота — это способ откровения веры и любви, понятный и доступный всем.
Читайте также:
Главное об «Идиоте» Достоевского
Алеша Карамазов — политический преступник или отражение Христа-революцинера?
--
Из статьи священника Георгия Ореханова