Новый год у меня всегда ассоциировался с моими бабушкой и дедушкой. С самого раннего детства. Именно в их квартире на проезде Лакина жило зимнее волшебство.
В большую эмалированную кастрюлю укладывалась специально выпиленная сборная крестовина. В её узкую сердцевину очень туго вкручивалась ярко пахнущая колючая живая ёлка. В кастрюлю непременно засыпался сырой песок, чтобы ёлочка стояла дольше. Дальше ёмкость покрывалась белой ватой, которая изображала снег. Помню удивительные гирлянды, в электрические стаканчики которой вставлялись дивные по своей форме стеклянные сосульки (были похожи на медицинские ампулы). Они были заполнены волшебной разноцветной жидкостью, которая начинала пускать пузыри при включении в сеть. Маленькая, я могла долго-долго наблюдать за этим процессом, фантазировать и совершенно терять связь со временем.
Обычно на ёлку сначала надевалась макушка. Она должна была быть острой, достающей до потолка. Затем из большого деревянного ящика, бывшего когда-то почтовым, доставались красивые и хрупкие стеклянные игрушки. Много шаров, разных тематических фигурок, стеклянных шишек, колокольчиков. Были игрушки на прищепках, чаще изображающих животных. Много разных домиков, ягодок, грибочков. Позднее появились игрушки, сделанные из дождика, такие лёгкие, блестящие и витые. Ими я любила наряжать комнату моей тёти Ларисы. К слову, и игрушки-то именно Лариса разрешала мне вешать на ёлку. Но рост пятилетней девочки не позволял дотянуться до верха ёлки. Наверное, Лариса сама водружала макушку на место.
Я помню себя, стоящей на табуретке, и с трудом справляющуюся со сложной конструкцией прищепки. Моим детским и слабым пока ещё пальцам было не под силу правильно закрепить на еловой ветке стеклянную Снегурочку или зайца. Тогда моя тётя приходила на помощь, и мы в четыре руки закрепляли украшения на нужном месте.
Однажды у меня выпал из коробки шар, неловко зацепившись за соседнюю игрушку. Конечно, ударившись об пол, он разбился. Сколько было пролито слёз из-за этого! Детскому горю не было конца. Помню, что меня успокаивали все, бабушка переживала, чтобы я не поранилась, не порезалась. А мне было так жалко хрупкий стеклянный шарик. Как будто это было неисполнившееся новогоднее желание…
После того, как все игрушки были использованы, в ход шли новогодние флажки. Современные дети уже и не знают, что это такое. Хотя, в некоторых учреждениях культуры сейчас идёт возврат к прошлому, иногда я вижу эту традицию. А флажки на верёвочке были очень красивыми. На каждом изображался какой-то новогодний сюжет, или были нарисованы любимые мультяшные герои. Помню, у бабушки были персонажи из сказки Джанни Родари «Чиполлино». Как же было весело растягивать эту гирлянду из флажков по квартире, расправлять её, закреплять на шторы, книжные полки, люстру.
Следующим слоем украшений на ёлке были бусы. Они тоже были разные. Сейчас на свою современную ёлку я вешаю бусы, которые остались с той поры – это четыре стеклянных длинных нитки, связанных одним узелком. Этот узелок надевается на макушку ёлки и расправляется лучами вниз по четырём сторонам. Очень красиво. Нарядно!
И последний слой той, моей детской ёлки был дождик. Почему-то в то время его в огромном количестве вешали на ёлку, она блестела и переливалась. А уж когда приходил вечер и зажигали гирлянды, это было потрясающе! До сих пор помню эту радость от красоты, запаха хвои, смешанной с мандариновым ароматом и ожидания волшебства.
Иногда дедушка с бабушкой придумывали какие-то свои игрушки, чтобы повесить на ёлку. Например, помню, что мы по дороге из детского сада набирали шишек, помещали на время их в насыщенный раствор соли и приклеивали к ним верёвочки. Через некоторое время, к моему радостному удивлению, шишка становилась как будто посеребрённая инеем. Именно такой эффект давала соль. Также Лариса делала и с принесёнными из леса веточками сосны. У неё всегда было очень красиво в комнате. Правда, игрушки на её маленькой ёлочке всегда были миниатюрными. Здесь были балеринки, солдатики, Щелкунчик и мышки, много немецких игрушек, поскольку Лариса работала переводчиком с немецкого языка, водила экскурсии. Мне очень хотелось их потрогать, поиграть ими. Она давала, но под присмотром и очень аккуратно.
Ещё, чтобы украсить пространство вокруг, вырезали снежинки из бумаги. Это занятие вообще из разряда Марьи-искусницы. Наша мама умела вырезать необыкновенно красивые, изящные снежинки.
Они были настолько резными, что у меня дух захватывало от их нежности. Помню, откуда-то взялась необыкновенная гофрированная бумага, из которой мама и Лариса навырезали снежинки разных рисунков и размеров.
Некоторые мы наклеивали мыльным раствором на окна, некоторые подвешивали на ниточках по квартире и в подъезде, а несколько штук отдавали мне как великую драгоценность. Её я потом дарила своим друзьям в садике и подруге по лестничной клетке Маринке.
Маринка. Манана Камкома. Вообще-то, еë звали Марина Коробкова, но по причине малых лет представилась она так. Марина была в моей жизни всегда. Во всяком случае, сколько я себя помню. Как рассказывали мои родные, познакомились мы с ней года в три в песочнице, когда меня родители привели в гости к бабушке с дедом. Тётя Надя (мама Марины) вспоминала, что копали совочками мы молча, деловито насыпая в формочки песок. Потом я стала отбирать у молчаливой подруги понравившиеся мне игрушки, она разрешала. Затем играть стали вместе. Видимо, мы с ней сразу нашли ментальное родство, это и помогало нам в дальнейшей жизни. Мы дружим с тех самых пор. Она больше, чем подруга.
Мой дедушка ходил с нами на длительные прогулки, в парк, на карусели. Помню, на одном из масленичных гуляний он участвовал во всех конкурсах, чтобы развлечь и порадовать нас. Он лучше всех бегал по лабиринтам, лепил снежные фигуры, переворачивал блины и много ещё чего. Мы с Маринкой хлопали в ладоши, смеялись и получали всевозможные призы. Наверное, это были безделушки – бирюльки, но мы были счастливы!
На обратной дороге дедушка непременно доставал из карманов что-то вкусное – мандарины или конфеты, и загадочно понизив голос, вручал нам лакомство со словами: «Тут зайчик пробегал, велел передать девочкам гостинчик!»
Именно с этими словами про зайчика или белочку я угощала своих детей, когда они были маленькими. А сейчас мы передаём приветы от лесных жителей, помощников деда Мороза нашему младшему в семье – племяннику Даньке.
В саму новогоднюю ночь я, маленькая, долго не хотела ложиться спать, мне очень хотелось застать приход деда Мороза. Ну, он же всегда приходил, ведь под ёлкой каждый год непонятным образом оказывался большой мешок с подарками! На какие только ухищрения для его таинственного появления не шли мои родные!
Однажды бабушка засунула в открытую форточку один валенок, будто дед Мороз его потерял, торопясь уйти. А на балконе предварительно наставила следов этим валенком, создавая видимость того, что он здесь ходил. В другой раз попросила соседей, чтобы они поставили у двери мешок с подарками (чаще всего эту функцию изображала красивая наволочка) и, позвонив в дверь, быстро скрылись из виду. Со всех ног я бежала открывать дверь, со мной бежали мои родители, но Тот, который приходит в новогоднюю ночь, каждый раз мгновенно скрывался…
Я довольно долгое время верила, что это сам зимний волшебник так точно знает, кому и что подарить. Потому что в этом большом мешке были заботливо сложены подарки для всех членов семьи, от мала до велика! Мы затаскивали мешок в дом и распаковывали его. Следующий день, 1 января, был посвящён подаркам и походам в гости.
Интересно, что даже сегодня мои взрослые уже дети в новогодние дни тоже стараются привнести в нашу жизнь частичку чуда: то под подушку положить маленький сувенир, то под ёлку поставить пакет с конфетками. А то и привет от зайчика-белочки в карман припрятать…